Онлайн чтение книги Несчастье, доставшееся даром Free Misfortune
1 - 64

Стук.

Ночной ветер с силой ударил створкой окна о раму и ворвался в комнату. Он пах лесом и принес с собой прохладу, словно предвещая скорое наступление лета.

Этот свежий воздух приятно холодил кожу даже сквозь тонкую ткань пижамы. Лишь сделав глубокий вдох — словно втянув в себя саму землю уезда Нэхам, — Бо Ра осознала, как сильно ей не хватало кислорода.

Мне было душно. Как человеку, которого внезапно подняли на огромную высоту, мне не хватало воздуха, и я отчаянно нуждалась в нормальном вдохе.

Поняв это благодаря свежему ветру, Бо Ра попыталась проветрить и собственные мысли. Сосредоточившись исключительно на ритме дыхания, она изо всех сил старалась прогнать тревогу.

Сколько раз её грудная клетка тяжело поднялась и опустилась? Лишь когда она смогла выдавить из себя слабую улыбку, это вторглось в её поле зрения, подобно ветру, ворвавшемуся в комнату.

Сначала она подумала, что это просто знакомая машина.

Где же я её видела? Где я видела её так часто, что она кажется до боли знакомой?

Она безучастно рылась в памяти, всё ещё стараясь дышать ровно, как вдруг причина этой узнаваемости всплыла сама собой.

Черная иномарка, в которой она ездила десятки раз. Изящный кузов с узнаваемой эмблемой.

Это была та самая машина, на которой Су Ха ездил еще в старшей школе.

Номер Бо Ра давно забыла. Она всегда была не в ладах с цифрами, а в те времена разбиралась в машинах еще хуже, чем сейчас, так что вспомнить его было нереально. Из-за этого она не могла точно проверить, действительно ли иномарка, припаркованная во дворе её комплекса, принадлежит Су Ха.

Поэтому поначалу она решила, что это просто машина такой же модели.

Так было безопаснее для психики. Разве Су Ха давным-давно не обмолвился вскользь, что сменил машину, потому что эта модель стала слишком попсовой? Бо Ра мало что в этом понимала, но раз владелец так сказал, значит, так оно и было.

Так что, возможно, это просто одна из тех многих машин, о которых он говорил. А может, у неё просто развилась паранойя, и она сама придумывает себе зловещие знаки. Стараясь убедить себя в этом, Бо Ра упрямо игнорировала черный силуэт, который ночами неподвижно стоял на одном и том же месте.

Однако и на следующий день, и через день чужой взгляд в спину неотступно преследовал её.

Этот взгляд был скорее осязаемым, чем просто ощущаемым. Чувствуя, как он липко скользит по ней по пути в школу и обратно, Бо Ра в испуге вздрагивала и начинала затравленно озираться.

Но вокруг раскинулся лишь уютный весенний пейзаж. Единственной, кто выделялся на этом фоне, как белая ворона, была сама Бо Ра — она крутила головой так нервно, словно находилась на грани срыва.

Ах. Лишь однажды она едва не поймала истинного виновника этой слежки.

Это случилось в особенно тяжелый день. В школе проходил открытый урок, и, видимо, из-за того, что практиканты здесь были редкостью, на занятие к Бо Ра пришел даже завуч.

Как бы усердно она ни готовилась, она оставалась всего лишь студенткой без диплома. Бо Ра изо всех сил старалась провести урок идеально, но дети, прекрасно осознавая присутствие толпы взрослых за спиной, то и дело отвлекались.

Хуже того, это был её подопечный класс. Опоздавший Мин Хван развалился за партой в развязной позе и без конца отпускал едкие шуточки. Было бы здорово строго отчитать его и взять класс под контроль, но на прошлой неделе Бо Ра слышала, как учителя-предметника едва не обвинили в жестоком обращении с детьми за то, что он просто растормошил уснувшего на уроке ученика. Так что и этот вариант отпадал.

В итоге урок прошел настолько плачевно, что единственным утешением было то, что он вообще закончился. Присутствовавшие учителя и даже завуч потом отвели её в сторонку и попытались подбодрить: мол, во втором классе много проблемных детей, и она всё равно молодец. Но Бо Ра, прочитав в их глазах нескрываемую жалость, чувствовала себя такой же ничтожной, как и её урок.

Правильно ли я сделала, что пошла в педагогический? Может, я слишком наивно смотрела на вещи? В тот день она едва не возненавидела своего школьного учителя, который когда-то заронил в неё эту мечту — ей казалось, что ему не следовало быть таким идеальным примером.

Подавленность делала её шаги тяжелыми и неуклюжими. Она чувствовала себя настолько раздавленной, что даже не обращала внимания на привычный взгляд в спину.

Она брела вперед, и её отчаяние было видно невооруженным глазом. На самом крутом участке длинного холма лодыжка Бо Ра предательски подвернулась.

— Ой!..

