— Джей, ты в порядке? Джей!
Я звала его, трясла, но Джей не откликался. Он потерял сознание. Как только я это осознала, не тратя времени на раздумья, закричала, зовя на помощь. Прибежавшие медики попытались отцепить его обмякшее тело от меня, но даже втроем поднять этого здоровяка оказалось непросто.
Я с тревогой смотрела, как Джея с трудом укладывают на каталку. Когда его длинная рука бессильно свесилась с края, мои руки задрожали от страха. Чтобы унять дрожь, я сжала кулаки, но от напряжения пальцы не слушались.
— Вы родственница пациента?
— Да. То есть, нет, не родственница... Пока просто знакомая...
Мой путаный ответ вызвал у медиков недоумение.
— Вы знаете контакты его родственников?
Я вспомнила о визитке Пак Чон Ху.
— Да, знаю.
Меня словно подхватило течением и понесло вслед за Джеем. Прежде чем я успела связаться с Пак Чон Ху, кто-то из медиков, узнав Джея, уже кому-то спешно звонил. Протискиваясь сквозь суетящуюся толпу, я не сводила глаз с Джея.
Его тело, плотно прижимавшееся к моему, было горячим как раскаленное железо. Я всё еще чувствовала остатки его жара на своей коже. Джей был насквозь мокрым от пота, а от его обычно здорового румянца не осталось и следа — лицо было мертвенно-бледным.
Что, если с ним случится что-то непоправимое? Пытаясь унять колотящееся сердце, я заставляла себя глубоко дышать.
В суматохе я оказалась у палаты Джея, но внутрь зайти не решилась, оставшись топтаться в коридоре. Вскоре примчался Пак Чон Ху.
— Сон У Ри.
— Дж... Джей...
— Я уже в курсе.
— Его сейчас обследуют... то есть, осматривают...
От тревоги слова путались, и я несла какую-то околесицу. Ощущение того палящего жара, когда он рухнул на меня, всё еще было слишком свежим.
Вскоре дверь палаты открылась. Пока Пак Чон Ху разговаривал с врачом, я тихонько проскользнула внутрь. Увлажнитель воздуха бесшумно выпускал струйки белого пара. Джей лежал неподвижно, с закрытыми глазами. Из-за его внушительных размеров огромная кровать казалась узкой односпалкой. И тут я услышала тихий стон. Ему снится кошмар? Подойдя ближе, я увидела его искаженное от боли лицо. Мощная шея блестела от пота.
— Джей.
Я тихонько позвала его, промокая лоб рукавом. Мой голос был едва слышен даже мне, но у него дрогнули веки. Медленно, с трудом он открыл глаза. Мутный, расфокусированный взгляд устремился на мое лицо.
— Тебе лучше? Пришел в себя?
Казалось, он меня не слышит, лишь продолжая прерывисто дышать.
— Джей.
— ...Иди сюда.
— ...
Низкий, хриплый голос прозвучал растянуто. Каждый слог, словно тяжелый камень, с грохотом падал в мое сердце. В этом тоне не было ни капли раздражения, ни попытки оттолкнуть. Это говорил Джей. Тот самый Джей, которого я знала... и он обращался ко мне. Я была в этом уверена. Я быстро кивнула и наклонилась к нему. И тут мощные руки обхватили меня, словно только этого и ждали.
— Угх.
Я беспомощно рухнула в его объятия. Еще пару секунд назад он выглядел как живой труп... и откуда только силы взялись? Я хотела лишь слегка похлопать его по спине, но в итоге оказалась наполовину лежащей с ним в постели.
— Эй, по... подожди, ослабь хватку...
— Хр-р-р...
Глаза, еще недавно искаженные болью, теперь были мирно закрыты. Джей, как и тогда, на необитаемом острове, вцепился в меня мертвой хваткой, используя как подушку-обнимашку, и крепко уснул.
***
— ...Переутомление?
Переспросила я, находясь в нелепой позе — ни сидя, ни лежа. Пак Чон Ху, не скрывая растерянности, кивнул. От этого я непроизвольно застонала: «Угх».
— Ваш врач точно не шарлатан...
— Профессор Чхве — ведущий специалист в стране.
— Может, это теневой врач...
— Какой теневой врач при осмотре? Профессор Чхве не из таких.
— А, понятно. Вы, смотрю, с ним на короткой ноге. Ляпнула не подумав, извините. Но всё равно, этот придурок... то есть, Джей, и переутомление — звучит как плохая шутка.
Лицо Джея было вплотную прижато к моей левой щеке, и он мирно спал. Его рука, тяжелая как камень, обхватила меня так крепко, словно боялась отпустить, поэтому я зависла в жутко неудобном положении: ноги на полу, верхняя часть тела — на кровати.
— ...Может, ляжете поудобнее?
Сказал Пак Чон Ху, не в силах смотреть, как мои ноги уже начали мелко дрожать от напряжения. Но как я могла лечь с ним в обнимку в одну кровать, когда на нас смотрят? На необитаемом острове чужих глаз не было, но здесь... Я всё-таки не настолько бесстыжая.
— Ничего. Он скоро проснется.
— ...Вряд ли.
Скептически заметил Пак Чон Ху.
— Зачем вы так пессимистично?
