Поднятие уровня с Богами

Глава 49

 

С тяжелым хрустом зубов пиршество подошло к концу. Десятки гигантских челюстей с легкостью пробивали шкуру и чешую Орочи. Стоило им коснуться туши, как плоть растворялась, словно нежнейший тофу. Шури наконец отвела взгляд от этого зрелища и спросила Ю Вона:

– Это… еще одна твоя способность?

Она не чувствовала особой маны или жажды убийства от сущности, пожиравшей останки Орочи. Если бы не жуткая картина перед глазами, эльфийка даже не сочла бы это существо угрозой. Но именно такое несоответствие заставило её насторожиться еще сильнее.

Шури стала ранкером благодаря бесконечному терпению и упорному труду. Со временем она заслужила доверие Распорядителя и заняла пост куратора испытаний. В общей сложности она жила на свете уже почти десять тысяч лет.

Вопреки своей прекрасной и юной внешности, Шури считалась одной из старейших представительниц среди ранкеров. И за весь этот колоссальный срок она ни разу не видела ничего подобного.

– Что-то вроде того.

– Либо «да», либо «нет». Мне не нужны твои загадки.

– Я и сам, честно говоря, не уверен, – признался Ю Вон.

От его ответа Шури лишь нахмурилась. Она молча наблюдала за тем, как постепенно исчезает туша Орочи. В любом случае, парень остановил её, и куратор больше не имела права атаковать это существо. Орочи в честном бою победил именно Ю Вон, а значит, и право распоряжаться его телом оставалось исключительно за ним.

Хруст прекратился, и трапеза подошла к концу.

Ю Вон обратился к глазам, которые теперь стали самую малость крупнее:

– Наелся?

[«Яйцо ?» кивает головой.]
[«Яйцо ?» начинает радостно напевать.]

Несмотря на облик кошмарного чудовища, существо отозвалось совсем как ребенок. Системное сообщение передало Ю Вону мысль яйца. Это окончательно подтвердило его догадку: перед ним действительно находилось то самое яйцо, которым он владел.

– …Ну и отлично.

Тьма медленно рассеялась, словно тающий туман, а жуткие глаза начали растворяться в воздухе. Последний из них закрылся с выражением полного удовлетворения.

Ю Вон проверил яйцо в инвентаре. Оно увеличилось совсем немного, но разница уже была заметна невооруженным глазом.

[Яйцо ?]
< Это «яйцо ?» невозможно узнать, кому оно принадлежит, кто из него вылупится и как заставить его раскрыться. >
< Процент инкубации: 13,58% >

Застывший намертво прогресс инкубации внезапно резко подскочил вверх. Поскольку Ю Вон даже не представлял, с чего начать прокачку этого артефакта, он уже наполовину опустил руки. Но теперь в его распоряжении наконец-то появилась зацепка.

– Теперь ты понимаешь, что это такое?

Когда хаос улегся, Шури подошла ближе и задала вопрос.

Ю Вон утвердительно кивнул:

– Да, немного.

– «Немного»… – тихо повторила она.

Это указывало на то, что всей картины парень по-прежнему не видит.

Шури окинула взглядом Колизей, где вновь воцарился мир. На арене стало тихо, но казалось, будто здесь только что пронесся разрушительный ураган. Она, ранкер с десятитысячелетним стажем, никак не могла разгадать обычного игрока первого этажа. Мысли тяжелым грузом одолевали её голову.

Эльфийка снова посмотрела на Ю Вона.

– Честно говоря, я думала, что ты станешь следующим Сунь Укуном.

Сравнение с высокоранговым Сунь Укуном было невероятным комплиментом. Более того, Шури искренне считала Ю Вона его законным преемником. Но у неё оставались сомнения…

– Но теперь… Я, если честно, уже не уверена.

Небесные чертоги и Великий Мудрец, Равный Небу. Финальная способность, которую продемонстрировал Ю Вон, никак не вязалась в её сознании с этими именами. Небеса ни за что не стали бы укрывать в своих рядах столь зловещую, мрачную силу.

– Похоже, у тебя полно секретов. Я обещаю, что не стану делиться ничем из увиденного здесь. Впрочем, у меня нет на это ни желания, ни физической возможности.

– Рад это слышать.

– Надеюсь услышать о твоих подвигах с гораздо более высоких этажей.

Шури протянула Ю Вону руку. Парень молча опустил взгляд на её ладонь.

«Она совсем не изменилась».

У Шури была давняя привычка лично прощаться с каждым участником, успешно преодолевшим испытание. Непреклонная, но справедливая, а также невероятно красивая и сильная воительница. В памяти Ю Вона невольно промелькнула страшная картина из прошлого, где эта женщина теряла жизнь в той финальной, роковой битве.