Потеряв равновесие, она начала падать. Лишь чудо в виде оказавшихся рядом перил спасло её от жесткого приземления. Вцепившись в ограждение, Бо Ра испуганно перевела дух.

Чуть не убилась...

В тот самый момент, когда она пыталась отдышаться...

За спиной раздался звук поспешно удаляющихся шагов.

Словно дикий зверь, заметивший человека, бросился наутек. Словно насекомые брызнули врассыпную, заслышав шаги. Уловив это резкое движение, Бо Ра стремительно обернулась, чтобы наконец увидеть того, чей взгляд изводил её столько дней.

Но как бы быстро она ни обернулась, беглец оказался быстрее. Всё, что успела заметить Бо Ра, — это длинная тень, метнувшаяся за угол. Опознать человека по одному лишь черному силуэту было невозможно.

Однако улики не всегда бывают вещественными. Иногда ты просто знаешь, даже не видя лица. Еще до того, как исчезло пугающее послевкусие от этой почти состоявшейся встречи, Бо Ра почувствовала, как догадка, которую она гнала от себя, списывая на паранойю, превращается в абсолютную уверенность.

Это Су Ха. Тот липкий взгляд, что преследовал её больше недели, действительно принадлежал ему.

Причина, по которой зловещее подозрение переросло в уверенность, была до смешного проста: преследователь не смог спокойно смотреть, как она падает. Человек, так ловко скрывавший свое присутствие, совершил нелепую оплошность перед лицом опасности, угрожавшей Бо Ра.

Такая одержимая забота могла исходить только от Су Ха. Эта любовь, которой, казалось, в нем было еще с избытком, посеяла в сердце Бо Ра противоречивые чувства.

С одной стороны — животный страх перед его одержимостью, перед человеком, который не в силах принять разрыв и маниакально ходит за ней по пятам. С другой — острая жалость к его чувствам, которые она буквально ощущала кожей.

Обе эмоции росли из одного корня — из любви Су Ха, — но листья на этих ветвях были совершенно разного цвета. Чувствуя, как внутри неё причудливо переплетаются эти контрастные ветви, Бо Ра медленно отвернулась.

Но мучительные сомнения — что перевесит: страх или жалость? — остались в прошлой неделе.

Так и не разобравшись в собственных чувствах, но окончательно убедившись в личности преследователя, Бо Ра тяжело вздохнула и слегка скосила глаза.

Взгляд по-прежнему сверлил её спину. И эта безмолвная слежка не прекратится, пока она не зайдет в подъезд, пока не шагнет в лифт и не нажмет кнопку своего этажа.

Нет, не так. Теперь Бо Ра чувствовала взгляд Су Ха даже в собственной спальне.

Потому что черная иномарка — теперь она точно знала, что машина принадлежит её бывшему, — сутками стояла во дворе комплекса, словно бросившее якорь судно. И припаркована она была именно там, откуда окна Бо Ра просматривались как на ладони. Из-за этого черного силуэта, который бросался в глаза, стоило лишь выглянуть на улицу, Бо Ра казалось, что за ней наблюдают даже дома.

Иногда ей снились кошмары: Су Ха открывает окно её квартиры и бесшумно влезает внутрь. Она просыпалась в холодном поту от того, что он с нежной улыбкой засовывал ей в рот кляп.

Даже когда ей было невыносимо душно, Бо Ра не решалась открыть окно. Боялась, что если сделает это, то действительно увидит в машине Су Ха. Боялась, что если её взгляд встретится со взглядом преследователя, то мужчине больше не нужно будет прятаться, и он воплотит её кошмар в реальность.

Лишенная нормального отдыха, Бо Ра становилась всё более нервной. Её психика натянулась до предела, словно готовая лопнуть струна.

Масла в огонь подливали и родители, которые теперь ходили вокруг неё на цыпочках.

— Бо Ра, тут такое дело... Су Ха дал папе попользоваться...

Начиная разговоры подобным образом, мама с папой ненавязчиво напоминали, как много хорошего делал для них её бывший, всем своим видом показывая, что хотят их скорейшего примирения.

В тот день, когда Бо Ра призналась, что они не просто повздорили, а окончательно расстались, в доме повисла гробовая тишина — родители восприняли это как настоящий шок. Они были людьми привязчивыми и относились к Су Ха с такой теплотой, словно он был их родным сыном. Их реакция — они ничего не говорили прямо, но по их лицам было видно, как сильно они расстроены — лишь усугубляла боль Бо Ра.

Бродить по улицам было страшно из-за преследующего взгляда, а прятаться дома — невыносимо из-за гнетущей тишины и укоризненных взглядов родителей.

Оказавшись в ситуации, до боли напоминающей тот ад, что она пережила давным-давно в уезде Нэхам, Бо Ра горько усмехнулась.

И тогда, и сейчас это происходило, когда Су Ха не было рядом.

Издав сухой, надломленный смешок, готовый рассыпаться от малейшего дуновения ветра, Бо Ра бессильно поправила сползающий с плеча ремешок сумки.