Может, шанс, о котором говорил заместитель главного прокурора Гу Ён Гван, и был скоростным шоссе с оплаченным проездом, но Му Ёну это было неинтересно.

Плевать. Он всё равно никогда не хотел быть «элитным прокурором». А раз уж ему дали негласное разрешение, он собирался развернуться на полную катушку и копать до самого дна.

К незаконному употреблению наркотиков он планировал пришить незаконное распространение, а сверху добавить изнасилование, повлекшее смерть, — и с таким букетом предъявить обвинения.

На месте оргии были найдены десятки таблеток, и экспертиза показала, что это синтетический наркотик, созданный из смеси определённых веществ.

Его называли «Вакханалия».

Он стоил бешеных денег, и достать его на чёрном рынке было непросто.

Это был специфический наркотик, действие которого раскрывалось поэтапно. Сначала — слуховые и визуальные галлюцинации, а затем наступал мощнейший эффект афродизиака.

Секс на пике этого возбуждения дарил невероятное удовольствие, оставляя после себя «чистое» послевкусие и жесточайшую зависимость.

— Вакханалия… Надо же было так пафосно назвать, — усмехнулся Му Ён, кривя губы.

Изначально «Вакханалии» — это тайные римские празднества в честь Бахуса, бога вина и веселья. По легендам, боги на этих оргиях напивались и плясали в экстазе до самого рассвета.

И назвать так наркоту?

— Какое нахрен веселье. Совсем ебанулись.

Это скорее безумие.

Услышав ледяной тон и ругательства Му Ёна, инспектор Чо, до этого клевавший носом в стол, резко вскинул голову.

— Я не спал! Просто… э-э… медитировал!

Инспектор часто моргал; под глазами у него залегли тёмные, как у панды, круги, а вид был совершенно потрёпанный. Му Ён молча смотрел на него, а затем постучал пальцем по уголку своих губ.

— А… Чёрт. — Чо Гён Су неловко вытер слюну с подбородка.

— Идите отдохните немного, если так устали.

Сказав это, Му Ён снова уткнулся в документы.

Это был настоящий марафон — они работали почти без сна несколько суток. Любой, даже самый крепкий мужик, давно бы свалился с ног. Но Му Ён, если не считать того, что его характер стал ещё паршивее, выглядел как обычно.

Чо Гён Су покосился на Му Ёна со смесью восхищения и жалости.

С такой-то внешностью он мог бы любую отхватить. Но из-за этого дерьмового характера до сих пор один.

Хотя в последнее время он то и дело проверяет телефон — словно ждет от кого-то сообщения. Может, появилась кто-то?

Хотя вряд ли. Конец года, все нормальные люди бегают по свиданиям и корпоративам. Мужик, у которого есть женщина, не стал бы впахивать как проклятый сутками напролёт.

Неужели и сегодня сверхурочно?

Чем запутаннее дело, тем больше оно высасывает сил. Особенно когда в нём, как в этот раз, замешана куча народу со своими интересами — на то, чтобы распутать этот клубок из фактов и причинно-следственных связей, уходила уйма времени.

Му Ён пахал за двоих, так что по логике вещей он должен был выглядеть в два раза более уставшим… Но этот монстр почему-то казался только бодрее.

Хотя он всегда светится от счастья, когда выпадает шанс подложить кому-нибудь свинью. Видимо, поэтому его и зовут отморозком. Или он жрёт какие-то секретные витамины, о которых я не знаю?

Чо Гён Су достал из коробки с экстрактом женьшеня, валявшейся на краю стола, один стик, надорвал и сунул в рот.

И всё-таки, можно ли нам так гнать по этому делу?.. Заместитель Гу ведь аж из кожи вон лезет…

— Инспектор Чо.

— А? Да!

— Что там с ДНК неопознанного мужчины?

— А, это… Секунду.

Пока инспектор Чо рылся в кипе бумаг на своём столе, помощница Ом, стоявшая у ксерокса, ответила за него:

— Утром звонили. В базе Национального института научной экспертизы совпадений нет.

— Может, снова вызовем всех причастных на допрос? Будем колоть по одному, глядишь, кто-нибудь да расколется, — добавил Чо Гён Су.

Услышав это, Му Ён подпёр подбородок рукой и на мгновение задумался.

Он пока не был уверен, станет ли эта неопознанная ДНК важной уликой. Далеко не всё, что находят на теле жертвы, имеет значение для дела. Но всё же это было слишком странно, чтобы оказаться простым совпадением, так что стоило копнуть глубже.

Станет ли это фальшивым следом или спусковым крючком?

— Для начала давайте пробьём её по базе Верховной прокуратуры.

***

Выходя из кабинета с пальто и портфелем в одной руке, Му Ён столкнулся с кем-то у лифта. Тот человек тоже выглядел измотанным после затянувшегося рабочего дня.

Прокурор Ли До Хён. Он был коллегой Му Ёна — они оба работали под началом 4-го заместителя, только Ли До Хён числился в отделе по борьбе с организованной преступностью.

Увидев Му Ёна, он тут же скривился. Они встретились взглядами, но даже не поздоровались. В коридоре повисло тяжёлое, холодное напряжение.

