Онлайн чтение книги Несчастье, доставшееся даром Free Misfortune
1 - 68

— Кстати, Сэ Ын нормально вымыла пол? А то я недавно видела, как она дралась с Чжун Чжэ на метлах.

— А-а-а! Учитель, вы видели?! Это Чжун Чжэ первый начал, честное слово!

Глядя на оставшихся дежурить ребят, Бо Ра с трудом выдавила из себя улыбку. Проведя классное собрание вместо куратора, она постаралась стереть с лица предательскую подавленность и толкнула дверь учительской.

Там сидело несколько родителей — судя по всему, ждали они уже давно.

— Учитель Бо Ра. Это мама Сон Чжуна.

Бо Ра виновато склонила голову в знак приветствия, но женщины промолчали. Заметив это, Хэ Чжин слегка нахмурилась и покачала головой, однако сама Бо Ра не считала такую холодность несправедливой.

Местонахождение и безопасность детей неизвестны. Сердце любой матери сейчас наверняка горит в аду. Бо Ра, у которой тоже были родители, прекрасно понимала их состояние, и ей оставалось лишь молиться, чтобы ребята вернулись целыми и невредимыми.

— Мы передали ориентировки во все ближайшие полицейские участки, так что давайте пока просто ждать новостей. Если вам вдруг позвонят, немедленно свяжитесь с классным руководителем.

Совместное ожидание делу не помогало, поэтому этот тяжелый, как пытка, разговор свернули еще до захода солнца. Гадая, почему мама Мин Хвана так и не появилась, Бо Ра вместе с куратором обошла ближайшие компьютерные клубы, после чего они разошлись.

Но разве можно спокойно отдыхать дома с такой тяжестью на душе? Понимая это, Бо Ра, вопреки обещанию пойти прямиком в свою квартиру, обошла еще и соседние бани, и крыши многоквартирных домов.

Ей попалось несколько подозрительных подростковых компаний, но знакомых силуэтов среди них не оказалось.

Неужели полиция права, и они действительно сбежали в другой район? Тогда найти их будет еще сложнее.

Отгоняя от себя липкую тревогу, Бо Ра бессильно брела домой. Солнце уже давно село, уступив место уличным фонарям. Под их яркими лучами, льющимися прямо на голову, она еле волочила ноги.

Путь до дома казался бесконечным. Шагая по тротуару, который словно издевательски растягивался под ногами, Бо Ра всё глубже погружалась в мрачные мысли.

Практика закончится уже через неделю. Что, если до этого времени Мин Хван и Сон Чжун так и не вернутся? Что, если их не найдут ни через неделю, ни через год? А что, если они пропадут насовсем...

«Пропавшие без вести».

Эти страшные слова всплыли в голове, лишь когда она почти дошла до дома.

Видимо, ноги сами несли её по привычному маршруту. Бо Ра вдруг огляделась по сторонам, словно только что очнулась. И почему-то именно сейчас, в слепящем свете, сквозь привычный пейзаж проступило нечто странное, чужеродное.

Старые уличные фонари недавно заменили на светодиодные, и теплый оранжевый свет, будивший воспоминания о прошлом, сменился холодной, яркой бледностью. В этом сиянии, безжалостном, как само солнце, Бо Ра уставилась на знакомую и одновременно незнакомую стену.

За аккуратно облицованной кирпичной кладкой, свежей, как только что вкрученная лампочка, мерцали вывески старых заведений. Ресторанчик жареной рыбы. Забегаловка с копчаном [1]. И прямо напротив... старая баня.

[1] Корейское блюдо из жареных свиных или говяжьих кишок.

Только увидев вывеску бани с отвалившейся буквой, Бо Ра вдруг осознала: это же то самое место. Место той давней аварии, в которой пострадала Ким Хан На. Как последняя идиотка, она своими же ногами пришла в переулок, которого все эти годы панически избегала.

Уж лучше бы она этого не понимала. В ту же секунду на неё накатил жестокий приступ головокружения. Перед глазами всё поплыло, а в ушах снова поднялся мерзкий звон.

