Тело мгновенно перевернулось. Тяжелое, словно раскаленный камень, тело прижало меня к земле, а сверху устремился взгляд, пылающий нескрываемым, яростным желанием. Ритм сердца, отдававшийся в плотно прижатых грудных клетках, был настолько бешеным, что казалось, оно вот-вот разорвется.

Его темные, затуманенные глаза блестели. От одного только взгляда в них сердце пронзила острая, дрожащая боль. «Черт, кажется, я зря это затеяла». При виде его лица, лишенного даже тени улыбки, меня кольнуло мимолетное сожаление. Взгляд, который он бросал на меня, был настолько горячим, что, казалось, мог опалить кожу.

— Мх.

Джей обвел контуром глаза большим пальцем, спустился по щеке и с нажимом надавил на нижнюю губу.

— Ты.

Его хриплый, низкий голос с трудом пробился сквозь плотно сжатые губы.

— Если я наброшусь на тебя как бешеный пес...

Его твердый большой палец медленно, с нажимом тер мою нижнюю губу из стороны в сторону. Движение было голодным, жадным, словно он был готов проглотить меня целиком прямо сейчас.

— ...и ты почувствуешь, что не выдерживаешь...

— О чем ты, чт... Ммпф!

Оставив этот грандиозный вопрос напоследок, он тут же впился в мои губы. Его мягкие, горячие губы поочередно прихватили мою нижнюю и верхнюю губу. Поцелуй, начавшийся нежно, словно он пытался меня убаюкать, в одно мгновение стал неистовым. От его жара мои губы так нагрелись, что я начала чувствовать острую, саднившую боль.

— Ммм... мм.

— Расслабь губы, — прошептал он, не разрывая контакта. Только после его слов я осознала, что до боли сжимаю челюсти.

Несмотря на то что мы целовались уже не раз, в этот момент я была неестественно напряжена. Странное сексуальное возбуждение, словно статический разряд зимой, постоянно вспыхивало где-то вокруг, пронзая всё тело.

Как только я слегка расслабилась, Джей с нажимом надавил мне на подбородок. В образовавшуюся щель между нашими губами тут же проник его толстый язык.

Он всегда был из тех, кто идет до конца, и в поцелуях это тоже проявлялось — он был невероятно умел. Потеряв остатки самообладания, он жадно исследовал мой рот языком, инстинктивно нащупывая те самые точки, которые вызывали у меня наибольшее возбуждение. По мере того как поцелуй становился всё более плотным и вязким, напряжение, заставлявшее меня ежиться, начало исчезать, и мозг блаженно «поплыл». Слюна — уже не понять, чья именно — смешивалась во рту, растираясь между нашими языками.

— Ммпф...

Он с такой силой всасывал кончик моего языка, что у него впали щеки, словно он пытался поглотить меня целиком. Корни языка заныли от боли, и из горла невольно вырвался стон. Услышав это, он сменил тактику и начал прикусывать нижнюю губу. Укрытие наполнилось непристойными влажными звуками. Казалось, эти похотливые звуки заперты внутри и, наслоившись друг на друга, нагревают воздух до предела. От яростного, бесконечного поцелуя шея затекла, а волны удовольствия накатывали одна за другой.

От нехватки кислорода дыхание сбилось, а перед глазами всё поплыло. Я не могла даже нормально открыть глаза и тяжело дышала, пытаясь повернуть голову и прервать поцелуй, но каждый раз Джей менял угол, и наши губы сцеплялись еще крепче. Я начала мотать головой из стороны в сторону, пытаясь оттолкнуть его руками.

— Мх. Постой, дай... дай мне вздохнуть.

Кх-кх. Пока я пыталась откашляться, он начал с жадностью всасывать мой большой палец, который я прижала к его губам. Я испуганно дернулась, чтобы убрать руку, но его горячая ладонь намертво зафиксировала мое запястье.

— Мх, эй...!

— Не прячься.

Его глаза, затуманенные и блестящие, гипнотизировали меня. Он продолжал сжимать губы вокруг моего пальца, всасывая его и поглаживая языком. Это не было похоже на яростную атаку губ, но ощущение его горячей, мягкой слизистой, обвивающей мой палец, вызывало странный, будоражащий эффект. Острые зубы слегка поскребли кожу, а затем язык медленно, с нажимом прошелся по всей длине пальца. Сквозь щели между моими пальцами я видела его неестественно ярко-красный язык.

Он ни на секунду не отрывал от меня взгляда, настойчиво облизывая палец. Сначала я чувствовала неловкость от этого порочного, жадного взгляда, но вскоре поймала себя на том, что восхищаюсь его чертами лица. Словно заколдованная, свободной рукой я начала гладить его идеально очерченные брови и веки с густыми ресницами.