Эй, мужик, ты что, проклинаешь меня? Хочешь, чтобы я тут спину сломала?
— Он спит впервые за месяц.
— Кто? Вы про него?
Я повернула голову, которую до этого старательно отворачивала, и посмотрела на Джея. Куда делось то злое, колючее выражение лица? Густые ресницы безмятежно опустились, придавая ему уязвимый вид. Как он мог жариться под палящим солнцем на острове без всякого солнцезащитного крема, и при этом у него даже поры на коже не расширились? Я на мгновение замерла, любуясь его гладким, безупречным лицом. Это был тот самый Джей, которого я знала. Вдруг я осознала, что в палате стало подозрительно тихо.
— Не обращайте на меня внимания, устраивайтесь поудобнее.
Услышав голос Пак Чон Ху, я быстро пришла в себя. Почувствовав, что меня поймали за откровенным разглядыванием, я смущенно кашлянула. Кхм. Прочистив горло, я постаралась заговорить как можно непринужденнее:
— Переутомление. Неужели у Джея... накопилось так много нерешенных дел?
— Это тоже, но... После спасения с острова господин Чха Юн страдает от бессонницы.
— Он же ничего не помнит.
Он забыл всё, что произошло на острове... забыл Су Хо, забыл меня. Раз так, то мог бы хотя бы спать спокойно и жить припеваючи. К тому же Джей на острове умудрялся дрыхнуть без задних ног в нашем хлипком укрытии. На холодной сырой земле, в тесноте, где даже руку нельзя было вытянуть. Как можно заработать бессонницу, оказавшись в условиях, несопоставимо лучших, чем та хибара? Мне стало обидно. Если уж всё забыл, то хоть был бы здоров, чтобы мне было не так горько, но, видимо, и тут не сложилось.
— Да. Он совершенно не помнит того времени. Но, по моему скромному мнению, его бессонница не может быть не связана с тем, что он пережил. Однако сам господин Чха Юн...
Пак Чон Ху запнулся на полуслове. Но я без труда догадалась, что он хотел сказать дальше. Наверняка Джей уперся рогом. Он не хотел признавать, что какие-то забытые события могут настолько выбивать его из колеи и мешать спать. Судя по тому, как он вел себя последние недели, это было вполне в его духе.
— Отдохните пока. Судя по всему, он не скоро проснется.
— Су Хо меня ждет.
— А...
Время ужина давно прошло. И как я в таком положении оказалась? Я откинула голову назад и посмотрела на часы. Было уже почти десять.
От осознания, что времени прошло так много, у меня сердце ушло в пятки. Ничего себе, уже столько времени... Я так испугалась, когда Джей рухнул на меня в коридоре, что совсем потеряла счет времени. Я попыталась задергать ногами, чтобы встать, но Пак Чон Ху выставил руки вперед, останавливая меня.
— Я сам схожу.
— К Су Хо?
— Да. И ваши вещи наши сотрудники уже перенесли в его палату. Су Хо тоже должен всё понимать.
— Точно, мои вещи...
Пак Чон Ху, кажется, был готов на всё, лишь бы сохранить этот статус-кво, и продолжал уговаривать меня остаться.
И делал он это вовсе не из заботы о моем комфорте. По правде говоря, лежать вот так, вцепившись друг в друга, было до жути некомфортно именно мне, и он не мог этого не понимать. Очевидно, Пак Чон Ху хотел, чтобы я послужила якорем, надеясь, что Джей проспит хотя бы на час дольше. Боялся, что если я начну вырываться, эта нервная гора мышц проснется от моих шевелений.
Но торчать тут неизвестно сколько в ожидании, пока Джей выспится... В такой-то позе...
Я посмотрела на больничный потолок и на секунду задумалась. Решение пришло быстро.
— Присмотрите за Су Хо, пожалуйста. И скажите, чтобы не волновался, я скоро приду...
— Не беспокойтесь.
Пак Чон Ху, видимо, испугавшись, что я передумаю, коротко попрощался и поспешил выйти из палаты. Хлоп. Как только дверь закрылась, ко мне вернулось чувство реальности. День пронесся как ураган. Я осторожно подняла ноги с пола и улеглась на кровать. Повернувшись к Джею спиной, я просто лежала и впитывала тепло его объятий. Раньше его тяжелая рука только раздражала и душила, а теперь казалась такой привычной и родной.
Бессонница.
Надо же, бессонница. В чем причина? Мы пережили столько опасностей, но даже в тот день, когда Джей чуть не утонул, он вернулся в укрытие и спал как убитый. А на следующий день снова чуть не пошел ко дну. Он был парнем, которому, казалось, неведомы ни стресс, ни страх... Что же теперь так тревожит его, не давая сомкнуть глаз?
Я опустила взгляд на руку, обнимающую меня за талию. И тихонько накрыла его ладонь своей.
***
— М-м...
Почувствовав что-то мешающее, я раздраженно застонала. Меня окутывал такой жар, что стало душно, и я попыталась оттолкнуть локтем твердую глыбу за своей спиной. Но глыба не только не отодвинулась, а наоборот, прижалась еще плотнее. Влажное дыхание пощекотало место за ухом, а под свободную футболку скользнула рука.
