Пораженная до глубины души, Бо Ра резко повернула голову, и ее взгляд встретился с лицом Ким Хан На.
Ким Хан На, смотревшая на нее с насмешкой, полной презрения, была не одна. Под тусклым светом уличного фонаря виднелись грубые лица крупных парней.
Лица, скрытые в тени, сложно было опознать точно, но интуиция подсказывала.
Они знакомы. Те, кто ухмылялся за спиной Ким Хан На, определенно были теми парнями, которых она видела несколько дней назад в парке.
— Чего так поздно выходишь, Чхве Бо Ра?
Компания Ким Хан На приближалась, окружая Бо Ра, которая пятилась назад.
— Ты там с тем парнем из дома что, трахалась?
За вульгарным словом последовал отвратительный смех: «Ого, какая выносливость». Бо Ра посмотрела на мерзко хихикающих парней, а затем перевела взгляд на Ким Хан На.
— Ким Хан На… Тебе есть что мне сказать?
— Сказать? До хрена чего.
Ким Хан На была самой испорченной девчонкой из всех, кого знала Бо Ра. Но Бо Ра лишь слышала слухи из вторых рук и не знала точно, что именно натворила Ким Хан На и почему о ней ходят такие разговоры.
Ведь у Ким Хан На и Чхве Бо Ра не было причин пересекаться. Хоть они и учились в одной школе, в одном классе, они принадлежали к совершенно разным мирам.
— Посмотрим, сможешь ли ты и сегодня вытворять передо мной ту херню.
Но в тот момент, когда Ким Хан На сказала это и протянула к ней руку, Бо Ра интуитивно поняла, что ей нужно делать.
Беги. Следуя крику инстинкта, Бо Ра резко развернулась. И побежала со всех ног.
— Эй, стоять!
Как назло, она решила еще немного подышать ночным воздухом и забрела в безлюдное место. Но и отсюда до жилого комплекса не так далеко.
Если побежать той короткой дорогой, если добраться хотя бы до окрестностей и закричать...
— А-а! Мм!..
Но Бо Ра забыла. За ней гналась не только Ким Хан На. Парни с отталкивающей внешностью, стоявшие за ее спиной, тоже преследовали ее.
Парни, от рук которых пахло одновременно сигаретами и мочой, бегали намного быстрее Бо Ра. Парень, мгновенно догнавший ее, схватил Чхве Бо Ра за волосы и зажал ей рот.
— Чхве Бо Ра, а ты быстро бегаешь, а?
Вознила ситуация, когда был перекрыт даже крик — ее последний оплот. Волосы Бо Ра перешли из рук парня в хватку Ким Хан На.
— Сучка, как же ты достала.
— Хан На, полегче. Лицо портить нельзя.
Бо Ра затащили в тупик переулка, где не было даже света фонарей, и Ким Хан На грубо тряхнула ее за голову. Парни, наблюдая за этим зрелищем, встали спиной к выходу из переулка, словно блокируя его.
— Бо Ра, ты же любишь парней. Ты же с ума сходишь по мужикам, да?
— Угх, пусти, пусти...
— Вот я и хотела познакомить тебя с оппами. Чего убегаешь, пизда тупая.
Голова запрокинулась назад. Глаза Ким Хан На во тьме сверкнули, словно излучая свет.
В этих маслянистых глазах читался злобный восторг. Отвратительное безумие тех, кто получает удовольствие, унижая других.
В тот момент, когда она увидела это, и одновременно, когда осознание того, что с ней сейчас сделают, пробрало ее до мурашек, Бо Ра быстро глянула вниз. А затем со всей силы ударила пяткой по подъему ноги Ким Хан На.
— Ай!
Бо Ра не упустила момент, когда хватка Ким Хан На ослабла от боли.
— Спасите!
— Эй, эй, блядь, заткни ее!
Она даже не смотрела в сторону выхода из переулка, который перекрывали парни. Вместо этого Бо Ра прижалась к глухой стене за спиной и закричала изо всех сил.
— Сюда! Помогите!
За стеной переулка находились магазины, включая баню. Хоть время было позднее и большинство закрылось, но наверняка там остался хоть один человек.
Расчет Бо Ра оказался верным. В темноте она увидела, как кто-то выскочил и начал оглядываться. При виде фигуры с короткими кудрявыми волосами в глазах Бо Ра вспыхнула искра надежды.
— Тетушка, помо!.. Угх!
— Сука!
Но сопротивление на этом закончилось. Шею Бо Ра, прилипшей к стене, как жвачка, снова скрутили, и одновременно она почувствовала сильный удар в живот.
— Кха!
— Вот же сука ебаная... Ай, нога.
Это была боль, какую она не испытывала никогда в жизни. Это был первый раз, когда ее ударили в солнечное сплетение. Ким Хан На, пнувшая Бо Ра в живот, сплюнула рядом с катающейся по земле Бо Ра и процедила ругательства.
