Онлайн чтение книги Несчастье, доставшееся даром Free Misfortune
1 - 62

У Бо Ра совершенно не осталось воспоминаний о том, как она добралась до дома. Должно быть, по пути она несколько раз упала. Грязные колени и ссадины на ладонях, словно стертых об асфальт, выдавали жалкую, шаткую походку человека, находящегося в глубоком шоке.

— Бо Ра, а Су Ха?

Ее разум всё еще пребывал в оцепенении — казалось, душа так и осталась там, на месте их расставания.

— Разве вы не должны были прийти вместе?

Проигнорировав озадаченную маму, которая так и застыла с поварешкой в руке, Бо Ра, пошатываясь, ушла в свою комнату. «Бо Ра!» — донесся растерянный возглас из-за с грохотом захлопнувшейся двери. Но девушка, пропустив его мимо ушей, просто рухнула ничком на кровать и тяжело выдохнула.

Казалось, в легких застрял огромный комок шерсти их кошки Самсэк. Дышать было невыносимо тяжело, словно ей зажали рот и нос. Отчаянно пытаясь втянуть хоть немного кислорода, Бо Ра с трудом хватала ртом воздух.

За дверью мгновенно воцарилась тишина — родители явно почувствовали неладное. Их осторожный шепот сливался для Бо Ра в неразборчивый гул, похожий на иностранную речь. Уткнувшись в подушку, она заливалась слезами.

Что я наделала. Как я могла наговорить такое... и кому? Самому Су Ха.

Жгучее сожаление исполосовало всё её тело — казалось, из люминесцентной лампы на потолке вместо света сыпались острые лезвия. Но мучительнее всего было осознание: даже если бы можно было отмотать время назад, она всё равно повторила бы те же самые слова.

Я знаю. Мне больно, но это не ошибка. Ужасно тяжело, но по крайней мере я выбрала верный путь. Но... но...

Бо Ра знала, что поступила правильно. Она чувствовала, что никогда не смогла бы смириться с тем недоверием, что таилось за его спиной. И всё же она не могла выбросить из головы лицо Су Ха, который изо всех сил пытался сделать вид, будто не расслышал её слов. Этот образ приковал к себе, не давая освободиться.

«Бо Ра». Теперь она больше не услышит голос, который так нежно произносил её имя. «Думал, умру, так хотел тебя увидеть». Теперь она больше не почувствует его тепла, способного согреть даже застарелое одиночество.

Как ни парадоксально, реальность расставания ощущалась именно через эту зияющую пустоту. В тот миг, когда Бо Ра до конца осознала, что действительно больше никогда к нему не прикоснется, безмолвные слезы сменились надрывными рыданиями. Её плечи судорожно вздрагивали, пока она вжимала лицо в подушку, чтобы заглушить рвущийся наружу крик.

Сердце жгло так, словно на свежий ожог плеснули кипятком. От этой невыносимой, горькой боли даже промелькнула мысль: лучше бы просто задохнуться прямо здесь и сейчас.

Но как бы ни было мучительно, как бы ни было искромсано её сердце — завтрашний день всё равно наступит.

Как и говорил Су Ха. Как он учил её тогда, когда она жила без капли надежды... Это мучительное «сегодня» в конце концов закончится.

И именно это осознание казалось Бо Ра самым ужасным.

* * *

Разве когда-нибудь раньше она так радовалась собственной занятости?

С чувством глубокой благодарности Бо Ра погрузилась в сумасшедший рабочий график. Придя в школу с глазами, с которых едва спала припухлость от слез, она познакомилась с коллегами по кабинету, зашла на утреннее классное собрание и представилась своим подопечным — ученикам с горящими глазами. Весь день она проходила хвостиком за куратором и сама не заметила, как пролетело время.

— Учитель, учитель!

В этом безумном расписании, не оставлявшем ни секунды на мысли о болезненной потере, эти болтливые пятнадцатилетние подростки стали для Бо Ра настоящим спасением, не давая её разуму уйти в себя.

— Учитель, вы правда видели Чхэ И Сон?

Ученики второго класса средней школы окружили Бо Ра плотным кольцом. От них исходил такой жар — прикоснись к спине, и покажется, что они только что пробежали спринт. Они без умолку засыпали её вопросами.

— Говорят, она в жизни просто красавица! Говорят, у нее ноги толщиной с мои руки!

— Да, я как-то видела её в лекционном зале. Она и правда очень бледнокожая и худенькая.

— Ва-а-ау!

Стоило Бо Ра порыться в памяти и поделиться впечатлениями от встречи с солисткой мегапопулярной айдол-группы, как дети разом приоткрыли рты, став похожими на стайку воробьев, рассевшихся на проводах.

— Это для нас шок, а вы, наверное, кучу звезд видели! В ваш университет ведь вечно всякие знаменитости заглядывают!

— Учитель, а кто из них в жизни самый красивый?

— Учитель, а я как-то ездил в Сеул и видел Кан Сока! Знаете такого?

Бо Ра с улыбкой, по очереди отвечала щебечущим подросткам, которые не отходили от неё ни на шаг.

— Учитель, а у вас парень есть?

Звонкий голос, еще не успевший сломаться, внезапно прорезался сквозь общий гомон.

— А сколько ему лет?

