Войдя в кабинет Джэ Ин, Му Ён поставил на круглый стол контейнер с напитками и бумажный пакет.
Сняв пальто и бросив его на диван, он достал из контейнера один из стаканов и протянул Джэ Ин. Все его движения были настолько естественными, будто он бывал здесь сотни раз.
— Пей, пока горячий.
— Кофе?
— Вспомнил, как меня тут в прошлый раз какой-то отравой напоили.
Ошарашенно наблюдая за действиями Му Ёна, Джэ Ин сделала глоток. Это был карамельный макиато, в котором тёплое молоко идеально сочеталось со сладостью карамели.
Для Джэ Ин, обожавшей сладкое, это было стопроцентное попадание. Вопреки своему грубому и свирепому виду, мужчина оказался на удивление внимательным к деталям.
Он был груб, но заботлив — поистине странный человек. Даже выбор еды в пакете говорил об этом: лёгкий сэндвич и салат.
Расставив еду, Му Ён отодвинул стул, сел и жестом пригласил Джэ Ин последовать его примеру.
Это же мой кабинет. Кто тут вообще должен предлагать сесть?..
Подавив глубокий вздох, Джэ Ин села напротив него. Она и в обычные дни не особо следила за питанием, а в дни вскрытий и подавно забывала поесть.
Но Му Ён снова как ни в чём не бывало нарушил её личные границы.
— Давайте остановимся на этом.
— На чём?
— На ваших попытках строить из себя моего близкого знакомого.
— Я ещё даже не начинал, а ты уже испугалась? Как мило.
— Я…
Джэ Ин хотела было что-то возразить, но промолчала. В глубине души она понимала: Му Ён ни в чём не виноват.
В том, что она каждый раз начинала чего-то ждать от его спонтанных поступков, была виновата лишь её собственная слабость. И в том, что её защитные барьеры рушились от такой пустяковой заботы, тоже была её вина, а не его.
Если Му Ён был бурной рекой, то она — стоячим озером. Даже если он ненадолго задержится в её водах, а потом потечёт дальше, она не захочет — да и не сможет — поплыть за ним.
Она всё это понимала, но на душе всё равно было тревожно. Джэ Ин слишком хорошо знала: тот, кто в итоге останется один, обречён на страдания.
Ожидания всегда оборачиваются разочарованием.
— Вскрытие, которое я сегодня проводила… Дело поступило напрямую из прокуратуры. Вы случайно не ведущий прокурор по нему? — Джэ Ин решила сменить тему на работу.
— Нет, дело не моё.
— Тогда в чём дело?
— Я в нём замешан.
В ответ на вопросительный взгляд Джэ Ин Му Ён с полным ртом сэндвича просто пожал здоровым плечом. Тщательно прожевав еду и сглотнув, он будничным тоном продолжил:
— Я подозреваемый.
Джэ Ин, ковырявшаяся вилкой в салате, замерла. Округлив глаза, она уставилась на него, словно немая. Что за бред?
— Её нашли в багажнике моей машины. Труп, который ты сегодня вскрывала.
— А… Вот оно что.
То, что тело нашли в машине Му Ёна, Джэ Ин не удивило. Она просто снова взялась за вилку, наколола кусочек куриной грудки с листом ромейна, отправила в рот и, неспешно жуя, больше ничего не спрашивала.
— И это всё?
Да, он выложил всё как есть, без предисловий, но её реакция была уж слишком равнодушной. Перед ней сидит возможный убийца, а она жуёт салат!
Му Ён думал, что она испугается, но её полнейшая невозмутимость вызвала у него растерянность. А Джэ Ин, словно издеваясь, подлила масла в огонь:
— Переломов нет, но смерть наступила от удушения. Её положили лицом вниз и сдавили шею сзади. Дыхательные пути сузились, но оставались открытыми, так что смерть наступила не сразу — она медленно погружалась в состояние агонии.
Джэ Ин спокойным тоном перечисляла факты, установленные при вскрытии.
— На шее есть след от трения, но это не прямая причина смерти. Что именно оставило этот след, нужно ещё выяснить, но убили её голыми руками.
Сказав это, она посмотрела на руки Му Ёна, лежащие на столе.
Чтобы сдавить сонную артерию большим и средним пальцами сзади так, чтобы перекрыть кровоток спереди, нужны именно такие руки.
— Такие же длинные, большие мужские руки с толстыми пальцами, как у вас, Со Му Ён.
— А что, если я и есть убийца? Не страшно выкладывать мне все детали расследования?
— Вы же сами сказали, что вы подозреваемый.
— А ты не знаешь, что значит это слово?
Подозреваемый — это тот, чья вина пока не доказана, но кто подлежит проверке. А значит, стоит найти хоть одну зацепку, и он в любую секунду может превратиться в обвиняемого.
— Со Му Ён, вы ведь не убийца.
— С чего такая уверенность?
— Разве эту женщину убили вы?
Её прямой, пронзительный взгляд вонзился в Му Ёна. В тот же миг улыбка исчезла с его лица.
— Ты так уверенно заявляешь, что это не я, вот мне и стало интересно. Что такого ты обо мне знаешь, Чон Джэ Ин, чтобы так безоговорочно в это верить?
Несмотря на его резкий тон, Джэ Ин молча съела ещё пару кусочков салата, прежде чем отложить вилку.
— Я не разбираюсь в психологии преступников. Я судмедэксперт, а не профайлер.
Её работа — устанавливать, когда и как наступила смерть, и анализировать, какие муки испытывал человек в свои последние мгновения. И иногда она пыталась представить себе эту картину.
Но всегда исключительно с точки зрения жертвы. Поэтому она и не могла знать, что творится в голове у убийцы.
