Онлайн чтение книги Несчастье, доставшееся даром Free Misfortune
1 - 14

— Конечно.

На этот раз даже разум не смог остановить ее порыв. Честно говоря, она даже не пыталась его остановить. Обе руки Бо Ра в конце концов схватили большую руку Су Ха, словно обнимая ее.

— Ты будешь моей удачей до самой моей смерти.

— ...

Как и всегда, когда она делала шаг навстречу первой, Су Ха молчал. Лишь словно запечатлевая момент соприкосновения кожи в глазах.

Но на этот раз и Бо Ра не смутилась и не стала торопиться. Ведь она уже научилась на опыте, какая реакция Су Ха последует.

— Угу…

Обучение не подвело. Су Ха ответил покорно, голосом, словно пропитанным влагой, и сжал ее руку в ответ.

Тепло тела, передававшееся медленно, но сильно, было уютным. В тот момент, когда она широко улыбнулась и игриво размахнулась их сцепленными руками, датчик снова заметил их.

В мире, который снова стал ярким, словно наступило раннее утро, Бо Ра больше не отводила глаз.

Су Ха, на которого она смотрела при ярком свете, был еще прекраснее, чем когда она украдкой глядела на него в темноте.

Она посмела надеяться, что и она в его глазах выглядит так же.

* * *

Шлеп!

Однако сладкий сон закончился у входа в квартиру. Настроение, поднимавшееся вместе с лифтом все время, пока она ехала наверх, резко упало, как только открылась дверь.

— Ты, как ты могла!..

Вой матери полоснул по сердцу Бо Ра, упавшей от пощечины.

— Дорогая, прекрати!

Папа Бо Ра, который нервно кому-то звонил, увидев входящую дочь, тут же бросил трубку и поспешно остановил жену. Но гнев женщины не утихал и обрушивался на дочь, вернувшуюся поздно.

— Сама должна понимать, что надо приходить вовремя! Как можно так поздно, без единого звонка! Знаешь, как я испугалась!

Мама, трясясь всем своим худым телом, яростно кричала. Папа, с трудом удерживая жену, посмотрел на Бо Ра, которая, пошатываясь, поднималась.

— Прости, Бо Ра. Мама услышала от соседки снизу странные вещи...

— Все в порядке.

Бо Ра спокойно ответила папе, который из кожи вон лез, одной рукой удерживая маму, а другой пытаясь успокоить дочь. Щека, по которой ударили, уже распухала, но выражение лица было таким же безмятежным, как обычно.

От этого невозмутимого отношения растерялась именно обнимающаяся пара. Бо Ра тихо сказала маме, которая, сжав губы в одну линию, лишь тяжело дышала.

— Прости, мам.

— ...

— В следующий раз я не опоздаю.

Поклонившись, Бо Ра сразу ушла в свою комнату.

Но актерская игра длилась недолго. Как только дверь закрылась, из обоих глаз Бо Ра хлынули слезы, горячие, словно могли оставить ожог.

Больно…

Место, куда мама ударила ее впервые в жизни, болело. Левая щека, по которой текли слезы, горела так, словно ее порезали ножом.

Но Бо Ра даже не могла сказать вслух, что ей больно. Она лишь с силой глотала подступающие слезы.

Мама ведь больна. Сейчас не время мне капризничать.

Бо Ра, выставив эти слова перед раной, как последний щит, намеренно грубо вытерла слезы. От резких движений щека разболелась еще сильнее, но ей было все равно.

Надо быстрее помыться и спать. Уже поздно. Завтра тоже в школу...

Тук-тук. Этот стук в дверь раздался как раз тогда, когда Бо Ра с трудом уняла слезы.

— Бо Ра... Спишь?

Голос, дрожащий в конце, принадлежал маме.

— Мама... может войти?

Как только она услышала этот голос, слезы, которые она с трудом подавила, снова попытались прорваться наружу.

Бо Ра не ответила, боясь, что ее состояние раскроется. Несмотря на это, присутствие за дверью не исчезало, продолжая топтаться рядом.

— Бо Ра, мама хочет... извиниться...

— Я в порядке!

Голос вырвался только после того, как она громко откашлялась. Хотя дрожь в конце, словно она замерзла на улице, скрыть, вероятно, не удалось.

— Я знаю, что ты сделала это, потому что волновалась за меня! Не переживай!

— ...

Тишина скопилась в комнате. Тревога окутала сердце Бо Ра, словно колебания мамы просачивались сквозь щель в двери.

И спустя мгновение, как и ожидалось, шаги мамы, сделавшей выбор вопреки молитвам дочери, осторожно переступили порог.

— Бо Ра.

Ах, я же просила не входить... Бо Ра сидела спиной к двери, подперев подбородок рукой на столе. Это была защитная поза, чтобы не показывать лицо, мокрое от слез.

— Прости, что мама ударила. Больше, больше никогда так не сделаю.