«Пропавшие без вести».

Эта фраза снова эхом отдалась в голове. Тётушка Мён Ин. Авария. Водитель, скрывшийся с места ДТП. Ким Хан На. Психбольница. И снова... пропавшие без вести.

Обрывки мыслей бешено вращались в мозгу, словно шарик в рулетке, пока не остановились на исходной точке. Пропали без вести. Дети просто исчезли, будто испарились.

В памяти невольно всплыл вчерашний чужой взгляд, который она спиной почувствовала у красной стены, оплетенной плющом, похожим на скрюченные руки мертвеца.

Это точно был взгляд Су Ха. Взгляд бывшего возлюбленного, который упрямо преследовал её, неотступно крадясь за спиной.

Пропали без вести. В голове бушевал шторм, и эти слова кружились в нем смерчем, словно обломки разрушенного дома.

— Ты и правда думаешь, что он такой же человек, как ты?

Сквозь ужасающий вой этого внутреннего урагана прорвался вкрадчивый женский голос.

— Ты и правда думаешь, что тот человек, которого он убил, будет последним?

От воспоминания об этом резком, насмешливом тоне голова пошла кругом.

Она уже очень давно нормально не спала. Вчера, несмотря на дикую усталость, ей удалось забыться от силы часа на два, а сегодня она весь день моталась по городу.

Однако главной проблемой было вовсе не физическое истощение. Её и без того хрупкая психика достигла предела и теперь натянулась до звона, словно готовая вот-вот лопнуть струна.

«Не может быть. Нет. Такого просто не может быть», — маниакально бормотала Бо Ра, до крови сгрызая ногти.

Дурная привычка. Привычка, от которой её упорно и настойчиво отучал Су Ха. Симптом глубокой тревожности, появившийся после смерти брата и исчезнувший лишь благодаря Су Ха, теперь вернулся, снова заставляя её кусать пальцы до крови.

И тут...

Шарк.

Тихий звук шагов резанул по ушам. Бо Ра замерла, так и не донеся изгрызенные пальцы до рта. У неё перехватило дыхание. Окаменев с полными воздухом легкими, она напрягла все чувства, прислушиваясь к тому, что происходило за спиной.

Позади стояла гробовая тишина, словно пытаясь убедить её, что этот звук был лишь слуховой галлюцинацией воспаленного разума.

Но как ни обманывай себя, этот отчетливый, липкий взгляд скрыть невозможно. Чувствуя, что за ней по-прежнему неотрывно наблюдают, Бо Ра медленно опустила руку от лица.

Она понимала это интуитивно. Как бы быстро она ни обернулась, поймать его не выйдет. Преследователь снова ускользнет, как песок сквозь пальцы.

В таком случае оставался только один способ выманить его из тени.

Кап.

Капля крови, скопившаяся на изгрызенном пальце, тяжело сорвалась на землю. Почувствовав, как она падает, Бо Ра в ту же секунду приняла решение.

Сыграть обморок — дело нехитрое. В любой другой день это потребовало бы усилий, но именно сейчас в этом не было абсолютно ничего сложного. Грань между игрой и реальностью почти стерлась. Её тело и так достигло критической точки — Бо Ра оставалось лишь отпустить остатки самоконтроля и поддаться слабости.

Что будет дальше? Неужели она просто рухнет щекой на асфальт? А если нет... Если, как она и рассчитывала, снова раздадутся шаги...

Тук.

Её расчет оказался верным. За спиной раздались торопливые шаги. Чьи-то руки поспешно подхватили её за плечи, и над ней склонилось лицо.

— Чхве Бо Ра…

Это был Чи Су Ха. За время их разлуки линия его подбородка стала еще резче.

Как она и предполагала, Су Ха не смог просто стоять и смотреть, как она падает. Глядя на человека, который всё-таки бросился ей на помощь, Бо Ра испытала невыносимо сложную, разрывающую сердце муку.

Казалось, будто кто-то вцепился ей в плечи и безжалостно трясет. Внутренности скрутило спазмом от тошнотворного головокружения; казалось, она не выдержит, если прямо сейчас не исторгнет из себя хоть что-нибудь.

