Поднятие уровня с Богами

Глава 43

 

Воздух со свистом рассекло. Гефест взмахнул молотом с невероятной силой. С каждым проявлением мощи в его теле накапливался эффект от наказания, но кузнец продолжал безжалостно наносить удары.

Это была чистая демонстрация ярости, и этот гнев не мог утихнуть от пары пустых взмахов.

– О-он, кажется, по-настоящему взбешён.

– Мои уши…

Игроки, сумевшие пережить звуковую волну от удара молота, начали поспешно отступать. Оружие Гефеста пугало их куда сильнее меча Агамемнона. Сделай они хоть шаг ближе, сокрушительное давление просто бы раздавило их.

Это чистый, первобытный страх.

Тело Гефеста наливалось багровым свечением, словно раскалённый в горне металл. Из-за бушующей маны он казался настоящим великаном. Кузнец наглядно доказывал, что намерен полностью игнорировать любые наказания Башни, словно вызывая каждого на бой.

Игроки прекрасно знали, что Гефест, будучи ранкером, не может атаковать их напрямую. Если он без разбору перебьет десятки игроков с нижнего этажа, даже его тело не вынесет такого сурового наказания.

Так что могло быть два исхода: либо он погибнет сам, не успев прикончить всех присутствующих, либо вмешается Распорядитель. Это означало, что сейчас Гефест просто впустую тратит ману, махая молотом в воздухе.

«Я бы мог обернуть это в свою пользу…» – промелькнула мысль в голове Агамемнона.

Шанс всё ещё оставался. Гефест явно не был на пике формы после освобождения от окаменения. Так что если потянуть время и дождаться, пока его добьет штраф…

Эти размышления оборвались в тот самый миг, когда Гефест замахнулся молотом прямо в его сторону.

Атака рассекла воздух по траектории, на которой стоял Агамемнон и ударная волна от молота на полной скорости врезалась в него.

Из-за наказания по телу Гефеста прошёл мощнейший электрический разряд. Не обращая на это никакого внимания, кузнец спокойно замер на месте и закинул тяжелый молот себе на плечо.

В отличие от остальных, Агамемнон был игроком с относительно высокого этажа. К тому же он сам напал первым, так что наказание Башни, обрушившееся сейчас на Гефеста, оказалось значительно слабее.

– На остальных мне плевать, но тебя я точно прикончу, – процедил Агамемнон.

Он поднялся на ноги, упираясь одной рукой в землю, а изо рта непроизвольно текла кровь. Вместе с багровым потоком на землю вырвались и куски его разорванных внутренних органов.

Гефест уверенно приближался к нему, а от его разгоряченного тела валил густой пар. Наказание? Похоже, кузнецу было плевать на подобные условности.

Гефест полностью вышел из себя. Либо же он трезво оценивал ситуацию и понимал, что смерть одного лишь Агамемнона его точно не убьет.

Полностью игнорируя выпады остальных игроков, Гефест продолжал смотреть исключительно на Агамемнона. Вдруг его молот снова взмыл высоко в небо. Под воздействием этого колоссального давления и маны Агамемнон даже не мог пошевелиться. Он до сих пор не мог поверить, что серьезно пытался поймать такое чудовище.

«Я… я сейчас умру…» – пронеслось в его голове. Он отчетливо осознавал, что это его последние секунды. Агамемнон крепко зажмурил глаза, встречая приближающуюся смерть лицом к лицу.

И тогда тяжелый металлический звон от удара молота разнесся по всей округе, заставив воздух задрожать. Агамемнон уже приготовился к гибели, но финал оказался совсем другим.

«Что вообще произошло…?»

Не почувствовав сокрушительного удара, Агамемнон осторожно приоткрыл глаза. Огромная тень полностью закрывала его от солнца. Кто-то встал между ним и разъяренным Гефестом.

– Ты перегибаешь палку.

Агамемнон увидел со спины силуэт огромного мужчины ростом под три метра. Рукой размером с голову обычного человека этот гигант спокойно удерживал молот Гефеста. Если не брать в расчет расу Великанов, в этом мире существовало не так много людей, способных заблокировать удар Гефеста одной левой. И единственным, кто мог явиться в этот самый момент…

– Распорядитель…?

Гефест и сам прекрасно догадывался, кто именно стоит перед ним, еще до того, как Агамемнон озвучил это вслух.

Распорядитель первого этажа. Честно говоря, его появление сейчас выглядело абсолютно логичным. Скорее, он даже немного припозднился.

– И почему ты припёрся именно сейчас? – проворчал Гефест.

– Ты думал, я буду просто стоять и вечно смотреть на это, оставив тебя в покое?

Услышав ворчание Гефеста, Распорядитель отобрал у него молот и небрежно швырнул себе за спину. Вылетев из рук кузнеца, тяжелое оружие с глухим грохотом рухнуло на землю, выбив в ней глубокий кратер.