Удивительно, но стоило этому мальчишке открыть рот, как вокруг повисла тишина — словно всех окатили ледяной водой. Бо Ра, которую больше насторожила эта резко изменившаяся атмосфера, чем сам вопрос, повернула голову на голос.

Школьная форма подростка, чьи волосы слиплись от избытка воска, была ушита так сильно, что резко выделялась на фоне одежды остальных ребят. Внимательно посмотрев на его лицо с выбритыми полосками на кончиках бровей, Бо Ра наконец вспомнила имя.

Ученик номер четыре из вверенного ей класса, Ким Мин Хван.

— Есть, Мин Хван.

Услышав свое имя, мальчишка переглянулся с дружками и усмехнулся:

— Ого, учитель, вы даже мое имя запомнили?

— Конечно. Я выучила имена всех ребят в классе.

— Жалко, что у вас кто-то есть. Были бы свободны — пользовались бы куда большей популярностью.

Он говорил это совершенно развязным тоном, небрежно опираясь на метлу. Заметив, как остальные дети потихоньку пятятся, словно боясь попасть под горячую руку, Бо Ра сделала ему замечание:

— Если будешь так на неё наваливаться, метла сломается, Мин Хван.

— Подумаешь. Сломается — новую купите. Или парня своего попросите, пусть купит.

— Учитель, а ваш парень тоже студент? В каком универе учится?

Глядя на компанию Мин Хвана, от которой за версту несло хулиганской бравадой, Бо Ра спокойно ответила:

— Мой парень не студент. И он даже не кореец.

— Ого, а откуда тогда?

— Из России.

— ...

— Сейчас он отбывает срок в тюрьме для иностранцев за незаконное хранение огнестрельного оружия.

Парни потеряли дар речи и растерянно захлопнули рты. Бо Ра хитро прищурила один глаз и добавила:

— Только это секрет. Остальным ни слова, договорились?

* * *

Закончив руководить уборкой, прямо перед вечерним классным собранием, Бо Ра улучила свободную минутку, заскочила в учительскую уборную и со вздохом включила воду.

Она осторожно мыла руки, стараясь, чтобы сильная струя не забрызгала блузку, как вдруг из груди вырвался смешок, а уголки губ невольно поползли вверх.

Русский парень. Незаконное хранение оружия. Услышь это её настоящий парень, он бы не просто опешил, а до глубины души оскорбился.

Как бы Су Ха смеялся, если бы это услышал.

Подумав об этом, Бо Ра по привычке потянулась за телефоном, собираясь прямо так, мокрыми руками, набрать ему сообщение и пересказать эту забавную историю... но вдруг замерла.

Су Ха терпеть не мог, когда она скрывала его от своих знакомых. Ему хотелось кричать первому встречному, что он — её парень, и что у них всё прекрасно.

Из-за этого дежурный ответ о наличии парня въелся в неё, став рефлексом. Она подтвердила это так естественно, что лишь с запозданием осознала свою ошибку.

Ведь теперь у неё никого нет. Они с Су Ха расстались в прошлые выходные.

В тот миг, когда эта суровая правда, которую она изо всех сил пыталась спрятать за дневной суетой, прорвала фальшивую маскировку, перед глазами всё поплыло. Ноги, до этого уверенно державшие её, внезапно стали ватными и подкосились.

Ха-а.

Бо Ра обеими руками вцепилась в край раковины и судорожно вздохнула, даже не замечая, что струя воды, от которой она так старательно уворачивалась, всё-таки забрызгала блузку.

Ей предстоит искоренить в себе столько же привычек, сколько времени они провели вместе. Сегодня она оступилась один раз, но сколько раз эта ошибка повторится завтра?

Неужели каждый раз придется проходить через эту ломку и мучения? Последствия разрыва только-только начали давать о себе знать, а боль уже стала невыносимой. Бо Ра с огромным трудом подавила в себе желание разрыдаться прямо здесь, над льющейся из крана водой.

— Боже мой. Учитель!

Бо Ра как раз пыталась восстановить дыхание, невидящим взглядом уставившись на воду, утекающую в слив. В этот момент дверь одной из кабинок, казавшихся пустыми, распахнулась, и оттуда вышла её куратор Кан Хэ Чжин.

— Учитель Бо Ра... вы в порядке?

Женщина с тревогой посмотрела на её покрасневшие глаза. Растерянная Бо Ра тут же попыталась натянуть улыбку и замахала руками, всё отрицая, но её вид, казалось, лишь усилил сочувствие куратора.

— Дети в нашем классе совсем отбились от рук, правда? Это всё синдром восьмиклассника [1], будь он неладен.

[1] корейский термин, обозначающий подростковый период бунтарства, самоуверенности и желания выделяться, характерный для учеников второго года средней школы.

Хэ Чжин, видимо, уже сделав собственные выводы, мягко похлопала Бо Ра по спине и принялась её утешать.

— У них сейчас такой сложный возраст. Дурачатся, как необъезженные жеребята, но злого умысла в них нет. Единственный, кого стоит остерегаться — это Ким Мин Хван.

— Мин Хван?

— Да. Он, часом, еще не успел вам нахамить или какую-нибудь пакость сделать?

Поняв, что разубеждать куратора бесполезно, Бо Ра лишь удивленно переспросила. Хэ Чжин резко нахмурилась и шумно выдохнула.

— Впрочем, конечно, успел. Знаете, скольких учителей он уже довел до слез!