— Если бы убийцей были вы…
Джэ Ин встала со стула, подошла к Му Ёну и потянула его за руку, заставляя подняться.
— Дайте руки.
Глядя снизу вверх на его лицо — для этого ей пришлось сильно запрокинуть голову, — Джэ Ин взяла его ладони и положила себе на шею.
Как и подобает крупному мужчине, его длинные, большие руки мгновенно сомкнулись на её тонкой шее. Му Ён в панике попытался отдёрнуть руки, но Джэ Ин с силой удержала их своими.
— Что ты твор…
Она сама сжала его пальцы на своей шее. Её лицо начало стремительно краснеть от удушья.
— Во-первых, вы не из тех, кто станет убивать человека ради забавы.
Если бы он действительно пошёл на убийство, он бы смотрел, как смерть забирает жизнь врага. Потому что пошёл бы на это, только будучи ослеплённым невообразимой яростью и ненавистью.
— Во-вторых, лично моё мнение: если бы вы действительно хотели кого-то убить, вы бы душили не со спины, а вот так, кхх, спереди.
Он не из тех мужчин, кто потеряет контроль над собой из-за какого-то пустяка или косого взгляда — хотя бы из-за собственной гордости. Это во-вторых.
Джэ Ин, чьё лицо уже исказилось от нехватки воздуха, впилась ногтями в тыльную сторону ладони Му Ёна, сжимавшей её горло.
— И тогда на ваших запястьях или кистях остались бы следы сопротивления. Например, царапины от ногтей жертвы.
Словно говоря «вот, смотрите», Джэ Ин слабо улыбнулась, несмотря на то что её шея была плотно сдавлена.
Ему стоило бы лишь чуть-чуть сжать пальцы, чтобы перекрыть ей кислород окончательно, но он, наоборот, изо всех сил пытался разжать хватку.
— И в-третьих, человек, совершивший убийство, вряд ли смог бы вот так спокойно сидеть и есть салат вместе с судмедэкспертом, вскрывавшим его жертву.
Если бы он был таким хладнокровным психопатом, его бы сейчас так не трясло, и он бы не стоял с таким бледным лицом.
— Я ответила на ваш вопрос?
Джэ Ин ослабила хватку на его руках и закашлялась. Ошарашенный Му Ён мгновенно отдёрнул руки.
Душили вроде бы Джэ Ин, но почему-то Му Ён выглядел так, словно кислород перекрыли именно ему.
— Ха-а…
Здоровой рукой, которая только что сжимала горло женщины, Му Ён зачесал волосы назад и издал долгий, тяжёлый выдох. Почему-то внутри у него всё клокотало от раздражения.
— За доверие, конечно, спасибо, но если бы я и правда был убийцей и всерьёз решил тебя задушить, что бы ты делала после таких фокусов?
— Кхм… Ну, тогда ничего не поделаешь. Пришлось бы защищаться и всадить в вашу шею первое, что подвернулось бы под руку.
Ебанутая. Му Ён и раньше подозревал, что в ней есть что-то от ненормальной… Но это уже переходило все границы. Есть ли у неё вообще инстинкт самосохранения — понять было решительно невозможно. Но…
— А от этого как будешь защищаться?
Джэ Ин непонимающе распахнула глаза.
Впадать в панику и отступать — не в его стиле. А её скулы, покрасневшие от нехватки кислорода, выглядели чертовски привлекательно.
Му Ён огромной ладонью резко схватил Джэ Ин за затылок, притянул к себе, наклонил голову и впился в её губы.
Воспользовавшись её шоком, он проник горячим языком в приоткрытый рот, словно снова перекрывая ей кислород.
— М-м-м…!
Внезапный поцелуй. Он сплёлся с её языком, проникая так глубоко, что, казалось, достанет до самого горла. Рука на затылке сжалась сильнее, заставляя Джэ Ин ещё больше запрокинуть голову.
Забрав себе весь её воздух, Му Ён довёл Джэ Ин до того, что она начала задыхаться и слабо забила кулаками по его груди. Лишь тогда его губы слегка разомкнулись. Почувствовав свободу, Джэ Ин судорожно глотнула воздух, но стоило ей сделать вдох, как он снова впился в её рот.
— По-подождите, Со Му… Ммп!
— Какое ещё «подождите».
— Д-дайте вдохнуть.
— Об этом ты сама должна заботиться.
Холодно бросив это, Му Ён снова накрыл её губы своими. Вместо кислорода Джэ Ин пришлось глотать его слюну.
Она отдавала слабым привкусом кофе — горьковатым, но одновременно сладким. И всё же из-за того, что он то и дело лишал её воздуха, перед глазами всё поплыло. Она пыталась упираться руками ему в грудь и отворачивать голову, но Му Ён стоял непоколебимо, как бетонная стена.
Одной рукой обхватив её за талию, он зажал Джэ Ин так крепко, что она не могла пошевелиться. Чувствуя своё бессилие перед мужской силой и ощущая, как внизу живота разливается тягучий жар, Джэ Ин постепенно перестала сопротивляться.
Лишь когда пальцы Джэ Ин, вцепившиеся в ткань его рубашки, бессильно разжались, Му Ён ослабил хватку на её затылке.
Схватив тяжело дышащую женщину за подбородок, Му Ён посмотрел ей прямо в глаза. Его тёмные глаза, немигающе смотревшие на неё, затуманились.
— Не думал, что мне понадобится утешение.
Пиздец… — пробормотав ругательство, прозвучавшее скорее как выдох восхищения, он криво усмехнулся и прошептал:
— Но оказалось, что нужно. Утешение.