Умоляющий голос мамы кружил вокруг стола. Эти бессильные шаги, этот голос, промокший от слез не меньше, чем она сама, делали сердце Бо Ра еще более несчастным.

Сколько бы она ни пыталась отрицать, тот факт, что мама любит ее, был истиной, которую не изменить. Ее любовь, которая не позволяла даже спокойно ненавидеть ее, всегда причиняла Бо Ра боль.

— Я, я в поряд...

Слова, которые она пыталась выдавить из себя, застряли из-за подступившего плача. Бо Ра еще ниже опустила голову, изо всех сил стараясь не трясти плечами.

— Доченька.

Но это было бесполезно. Женщина, родившая ее, наверняка видела состояние дочери насквозь, словно читала по ладони.

— Мама... живет ради нашей Бо Ра.

В шепоте, с которым она обняла мелко дрожащие плечи, не было ни капли лжи. Бо Ра, глядя на ужасно костлявые руки мамы, стиснула зубы, чтобы не разрыдаться.

— Если и с Бо Ра что-то случится, мама правда...

— Правда?

— Конечно.

— Даже если я видела, как умирает брат, и ничего не сделала?

Слова, застрявшие в горле, как кость, в конце концов не выдержали и выскочили наружу.

Но, вопреки яростному напору, облегчения не наступило. Наоборот, Бо Ра сходила с ума от желания забрать свои слова обратно.

— Даже если я, глядя, как умирает брат, ничего не сделала, а просто меня тошнило? Все равно ты не можешь жить без меня?

Но рот двигался без остановки, предавая волю хозяйки.

Она не могла выносить маму, которая любила ее, ничего не зная. Я ведь та, кто, возможно, должна была умереть вместо брата. Та, кто этого заслуживает.

— Я видела, как брат умирает, и думала только о том, что мне страшно!..

Бо Ра, выплевывавшая душу, словно крича, в какой-то момент встретилась с трещиной в зрачках напротив и перестала дышать.

Она увидела, как пустые глаза мамы разбиваются вдребезги от боли.

Тук, тук. Было слышно, как мелко раздробленное сердце мамы падает на пол.

Бо Ра опустила голову, следуя за траекторией падающих слез.

Я не хотела ранить маму.

Я не хотела толкать маму, которой и так тяжело, к еще более высокому обрыву.

Глядя на лужицу воды, скапливающуюся на полу, словно прошел ливень, Бо Ра только тогда поняла, что ее слова были поступком, обрывающим последнюю надежду мамы.

Надо было скрывать до конца. Делать вид, что не знаю, до последнего. Зачем я с таким опозданием призналась в правде, затаскивая в ад даже маму, которая едва перестала плакать?

— Хватит...

— Забудь.

В тот момент, когда Бо Ра, не выдержав сожаления, хотела встать и убежать. Мама, словно придавливая ее за плечи, чтобы усадить, поспешно зашептала.

— Забудь, Бо Ра.

Голос, дрожащий, как в ознобе, был торопливым, словно за ней гнались. Руки, обнимающие дочь, были сильными, словно она использовала последние силы перед смертью.

— Не нужно помнить все, Бо Ра. Забудь.

Только так можно жить, Бо Ра. Только так выживешь.

В горячем тепле объятий, пока она шептала это, Бо Ра пустыми глазами смотрела на руки мамы со вздувшимися венами, держащие ее.

Я уже видела эти руки раньше. В момент, когда она почувствовала дежавю, еще одно воспоминание, всплывшее с опозданием, проникло в уши Бо Ра.

— Не смотри, Бо Ра.

Когда она, пошатываясь, пыталась войти вслед за мамой и папой в реанимацию, где лежал брат. Слова, которые сказала мама, отчаянно отталкивая дочь даже с мертвенно-бледным, лоснящимся от слез лицом.

— Не запоминай, ладно?

Когда она, глядя в эти отчаянные, умоляющие глаза, обманула даже саму себя, что не оборачивалась, что не видела смерти брата. Одно слово, которое сказала мама, гладя ее по щеке дрожащей рукой.

— Слава богу…

В тот момент, когда всплыла та беспросветная печаль, которую она чувствовала тогда, ничто больше не могло служить волнорезом, сдерживающим цунами.

Бо Ра могла лишь беспомощно смотреть, как сердце, которое она, как дурочка, считала надежно защищенным, смывает плачем.

* * *

После того как буря плача прошла, на сердце, казавшемся руинами, пробился один росток травы.

Эта свежая жизненная сила, в отличие от угасающего сезона, за ночь пустила здоровые корни в сердце Бо Ра.

На следующий день Бо Ра встретил стол, полный еды.

— Бо Ра, позавтракай перед уходом.

Мама, которая ждала только того, чтобы дочь проснулась, поспешно встала и сказала это, как только Бо Ра вышла из комнаты.

— Да, мама вкусно приготовила жареные анчоусы, которые ты любишь.

Папа, который, казалось, вместе с ней ждал открытия двери комнаты, подхватил слова.