— А!

В этот момент он укусил меня так, что кончик пальца пронзила боль. Я удивленно посмотрела на него, а он сложил губы трубочкой и нежно чмокнул в больное место. Наши взгляды встретились. В его глазах больше не было прежней маски — лишь дикий, неприкрытый взгляд, в котором читался опасный блеск. Вздрогнув от его властного напора, я почувствовала, как уголки глаз мелко задрожали. Джей снова жадно впился в мои губы.

Его большая рука проскользнула под футболку, погладила линию талии и ребра, а затем накрыла грудь. Острая вспышка удовольствия пронеслась по позвоночнику. От внезапного возбуждения я лишь хватала ртом воздух, не в силах даже подумать о том, чтобы остановить его. Его руки, разминающие грудь, вызывали у меня волны мурашек. Когда пальцы очертили ареолу и слегка ущипнули сосок, мое тело само по себе дернулось.

— Мпф!

Я вздрогнула так резко, что Джей, словно успокаивая, обхватил губами край моего уха и с силой всосал.

— Хаа, а...

— Здесь, смотри, как затвердело.

Он начал ласково, но настойчиво пощипывать мой твердый сосок. Голос, звучавший прямо у уха, был пугающе низким. Поскольку меня еще никто никогда так не трогал, я на мгновение онемела от шока. Почему это возбуждение проникает так глубоко и заставляет терять голову? Я ведь хотела помочь Джею, а в итоге сама оказалась в плену этого наслаждения.

Джей использовал всё, что было в его распоряжении: глаза, губы, дыхание и руки — всё, чтобы исследовать меня и довести до экстаза. Под этим огромным, мускулистым телом всё мое существо подвергалось атаке: меня облизывали, кусали и до боли сжимали.

— Эй, мпф, погоди, помедленнее...

Я изо всех сил колотила его по плечам, но он даже не шелохнулся. Наоборот, мои неуклюжие попытки сопротивления лишь разожгли его еще сильнее. Его тяжелое, плотное тело было настолько горячим, что казалось, я сейчас просто расплавлюсь в этих объятиях.

От его дыхания у меня на шее и влажных звуков его языка мышцы сводило судорогой. Каждый раз, когда он, вырывая из себя низкие проклятия, выдыхал, по моей коже бежали мурашки, пробирая до самого затылка.

На разгоряченной коже выступил пот. Воздух становился всё более густым и интимным. Джей мучился от боли, но я сама была на грани потери рассудка от нахлынувшего экстаза. От нарастающего удовольствия колени дрожали, а ноги невольно раздвигались. Я закусила внутреннюю сторону щеки, пытаясь хоть как-то вернуть остатки разума.

— Хватит, прошу.

— Фух, Сон У Ри...

— Я задыхаюсь, отстранись хоть немного.

Его влажный язык провел по линии шеи, а затем начал ласкать уголок губ. Я из последних сил вытянула дрожащие руки и вцепилась в его волосы. Как только его губы оторвались от моей щеки, острая волна удовольствия, бившая по всему телу, немного отступила. Между нашими губами потянулась тонкая нить слюны.

Джей, чьи волосы были теперь в моих руках, смотрел на меня затуманенным взглядом. В его глазах, объятых желанием, сквозила почти ярость. Казалось, он готов впиться мне в горло, и от этой угрозы у меня снова заныла шея.

— Слушай, я понимаю, что у тебя... кхм, «течка». Но давай немного помедленнее, а?

Я с трудом выдохнула, пытаясь говорить внятно. Но в ответ Джей лишь потерся своим возбужденным членом о мой живот. О, кажется, он сейчас в том состоянии, когда замедлиться он не сможет. Это было яснее любых слов.

Челюсть снова сдавило его грубой рукой, и губы опять оказались в плену. Принимая этот поцелуй, который ощущался так, будто меня заживо проглатывают, я осознала: до этого момента Джей сдерживался. Это был поцелуй зверя, потерявшего остатки рассудка — яростный и грубый. Он толкал свой язык глубоко в горло, словно пытаясь проникнуть как можно дальше, а когда я задыхалась, он заострял кончик языка и с силой давил на внутреннюю сторону щеки.

— Хаа, мпф, мм... кх-кх, кх-кх!

Из-за того, что он постоянно раздражал корень языка, я в итоге закашлялась. Но даже пока я мучилась, он не переставал осыпать поцелуями мои веки, щеки и уши. Его глаза, лишенные всякого намека на улыбку, смотрели мутно и жадно. Когда я, полузакрыв глаза, посмотрела на него, его большая рука подхватила мое бедро. Я почувствовала, как он трется своим набухшим членом между моих ног.