Сквозь пульсирующую головную боль Бо Ра ощутила странное дежавю. Ей казалось, что она уже видела его в таком ракурсе. Когда это было? Ах да, кажется, когда ей было восемнадцать.

Тогда она тонула в нем, забыв, что нужно сопротивляться, и лишь безвольно опускалась на самое дно. Тогда она доверилась морю, обнявшему её со всех сторон, и предпочла покорно задохнуться в его объятиях.

Су Ха смотрел на неё сверху вниз точно так же — только тогда за его спиной сияло голубое небо и ослепительный летний свет.

На самом деле единственным сходством было то, что он заслонял собой источник света, сияющий как солнце. Если не считать этого яркого контрового освещения, всё остальное было совершенно иным. И его взгляд, направленный на неё, и её сердце, тянущееся к нему — теперь в них не осталось и следа тех прежних чувств. Ни единого общего оттенка.

Причина, по которой она насильно выудила из памяти эти воспоминания и сопоставила две такие разные сцены, была лишь одна. Она хотела сравнить настоящее с той любовью, которую уже навсегда отпустила, чтобы намеренно ранить себя еще раз.

То, что она больше не могла ему доверять, ранило не только Су Ха, но и её саму. Необходимость подозревать его причиняла Бо Ра невыносимую боль.

Но терпеть это дальше было свыше её сил. Ей нужно было выблевать эти подозрения, подступившие к самому горлу удушливым комом. Выплеснуть их в лицо тому, кто когда-то спас её юность, а затем целиком и полностью завладел её взрослой жизнью.

— Зачем ты это сделал?..

Она должна была направить стрелу обвинения в Су Ха — человека, которого любила так сильно, как, казалось, больше никого и никогда не полюбит.

— Зачем... зачем ты мне солгал?!

Слова вырывались сбивчиво, бессвязно. Будь она в состоянии мыслить здраво и логично, она бы не кричала сейчас, задыхаясь от истерики. Но Бо Ра, отчаянно желая избавиться от этой жгучей боли, вцепилась в него и выплеснула всё разом, словно в приступе тошноты.

— Та авария ведь случилась здесь! Та авария, в которую попала Ким Хан На, где другим раздробило ноги — это же было прямо здесь!

Из бесконечного вороха вопросов, душивших её, наружу вырвался тот самый, что с самого начала вверг её в этот липкий кошмар.

— Так почему ты соврал, что водитель скрылся?! Почему сказал, что авария была пустяковой?! Почему забрал к себе домой только меня?!

Су Ха неподвижно, словно забытая гипсовая статуя, смотрел на Бо Ра сверху вниз. Его лицо было безупречным, словно вылепленным талантливым скульптором. Удлиненный разрез глаз и точеная линия носа были настолько изящны, что даже беспощадный, резкий свет уличного фонаря казался выставленным студийным освещением.

Но за этими идеальными, словно высеченными из мрамора чертами Бо Ра внезапно увидела нечто иное.

— Почему... почему из этой лужи крови... ты забрал домой только меня?..

Безумный, истеричный поток слов резко оборвался.

Острый осколок прошлого резанул по сознанию — так, словно кто-то силой вытащил на свет нечто, долгие годы прятавшееся на самом дне памяти. Всплывшие, словно буйки на воде, обрывки воспоминаний застелили ей глаза.

— Чт... что за хуйня!

Растерянный, испуганный крик Ким Хан На. И белый свет — не просто ослепительный, а надвинувшийся так близко, что от него закружилась голова.

— Ты что, ослеп?! Там же человек под колесами! Немедленно убери маши...

То, что отразилось сейчас в её расширенных глазах, блуждающих по внезапно воскресшему прошлому, было тем самым светом из прошлого.

Он не был похож ни на мягкое летнее солнце, ни на холодное сияние уличных фонарей. Это была агрессивная, жестокая вспышка, до боли режущая глаза, готовая ослепить навсегда.

Это был слепящий свет фар до боли знакомой машины, кузов которой был черным, как сама смерть.