Он крепко пожал её руку и ответил со всем уважением:

– Рад был нашей встрече.

 

***

 

Среди первых десяти этажей испытание Колизея пользовалось огромной славой как самый точный измеритель способностей любого новичка. Разделенный на двадцать этапов, каждый последующий раунд значительно возрастал в сложности. И в зависимости от того, сколько тебе удавалось пройти, система присуждала определенное место в рейтинге.

Большинство среднестатистических игроков, переходивших на второй этаж, едва справлялись со вторым испытанием. Те, кто обладал хоть какими-то навыками, умудрялись доползти примерно до пятого круга. А любой, кто ухитрялся пробиться дальше десятого, автоматически признавался кандидатом в будущие ранкеры.

[1-е место: Сунь Укун — 19-й раунд]

На самой вершине рейтинга Колизея рекорд Сунь Укуна казался вечным и абсолютно незыблемым. Величайшее существо, когда дело доходило до битв. Высокоранговый, известный тем, что единолично правил небесами, повелевая бесконечно удлиняющимся посохом, громом и облаками. И вот этот самый рекорд Сунь Укуна наконец-то пал спустя без малого тысячу лет.

[1-е место: Ким Ю Вон — 20-й раунд]

Ким Ю Вон. Тот самый новичок, который ранее полностью переписал историю туториала. Не ограничившись столь ярким и громким дебютом, он умудрился вписать еще одно новое достижение в летописи Башни. Кое-кого это повергло в глубокий шок, но нашлись и те, кто воспринял новость спокойно. Если человек один раз смог возглавить список лучших, то вполне логично, что он способен повторить это снова. Впрочем, в одном теперь сходились абсолютно все.

– В Башню вошел поистине невероятный парень.

Успех Ю Вона во время туториала не был случайным совпадением или мимолетной удачей.

– Появился талантливый новичок.

– С такими темпами он может стать ранкером всего за пару десятилетий.

– У нас родился еще один монстр уровня Сунь Укуна?

– Он из чистокровных? Откуда он вообще родом?

– С Земли? А это еще где?

– Хоть кто-нибудь вообще в курсе?

Многочисленные ранкеры, игроки и крупные гильдии, которые до этого момента не проявляли к нему особого интереса, наконец-то обратили на него внимание. На небосводе Башни зажглась новая многообещающая звезда.

 

***

 

Прошел месяц.

Гефест резко повернул голову, уловив знакомое присутствие у самого входа в свою мастерскую.

– А, явился наконец.

Ю Вон пришел нанести ему визит. Парень утвердительно кивнул и заговорил с таким видом, будто кузнец задолжал ему круглую сумму денег:

– Я пришел забрать вещь, которую оставил.

– Следи за тоном. Ты мне за работу ни единого очка не платишь. Сядь и жди, уже почти все готово.

Ю Вон устроился неподалеку от пылающего горна, терпеливо ожидая, пока Гефест завершит ковку. Кузнец привычными, отточенными движениями раз за разом повторял один и тот же процесс: взмах тяжелого молота – закалка.

В мастерской было жарко. Да такой степени, что обычный игрок не продержался бы здесь и пары минут. Это место намного отличалось от его прежней старой, обшарпанной кузни со слабенькой печью.

Закончив ковать раскаленный докрасна доспех, Гефест с шипением опустил его в бак с холодной водой. С его лба крупными каплями катился пот – результат безостановочной работы тяжелым молотом. Он развернулся, чтобы взглянуть на Ю Вона и недоуменно прищурился.

Кое-что выглядело странно. Ю Вон вообще не потел. И пусть парень вошел в мастерскую не так давно, подобное поведение организма было крайне необычным.

– Что это с тобой? – спросил кузнец.

– В каком смысле?

– Тебе что, не жарко?

Ю Вон лишь равнодушно пожал плечами:

– Жарко.

Вопреки собственному ответу, парень даже не покрылся испариной. В мире встречались люди, которые от природы мало потели вне зависимости от температуры воздуха. Но при здешнем экстремальном пекле он как минимум должен был испытывать сильный дискомфорт.

Гефест уставился на Ю Вона с искренним изумлением. Кузнецу стало жутко интересно, насколько же высок у этого парня показатель сопротивления магии огня. Наблюдая за ним какое-то время, Гефест вытер пот висевшим на плече полотенцем и задал Ю Вону вопрос:

– Значит, дальше десятый этаж?

– Да. Я как раз только что спустился после зачистки теста.

– В этот раз ты что-то припозднился. Сколько ушло, дней десять?