– Если хочешь нормальной драки, иди наверх. Нечего устраивать это здесь. Это первый этаж.

Распорядители почти никогда не вмешивались в дела Башни вне рамок испытаний. Большую часть вопросов они оставляли на усмотрение самих игроков, ранкеров и гильдий. Обычно Распорядитель объявлялся лично только тогда, когда возникали проблемы во время проведения теста. Исключением являлись лишь самые низы Башни. К ним Распорядители относились с особым вниманием — особенно к первой десятке, и в первую очередь к первому этажу.  И даже при этом за порядком на этажах обычно следили крупные гильдии. Но прямо сейчас гильдия Олимп сама устроила крупные неприятности. Раз уж это была проблема, которую гильдия не могла решить миром, Распорядителю пришлось явиться лично. Это было вполне естественно.

– Я и не собирался драться, – буркнул Гефест.

– Вот и отлично.

Распорядитель повернул голову. Когда Агамемнон встретился с ним взглядом, ему показалось, будто в глазах великана сокрыты бескрайние просторы вселенной.

Как и следовало из титула Распорядителя, эти существа безраздельно правили и управляли этажами. Эти создания могли на равных противостоять не просто Аресу, которому служил Агамемнон, но даже самому Зевсу, владыке Олимпа.

– Ты ведь выскочка из Олимпа? – хмуро спросил Распорядитель.

– Д-да? То есть да! Всё верно, господин.

Видя, как Агамемнон заикается словно идиот, Распорядитель мысленно отметил, насколько тот жалок.

– Передай Зевсу. Если он еще раз выкинет нечто подобное, я приду и снова вырву его треклятую бороду.

– Д-да, господин…

– И не надейся просто отмахнуться от моих слов.

Распорядитель протянул вперед свою огромную руку. Несмотря на то, что на него надвигалась гигантская ладонь, Агамемнон не мог даже шевельнуться. Он инстинктивно чувствовал: попытайся он уклониться, рука Распорядителя мгновенно снесет ему голову.

– Тебе придется это сделать, хочешь ты того или нет, – сухо проговорил Распорядитель.

На лбу Агамемнона отпечаталась черная метка. Заметив это странное клеймо, по форме напоминающее язык, Агамемнон растерянно потер лоб.

Гефест, который прекрасно знал, что это за знак, не сдержался и расхохотался во всё горло.

В Башне приказы Распорядителя являлись абсолютным законом. Тем не менее, для надёжности Распорядитель всё же оставил клеймо на голове Агамемнона. Теперь, если тот когда-нибудь встретится с Зевсом, он слово в слово передаст всё, что сказал Распорядитель, включая ту часть про вырванную бороду.

Чувствуя себя абсолютно беспомощным, Агамемнон растерянно переводил взгляд с Гефеста на Распорядителя. Что он мог сделать, оказавшись между двумя этими колоссами?

Долго думать не пришлось. С вмешательством Распорядителя они больше ничего не могли предпринять. Этот раунд Олимп с треском проиграл.

 

***

 

Ю Вон чувствовал себя так, словно всё его тело поджарили.

Он довольно быстро потерял сознание, хотя отчетливо помнил, как изо всех сил старался не отключиться. Происходящее дальше он помнил крайне смутно.

[«Яйцо ?» обнажает клыки.]

Это было абсурдное системное сообщение. Как существо, которое еще даже не вылупилось, может обнажать клыки?

Какое-то время яйцо в его инвентаре бешено дрожало, будто действительно собиралось ринуться в бой.

Покрытое фиолетовыми узорами яйцо. Ему показалось, что внутри него проступило что-то похожее на зубы. На самом деле их не было видно, но Ю Вон был абсолютно уверен, что они там есть.

«Это опасно», – подумал он. По его коже побежали мурашки – чувство, которого он не испытывал, даже когда стоял лицом к лицу с ранкером.

Что это вообще за яйцо? Ю Вон погрузился в страх и тяжелые размышления, а вопросы продолжали крутиться в голове.

«Оно пыталось защитить меня? Зачем оно показало клыки из-под своей прочной скорлупы? Или оно просто пыталось сожрать меня, пока я был слаб?»

Точной причины он не знал. Но не успел Ю Вон толком прийти в себя, как прямо перед его глазами всплыло свежее уведомление:

[«Яйцо ?» возвращается в состояние спячки.]

Значит, яйцо, которое только что яростно скалило клыки, снова погрузилось в глубокий сон. Это сообщение появилось не в то время, когда парень лежал без чувств – оно всплыло прямо сейчас, стоило ему открыть глаза.

Окончательно придя в себя, Ю Вон хрипло выдал:

– Я…

Он хотел спросить, как долго пробыл в отключке, но так и не смог закончить фразу.

– Что «я»? Чего замолк? – грубый, густой голос бесцеремонно ворвался в его барабанные перепонки.

