Инспектор Чо взглянул на настенный календарь-планировщик.

— На который час назначено?

— На одиннадцать. Скоро у входа будет столпотворение.

Всякий раз, когда на допрос вызывали известную личность, у фотолинии прокуратуры выстраивалась толпа репортеров с камерами и микрофонами.

— Чего не хватало этому человеку, которого так любили фанаты, чтобы сесть на наркотики? Эх… Жаль всего, чего он добился.

Любопытство, эгоизм. И беспечное отношение к цене за удовольствие.

Мысленно усмехнувшись их бездумным ошибкам, Му Ён опустил взгляд на бумаги.

Основа очной ставки — найти лазейки в показаниях подозреваемых и бить по ним, а если есть хоть малейшие сомнения — упорно копать до конца.

Для этого необходима предварительная подготовка. Му Ён отодвинул кружку с цитроновым чаем и принялся ловко вытаскивать нужные документы из кипы, возвышающейся на столе, как курган.

Дело, в котором были замешаны известные артисты, чеболи в третьем поколении и руководители среднего бизнеса. Му Ёну было плевать на их славу, но к этому делу было приковано слишком много глаз.

Он перечитывал эти протоколы уже несколько раз, но надеялся найти что-то новое.

На вечеринке, которую они устроили, умер человек. Передозировка, хроническое заболевание или внешнее вмешательство? Он начал методично изучать материалы полицейского расследования с самого начала.

Какое-то время в кабинете раздавался лишь шелест перелистываемых страниц, скрип ручки да стук по клавиатуре.

Му Ён и его команда вели ожесточенный бой в абсолютной тишине. Как раз в тот момент, когда Му Ён собирался перейти к следующему документу, их прервал неожиданный стук.

— Да, войдите, — ответил Му Ён, не отрывая взгляда от бумаг.

— Прокурор Со Му Ён…

Услышав обращение, Му Ён слегка поднял глаза на вошедшего.

— Господин заместитель главного прокурора просит вас зайти к нему.

Брови Му Ёна слегка нахмурились. И не из-за внезапного вызова начальства, а из-за того, кто принес это сообщение.

— Вы сейчас ко мне обращаетесь?

— Да.

— Зачем заместителю Гу понадобилось меня видеть?

— Этого я не знаю. Мне просто велели вас привести.

Зачем заместителю главного прокурора из другого отдела, не являющемуся его прямым начальником, вызывать Со Му Ёна? Инспектор Чо и помощница Ом тоже недоуменно переглянулись.

— Я сейчас немного занят.

— Он просил зайти прямо сейчас.

Му Ён сжал губы и слегка прищурился. Интуиция подсказывала, что разговор будет крайне неприятным.

***

Джэ Ин, которая большую часть рабочего времени проводила в лаборатории или секционной, впервые за долгое время вышла в сад.

Из-за загруженности она редко покидала здание, разве что по вызову в суд в качестве свидетеля-эксперта.

Она уже и забыла, когда в последний раз нормально видела солнечный свет. Внезапно ей показалось, что она похожа на крота, прячущегося под землей.

Как только она открыла стеклянную дверь, ведущую в сад, морозный зимний ветер прошелся по её волосам, спадающим до плеч. Ветер был резким, но бодрящим.

Снежные хлопья, падавшие с самого рассвета, то таяли, то снова ложились, пока наконец не укрыли весь мир белым ковром.

Глядя на этот чистый, безмолвный пейзаж, Джэ Ин глубоко, полной грудью вдохнула воздух.

С каждым вдохом и выдохом ледяной воздух проникал в нос. Казалось, он вымывает въевшийся в тело трупный запах, прилипший к ней во время утреннего вскрытия.

Как бы тщательно она ни мылась, как бы густо ни мазалась лосьоном с сильным ароматом, трупный запах мог витать вокруг неё сутками.

Даже если мыться трижды в день — утром, днем и вечером, — ездить в переполненном автобусе или метро было испытанием. Люди могли и не понимать, чем именно пахнет, но инстинктивно чувствовали отвращение.

Более того, столь резкий запах прочно въедался в подкорку и долго не выветривался. Как правило, человеческий мозг хранит обонятельные воспоминания дольше, чем зрительные.

Она уже пять лет работала судмедэкспертом после ординатуры по патологической анатомии, но к запаху гниющего человеческого тела привыкнуть было невозможно.

Особенно после таких случаев, как сегодня. Женский труп с ножевыми ранениями. Поскольку после смерти тело долго лежало ненайденным, процесс разложения зашел далеко, да и масштаб повреждений был колоссальным.

Лицо, шея, руки, грудь, спина и талия. В общей сложности шестьдесят шесть колото-резаных ран по всему телу. Даже внешне это выглядело чудовищно, а когда тело вскрыли, картина оказалась ещё более жуткой.