Десять дней – именно столько времени потребовалось Ю Вону, чтобы пройти испытание девятого этажа. За первые двадцать дней парень успел проскочить все этапы вплоть до восьмого этажа включительно, добравшись наконец до девятого. На фоне его столь стремительного восхождения задержка на этом этапе выглядела весьма внушительной.

– Ты ведь и сам прекрасно знаешь, что представляет собой тест девятого этажа, – ответил Ю Вон.

– Времени прошло порядочно, так что детали подзабылись, но там вроде нужно было выбраться из лабиринта?

Именно лабиринт готовила Башня для игроков на девятом этаже. Испытание требовало от участников найти выход из бесконечного лабиринта с сотнями развилок, причем для достижения цели дозволялось использовать самые разные методы.

– И все же, десять дней – не многовато ли? – продолжал сомневаться Гефест.

Большинство умелых игроков ухитрялись преодолеть Лабиринт максимум за четыре-пять дней. Так что десять дней – срок действительно немалый. Задержись на столько любой другой боец, кроме Ю Вона, его бы гарантированно сочли бездарностью.

– Что-то случилось?

Ю Вон лишь перевел взгляд на Гефеста, чей голос так и лучился любопытством. Заметив эту реакцию, кузнец ухмыльнулся: он и так заранее догадывался, что без происшествий не обошлось.

– Ну давай, выкладывай, если хочешь получить свой заказ.

– Решил взять предмет в заложники?

– Именно, – подначил его Гефест.

Поскольку Ю Вон и не планировал делать из этого тайну, он спокойно открылся:

– Я проложил новые маршруты. Понадобилось время, чтобы отыскать их.

Новые маршруты. Услышав это, Гефест недоверчиво прищурился.

– …В Лабиринте?

– Да.

– Но там ведь изначально нет какого-то строго заданного пути. Что значит «новые маршруты»?

Гефест совсем не понимал, о чем толкует парень. Лабиринт потому так и назывался, что в нем не существовало единственно верной дороги. Мало того, что он был колоссальных размеров, так некоторые игроки умудрялись блуждать там неделями и в итоге просто сдавались, бросая испытание. И заявлять, будто он проложил в таком месте свои собственные пути…

– Ты сказал «маршруты» во множественном числе?

Ю Вон говорил так, будто созданный им выход был далеко не один. Это лишь подстегнуло любопытство кузнеца.

– Нет ни одной причины, по которой у Лабиринта должен быть всего один выход. Путь может быть один, а может – великое множество, – ответил Ю Вон.

– Хочешь сказать, ты сам их создал?

– Да. Просто по ним до этого момента никто никогда не ходил. Но ни один из них не был тупиковым.

– Что за чушь ты несешь…?

Гефест на мгновение лишился дара речи от полного ступора. Он понимал, что продолжать расспросы бессмысленно. Кузнец понятия не имел, как Ю Вон умудрился сотворить новые выходы, но лично его это уже никак не касалось.

Гефест был ранкером. Он давным-давно выбрался из Лабиринта, сдал тот тест и поднялся на вершину Башни. Ранкерам не следовало без крайней нужды вмешиваться в дела нижних этажей – от этого никогда не бывало ничего хорошего.

– Значит, ты просто облегчил жизнь тем, кто пойдет следом за тобой.

Кузнец буркнул это лишь потому, что совершенно не умел говорить комплименты. На самом деле Гефест прекрасно понимал, что означает создание нового маршрута.

Башня рассчитывала финальную награду не только по критериям «первый» или «идеальное прохождение». На итоговую оценку влияло множество других скрытых факторов. Это значило, что если ты шел по протоптанной и заранее известной дороге, тест сдавался легко, но и награда за него выходила скудной. Ю Вон же прошел испытание, прорубив тропу там, куда еще не ступала нога первопроходца. Разумеется, его финальный куш должен был на порядок превосходить стандартную награду системы.

– Теперь мне до смерти интересно узнать, как именно ты будешь зачищать остальные тесты.

– Я обязательно загляну еще раз и расскажу, – пообещал Ю Вон.

– И для следующего теста тебе нужна вот эта штуковина? – Гефест потянулся и взял в руки меч, который до этого небрежно висел в стороне. – За свою жизнь я сковал немало оружия, но никогда прежде не создавал ничего подобного. Клинок, который вместо отличной проводимости маны…

Оружие с тихим шелестом покинуло ножны. Глаза Гефеста азартно блеснули, когда он уставился на этот неказистый с виду меч, выкованный из самых разных загрязненных материалов.

– …Обладает наихудшей проводимостью маны из всех возможных.