Ю Вон открыл глаза. Сквозь затуманенное зрение он повернулся на звук и увидел расплывчатый силуэт огромной головы.

– Дядя…?

– Дядя? А у тебя с манерами совсем беда, да?

Громогласный голос Гефеста мигом прогнал остатки сна Ю Вона. Затуманенное зрение парня быстро пришло в норму. Он медленно поднялся на ноги и осмотрелся по сторонам.

Они находились в крошечной лачуге посреди трущоб. Судя по всему, Гефест решил на время занять домик какого-то бедолаги, который сбежал отсюда во время недавней заварушки.

– Когда ты пришёл в себя? – спросил Ю Вон.

– Послушай-ка сюда. Это я должен тебя спрашивать! – Гефест просто поверить не мог своим ушам. Этот пацан только что валялся без чувств, а первое, что его волнует после пробуждения, – когда очнулся сам кузнец.

Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Когда Гефест открыл глаза, Ю Вон уже был в отключке, так что они оба успели изрядно друг за друга понервничать.

– Как твоё тело? – ворчливо спросил Гефест.

– Вроде более-менее в порядке.

Ю Вон не знал, сколько именно прошло времени, но большая часть его ожогов уже затянулась. Он мысленно благодарил за это свои Огненно-Золотые Глаза и мощное сопротивление огню.

– А сам-то как, дядя? – в ответ спросил парень.

– Да сколько ты будешь меня так называть?

– Ну, не тётей же тебя звать.

– Языком ты трепать, конечно, мастер.

– Но ведь ты выжил только благодаря мне, так какая разница, как я тебя называю?

Ю Вон вёл себя донельзя нагло, но Гефесту на это было просто нечего возразить. Он лишь недовольно почесал затылок, ведь парень говорил чистую правду. Ю Вон стал единственной причиной, по которой кузнеца не уволокли обратно на Олимп.

Было видно, что Гефест замялся, словно ему безумно хотелось сказать что-то ещё. Ю Вон внимательно наблюдал за ним, гадая, что же тот собирается выдать.

Наконец кузнец разомкнул губы и тихо буркнул:

– Спасибо.

– Что, прости? – переспросил Ю Вон.

– Я сказал «Спасибо». Сколько раз мне нужно это повторить, чтобы до тебя дошло?

Несмотря на то, что он произнёс это всего дважды, Гефест тут же резко вскочил на ноги и закашлялся. Очевидно, что ему дико неловко. Ю Вона на самом деле впечатлило, что кузнец вообще повторил это два раза.

«Надо же, как он переступил через себя».

Гефест в воспоминаниях Ю Вона никогда не разбрасывался словами благодарности. Он всегда предпочитал доказывать всё делом, а не пустой болтовнёй – такова была его жизненная философия. И всё же сейчас этот суровый мастер переборол гордость и выдавил из себя искреннее «спасибо». Он понимал, что в этой ситуации обязан быть честным.

– На самом деле меня зовут не Вулькаро, – с серьёзным видом произнёс Гефест. – Моё настоящее имя – Гефест. Когда-то я был кузнецом самого Олимпа.

– Вот как? – спокойно спросил Ю Вон.

– И тебя это совсем не удивляет?

– Я безумно удивлён.

– Ты не умеешь врать или тебе просто лень это делать?

Гефест ошеломлённо рассмеялся, услышав такой сухой ответ. Он и так уже догадывался, что Ю Вон пришёл искать его не случайно, а прекрасно зная, кто он такой. Из-за совпадения кузнец даже подозревал, что парень может быть тайным посланником самого Олимпа.

«Но теперь я уверен на все сто».

Этот вопрос долго не давал ему покоя. Ю Вон был на стороне Олимпа? Если нет, то откуда обычный новичок вообще узнал, где его искать? Но если бы он был шпионом богов, то ситуация становилась ещё более странной – почему он не помог Хрису захватить его, а вместо этого полез в драку? Раньше у Гефеста не складывался этот пазл, но после этой битвы он окончательно убедился в одном.

– Ты не из Олимпа. И ты определённо далеко не обычный игрок.

Ю Вон и правда не вписывался ни в какие рамки. Хрис остался искалечен после их боя, да ещё и словил от Башни мощнейший штраф. И всё же, чтобы зелёный новичок с первого этажа довёл ранкера до такого состояния в бою…

“– За добро или за зло – я всегда возвращаю всё в десятикратном размере”. – Ю Вон прекрасно знал эту черту характера кузнеца.

– Раз уж вмешался Распорядитель, Олимп теперь не посмеет сразу вернуться за моей головой. Поэтому я на пару дней арендовал нормальную большую мастерскую прямо в городе.

Новая мастерская. Человек, которому приходилось прятаться в крысиной норе на задворках трущоб, наконец-то обзавёлся полноценным рабочим местом.

– Просто подожди несколько дней. На мою скорость работы это никак не повлияет. Я выкую для тебя величайший меч.