Как выяснилось, её продолжали кромсать ножом десятки раз даже после того, как она перестала дышать.

Как же ей было больно и мучительно.

Как же ей было страшно.

Как же ей было горько и обидно.

Беспощадные удары ножом, вспарывающие и кромсающие плоть, — она была совершенно беззащитна. Знала ли она, что даже после смерти над её телом будут глумиться?

Джэ Ин предпочла бы, чтобы девушка этого не знала.

«Говорят, что даже после того, как дыхание останавливается, слух сохраняется какое-то время. Поэтому на церемонии прощания те, кто любил усопшего, шепчут ему слова любви. В надежде, что он уйдет в лучший мир без сожалений. Говорят, душа, покинувшая тело, находит в этом утешение и спокойно закрывает глаза», — так ей однажды сказал организатор похорон, пришедший забрать тело после вскрытия.

Что же она услышала напоследок?

Если благодаря этому вскрытию часть её обиды будет снята, сможет ли её душа найти покой за гранью смерти?

Джэ Ин шмыгнула носом. От мороза, от которого изо рта шел пар, кончик её носа раскраснелся. Она вышла проветриться перед написанием заключения о вскрытии, но короткий перерыв слегка затянулся.

— Пора возвращаться.

Оставив следы на покрытом свежим снегом асфальте, она снова вошла в здание.

Шаги гулко отдавались в коридоре. Завернув за угол, она увидела, что перед самым последним кабинетом — её лабораторией — кто-то стоит.

Мужчина небрежно прислонился к стене, глядя на табличку, обозначающую присутствие сотрудника.

Темно-серое кашемировое пальто доходило ему до икр, плотно облегая фигуру, но даже издали было видно, насколько это чувственное и мощное тело.

Что он здесь делает?

Продолжая идти вперед по инерции, Джэ Ин всё ещё сомневалась.

Но мужчину с таким ростом и таким сложением она знала только одного. Вскоре, почувствовав приближающиеся шаги, мужчина повернул к ней голову.

Они встретились взглядами с расстояния в несколько метров. Резкий разрез глаз и абсолютно черные зрачки, в которых таилось что-то первобытное и дикое.

В тот миг, когда их взгляды пересеклись, её сердце словно споткнулось. Она сама не понимала, почему, и это её удивило. Только тогда Джэ Ин остановилась и, всё ещё не до конца веря своим глазам, спросила:

— Со Му Ён?

Услышав свое имя, мужчина медленно отлип от стены. Он возвышался над ней, как башня, и Джэ Ин пришлось поднять голову.

— Где вы были? Я тут заждался.

Его красные губы растянулись в кривой усмешке.

— Как вы здесь…

Ей не показалось. Мужчина, с которым она провела ночь в отеле около месяца назад, сохранился в её памяти таким же четким, как биологический образец в банке с формалином.

Она смотрела на его лицо округлившимися, слегка дрожащими глазами, но быстро взяла себя в руки и вернула самообладание.

Испуганное лицо Джэ Ин выглядело довольно мило.

Её ледяное, прекрасное и холодное лицо менялось только тогда, когда он прижимал её к постели и доводил до предела, но сейчас она показала ему ещё одну сторону, и Му Ён подумал, что не зря пришел.

— Как вы узнали, где я работаю?

Она назвала только имя, и его появление здесь явно вызывало у неё подозрения. В её взгляде и голосе сквозила настороженность.

— Вот именно поэтому не стоит называть свое имя кому попало. Бесстрашная вы наша. Мало ли какой псих вам попадется.

— Вы не были похожи на психа.

— Что поделать? Я парень более настырный, чем вы думали.

— Вы пришли сюда, чтобы меня шантажировать?

— Шантажировать? И что мне с того, что я буду шантажировать Чон Джэ Ин?

— Вот и я о том же. Зачем вы пришли?

Джэ Ин выпрямила спину, стараясь не выдать растерянности перед незваным гостем. Однако из-за огромной разницы в габаритах она напоминала белку, перегородившую дорогу волку. Это выглядело не угрожающе, а, скорее, забавно.

Как и следовало ожидать, Му Ён усмехнулся:

— Есть что сказать, есть что спросить. Я предпочитаю общаться лицом к лицу, так что совместил приятное с полезным.

— Если вам есть что мне сказать, давайте выйдем. Посторонним здесь находиться нельзя.

— И куда пойдем? Снова в отель? Платить будет Чон Джэ Ин?

— Куда угодно. Но я не смогу уделить вам много времени. У меня через час встреча.

— Тогда поговорим в вашем кабинете.

Му Ён резко развернулся и встал перед дверью её лаборатории. Посмотрев на замершую Джэ Ин, он мотнул подбородком в сторону ручки.

— Открывайте. Не в коридоре же нам это обсуждать.