— Подумаешь, расследование по наркотикам. Полиция уже всё разжевала и передала. Осталось только бумажку в суд кинуть, судья сам разберётся. А он один тут строит из себя великого работягу, — громко, чтобы Му Ён точно услышал, пробормотал Ли До Хён и презрительно фыркнул.

Му Ён проигнорировал его с каменным лицом.

Собака лает — ветер носит. Нельзя же реагировать на каждую шавку. На словесные перепалки тоже нужны силы — ну, или хотя бы минимальный интерес к собеседнику.

— Со Му Ён.

— …

— Нам нужно поговорить.

Му Ён повернул голову, криво усмехнулся и издал звук, похожий на сдувающийся шарик.

Уже давно пора было понять, что они идут разными путями, но Ли До Хён постоянно лез на рожон.

— Что такое? Опять будешь хуйню нести, надувая щёки?

— Говорят, ты сначала адвоката-отставника кинул, а теперь и заместителю Гу свинью подложил…

Так и знал. Опять старую песню затянул.

— Кто ты такой, чтобы ворошить дело, по которому начальство уже всё решило? Почему из-за тебя постоянно какие-то проблемы? Ты можешь хоть один день посидеть тихо?!

Му Ён небрежно сунул руки в карманы брюк. Чуть опустив взгляд, он посмотрел сверху вниз на Ли До Хёна, который был ниже ростом, и слегка дёрнул подбородком:

— И?

— Что «и»?

— Допустим, я доставил проблемы. Но лично тебе-то от этого какой ущерб?

Припёрся посреди ночи, чтобы устроить разборки? Лицо Ли До Хёна перекосило от отвращения.

— Ты издеваешься?

— И говно на меня льют, и расхлёбываю я сам. Тебе-то какое дело, что ты тут распинаешься?

В отличие от рассвирепевшего Ли До Хёна, Му Ён отвечал невозмутимо. Всем своим видом он показывал, что истерика коллеги кажется ему нелепой, а проблема и выеденного яйца не стоит.

— Один говнюк всё болото мутит! Из-за такого отморозка, как ты, нас всех грязью поливают! Почему просто не делать то, что говорят? Разве это так сложно?!

Му Ён прекрасно знал: именно эта невозмутимость бесит Ли До Хёна больше всего.

— Это болото и так уже мутное. От того, что я тут барахтаюсь, грязнее не станет.

— А если дело развалится? Ты хоть подумал о тех прокурорах, на которых его потом перекинут? И так дел по горло, все зашиваются, не видишь?! Думаешь, ты один тут прокурор, а остальные — просто декорации?!

То, что Му Ён иногда поступал своевольно и устраивал проблемы, было правдой. Но всё зависит от того, с какой стороны посмотреть.

Что бы там ни болтали за спиной, Со Му Ён всегда доводил дела до безупречного финала. Поэтому начальство не могло просто так его прижать. Им оставалось только хвататься за сердце и цедить сквозь зубы: «Ах ты ж сукин сын, ну подожди!».

Му Ён не трогал тех, кто не лез к нему первым. Драка имеет смысл, только если весовые категории совпадают.

— Ни одно дело, попавшее ко мне в руки, ещё не развалилось. А сколько ты уже успел просрать? Забыл, что одно из них потом мне перекинули?

— У меня были на то причины!

— А-а, — вяло протянул Му Ён и с подчёркнутым раздражением откинул волосы назад.

Лицемерный ублюдок.

— Ну да. Причины. Ты ж не потому его проебал, что сам идиот. Я понял, о чём ты переживаешь. Единство прокуратуры, подчинение приказам сверху… Это всё очень важно.

Но если мы ловим ублюдков, нарушивших закон, а приказ сверху — закрыть на это глаза, разве я не должен послать этот приказ нахрен?

— Но послушай, прокурор Ли. — Му Ён почесал щёку и продолжил с ледяной усмешкой: — Почему после твоих слов мне хочется разворотить это дело ещё сильнее? Я что, в прошлой жизни лягушкой-бунтаркой был?

Все в прокуратуре давно знали, что Со Му Ён — это не прокурор, а отморозок. К чему теперь этот цирк?

— Если больше нечего сказать, я пойду?

Двери лифта, который он вызвал ранее, открылись, и Му Ён шагнул в кабину.

— Смотри, а то получишь нож в спину. Будь осторожен.

— …

— Ты ведь многим поперёк горла стоишь. Могут прирезать так, что никто и не узнает.

— Не едешь — так стой там.

Это звучало скорее как угроза, чем как дружеский совет, но Му Ён, не моргнув глазом, просто нажал кнопку, и двери закрылись.

***

15:24

[Как насчёт поужинать сегодня?]

18:09

[У меня сегодня много работы, вряд ли найду время.]

Сначала он решил, что это нормально. Соглашаться на встречу день в день бывает неудобно.

08:40

[Что делаете на Рождество?]

14:55

[Дежурю.]

То сверхурочные, то дежурства. График этой женщины мало чем отличался от его собственного, что вызывало ироничную улыбку.

11:50

[Пойдёмте в кино на выходных?]

12:11

[Нет. Я предпочитаю смотреть фильмы одна.]