— Оппа, держи ее. Хотела по-хорошему, а эта психованная выебывается.
— Ага. Ну-ка глянем...
К ушам Бо Ра, корчащейся от боли, приблизились шаркающие, грязные шаги. Нет. В тот момент, когда Бо Ра, задыхаясь, попыталась отползти назад, чтобы хоть как-то спастись, с гулом двигателя мощный свет поглотил поле зрения.
Она даже не смогла толком посмотреть в сторону источника обжигающего света. Яркие фары, словно солнце, спустившееся прямо перед глазами, окрасили все вокруг в белый цвет.
— Ч-что за!..
Раздались ругательства и крики, смешанные с паникой. И белый свет, приблизившийся настолько, что от яркости кружилась голова.
Бо Ра беспомощно смотрела, как черный автомобиль с фарами, словно рогами, врывается в узкий переулок.
Почему? Охваченная бессилием, не позволявшим пошевелить и кончиком пальца, она почувствовала странное дежавю.
Зрелище машины, не сумевшей вовремя затормозить и порождающей крики, было определенно тем шоком, который она уже испытывала в прошлом.
Почему я. Где именно. Авария брата точно произошла сзади...
В тот момент, когда она, затаив дыхание, отрицала это, осколок памяти, похороненный в подсознании, всплыл, как наказание.
— Оппа!
Визг, бам. А затем предсмертный крик.
Я бормотала, что звон в ушах, нападающий со спины, страшнее всего? Ворчала, какая же это удача, если это случилось не перед глазами, а сзади?
— Оппа, беги!..
При том, что я внушила себе, что не оборачивалась, желая забыть увиденное любой ценой. Так я обманывала себя?
Слова, которые Бо Ра бормотала два года назад о том, что не оборачивалась, были ложью. В тот день, едва услышав нарастающий рев двигателя, она тут же обернулась.
— О, оппа...
Верно. Если бы я все время стояла спиной, я бы не почувствовала такой густой запах крови.
Крик, который Бо Ра считала криком прохожего, на самом деле был ее собственным. То, что она кричала, прося вызвать скорую, на самом деле было ее собственным плачем.
Причина, по которой Бо Ра обманывала себя, утверждая, что не оборачивалась, имея столь четкие воспоминания, была одна.
— Оппа, п-приди в себя...
Она хотела забыть память о теле, которое дергалось с вывалившимися наружу внутренностями.
Она хотела стереть тот факт, что человек, умерший столь ужасной смертью, был ее родным братом.
— Угх!..
Сидя рядом с перекрученным трупом, Бо Ра вместо того, чтобы плакать или обнять его, испытывала тошноту.
Она хотела сделать вид, что не знает этого факта. О том, что она не волновалась за брата, не переживала за умирающую плоть и кровь, а испытывала отвращение и страх, она хотела отвернуться от этого факта.
То, что открылось после того, как она сбросила тонкую вуаль трусости, было сжавшимся в комок чувством стыда и вины.
Возможно, слова, услышанные на похоронах, были справедливы.
Она, которая отчетливо видела, как жалко умирал брат, но не нашла в себе смелости даже запомнить это. И при этом посмела тайком радоваться жизни, ища в ней искорки света.
Возможно, она заслуживала таких слов.
Отвращение к собственной слабости превратилось в слезы и потекло из глаз. Снова надоевший звон закружился в ушах.
Или нет. Может, на этот раз это не галлюцинация, а реальность? Этот свет, накладывающийся на прошлое, не иллюзия, а явь?
Если так, то даже лучше. Желая, чтобы это черное чудовище, несущееся в тупик, размазало ее по стене, Бо Ра с благодарностью потеряла сознание.
* * *
Ей явился сон. Точнее, не сон, а воспроизведение прошлого.
Отделение неотложной помощи единственной больницы общего профиля в уезде Нэхам. Там мама, воя как раненый зверь, обнимала истерзанное тело брата. Медицинский персонал, залитый кровью, лишь с усталыми лицами молча стоял рядом с умершим.
Но почему она сама не стоит там, а лишь смотрит издалека?
А, точно. Так и было. Бо Ра с опозданием нашла причину, почему она сидела на скамейке в коридоре больницы, а не внутри реанимации.
Все просто. Потому что она отказалась войти.
Потому что не хотела видеть труп брата вблизи. Потому что не была уверена, что сможет смотреть на этот ужасный вид, не испытывая рвотных позывов. Она сбежала.
Мама и папа рыдали, обнимая изуродованное тело, к которому она боялась даже приблизиться. Бо Ра смотрела на это пустыми глазами и тихо думала.
Я не любила брата. Я даже не могу сказать, что мы с братом были семьей.
Пытаясь снова подавить тошноту, презирая себя за то, что не может даже притвориться, она почувствовала теплую руку на лбу.
— ...ра.
Повернув голову, она увидела парня в белой футболке.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления