Поскольку работа велась в строжайшей тайне, задействовать много людей было невозможно. Причиной тому была просьба самой Чо Мин А. То ли она так боялась Чха Сон Хвана, то ли еще чего, но она умоляла ни в коем случае не разглашать информацию о телефоне до тех пор, пока он не будет найден. В итоге всего шесть человек, включая главного продюсера Ким Чха Ёна, целую неделю безвылазно торчали в горах. «Времени на монтаж и так в обрез, и что я тут вообще забыл? Я что, ради этого спину гнул и в университет поступал?» Ким У Джуна накрыло волной глубокого экзистенциального кризиса.
— Ого!
Пока все безрезультатно бродили, словно собирая мелочь, сквозь шум дождя вдруг прорвался чей-то громкий крик. Ким Чха Ён, бросив лопату, бросился на голос.
— Что?! Что нашел?!
Самый молодой участник команды, макнэ-оператор, сжимая в руке какой-то грязный корень, повернулся к ним.
— Это же дикий женьшень, да?!
— Ты что, блять, издеваешься?!
В голосе вымотанного Ким Чха Ёна сквозило чистое, ничем не разбавленное раздражение. Вслед за его криком грянул гром, сотрясая землю. Ким Чха Ён вырвал из рук сникшего парня то ли женьшень, то ли корень колокольчика и засунул себе в рот.
— Да пусть парень хоть женьшеню порадуется. Мы ведь тут всё равно херней страдаем.
Проворчала Со На Рэ, закапывая яму. Кто-то копал, а кто-то должен был возвращать всё в первозданный вид.
— А мы вообще уверены, что она закопала его именно на этой горе? Мы уже всё вокруг обыскали, тут даже брелока завалящего нет, не то что телефона.
Ким У Джун активно закивал, соглашаясь со словами Со На Рэ.
— Да если честно, сам факт исчезновения этой женщины вызывает сомнения. К тому же — любовница директора Чха Сон Хвана? Может, она просто решила над нами поиздеваться?
Съемочная группа действовала, опираясь исключительно на показания информатора. Но чем больше они об этом думали, тем абсурднее казались ее заявления. Однако Ким Чха Ён думал иначе. Они действительно выяснили, что одна из сотрудниц секретариата «J Group» недавно уволилась. И, что еще важнее, профессиональное чутье продюсера подсказывало ему, что Чо Мин А говорит правду. Впрочем, скажи он это Со На Рэ, она бы наверняка фыркнула: «Опять у вас старческий маразм», и пропустила бы мимо ушей.
Они копали гору с самого раннего утра, но сегодня снова была пустая трата времени. К тому же дождь всё усиливался, и если стемнеет, находиться здесь станет по-настоящему опасно.
— Может, на сегодня всё?
Озвучила Со На Рэ то, что у всех вертелось на языке. Ким Чха Ён и сам понимал, что пора закругляться, но отступать не хотелось. Его не покидало какое-то смутное предчувствие, что если они не найдут телефон сегодня, то не найдут его уже никогда.
И правда, все, кроме него, уже валились с ног от усталости. Тратить столько времени на одно лишь дело Чха Юна, упуская другие перспективные сюжеты, было огромной потерей для шоу.
Наверняка, как только они вернутся на студию, кто-нибудь обязательно предложит свернуть расследование. Каким бы влиятельным ни был продюсер, если большинство решит всё бросить, он ничего не сможет поделать. То, что они так долго тянули дело Чха Юна, и так было исключительно его упрямством.
Неужели и правда придется сдаться?
— Уаааак, а-а-а-а!
— У Джун!
Поскользнувшись на мокрой земле, Ким У Джун кубарем покатился по крутому склону. Проехав на заднице по грязи, как на санках, он остановился лишь тогда, когда врезался в толстый корень дерева, торчащий из земли. Прокатившись с ветерком и грязью, словно на внедорожнике по бездорожью, Ким У Джун сидел с совершенно ошарашенным лицом. Пока он, забыв о боли, тупо пялился в пространство, его взгляд зацепился за что-то блестящее.
Это был телефон.
***
Вспышка. От резкого света, ударившего по закрытым векам, я рефлекторно открыла глаза. Сквозь щели в нашей хилой занавеске на окне пробивался ослепительно белый свет. Секунда — и всё вокруг стало светло как днем, а затем укрытие содрогнулось от оглушительного раската грома.
Джей, проснувшийся раньше меня, уже смотрел в окно. Сон сняло как рукой. Неужели тайфун уже здесь? Хоть мы и строили этот дом с расчетом на шторм, всё равно было страшно.
— Ну как там?
Спросила я, с опаской подходя к Джею. Он обнял меня за плечи и приоткрыл занавеску. С каждой вспышкой молнии становилось видно, что творится снаружи. Темно-синее море зловеще вздымалось, образуя пугающе высокие волны, а деревья неистово раскачивались, словно их вот-вот вырвет с корнем. Навес, который мы натянули пару дней назад, давно унесло, а наше старое укрытие превратилось в груду мусора, раскатанную по пляжу.
— Надо заколотить окна.
Я кивнула. Мы вставили заранее заготовленные квадратные доски в оконные проемы. Дождь и ветер, хлещущие снаружи, не сулили ничего хорошего. В таких условиях и так трудно сохранить тепло, а если внутри всё промокнет — нам крышка.
— Ложись досыпай, я подежурю.
Джей похлопал по подушке.
— Какой там спать, я уже проснулась. Да и тайфун только набирает силу, вряд ли он скоро стихнет.
Сила ураганного ветра была просто невероятной. Если уж он так трепал деревья, глубоко вросшие в землю, то наше укрытие, сколоченное из бревен, могло разлететься в щепки в любой момент. Я нервно кусала губы, когда Джей легонько коснулся их пальцем.
— Не кусай, до крови же сгрызешь.
— Хаа, с ума сойти. Что же делать?
— Я поставлю частокол. Он хоть немного, но задержит ветер.
Если вбить длинные бревна вертикально и связать их вместе, это должно было помочь. Но легко сказать. Сделать это под ураганным ветром — та еще задача. И всё же выбора не было. Мы не могли просто сидеть и ждать, пока наш дом рухнет.
— Я с тоб...
ХРЯСЬ! В этот момент раздался пугающий треск, и крыша над нами угрожающе задрожала. Мы одновременно посмотрели наверх. К сожалению, нам это не показалось. Крыша дернулась еще раз, и одно из бревен, подпирающих стену, с грохотом провалилось внутрь. В образовавшуюся щель тут же хлынул дождь.
Я в ужасе подскочила и накрыла собой Су Хо, а Джей бросился к образовавшейся дыре, пытаясь удержать покосившуюся балку руками.
— Отойди назад!
От внезапного шума проснулся Су Хо. Он сонно моргал, глядя на меня, но мой взгляд был прикован к Джею, точнее, к рушащейся стене.
Стоило лишь одному тщательно подогнанному бревну сместиться, как вся конструкция начала терять устойчивость. В это же время небо словно разорвало оглушительным ревом грома, а снаружи раздался тяжелый, сотрясающий землю глухой удар.
— Джей!
Бревно по соседству с тем, которое Джей изо всех сил пытался удержать, вывернулось и с грохотом обрушилось прямо внутрь укрытия. В дом ворвался ураганный ветер с дождем, бревна скрипели так, будто всё строение вот-вот рухнет. Оставаться здесь было смертельно опасно.
— Надо уходить!
Джей мгновенно оценил ситуацию, одной рукой обхватил меня, другой — Су Хо, прикрывая наши головы, и вытолкнул нас наружу. Нас тут же сбил с ног неистовый ураганный ветер. Он был такой силы, что было трудно дышать. Капли дождя хлестали по лицу как плети, а стоять на ногах удавалось с огромным трудом. Ствол пальмы, с которой мы часто срывали кокосы, был переломлен пополам, а весь лес издавал жуткий, завывающий гул.
Как только мы оказались снаружи, наше укрытие с грохотом рухнуло. Жалеть о потраченном на него времени и силах сейчас было некогда. Разлетевшиеся бревна летали по воздуху, грозя нас покалечить. Прикрывая нас с Су Хо своим телом, Джей начал осторожно продвигаться вперед.
В такой шторм безопасных мест не бывает, но лучше уж в лесу, где деревья могут хоть немного заслонить нас от ветра, чем здесь, под градом летающих бревен. Однако от дождя нас это не спасет. Что же делать? И тут в памяти вспыхнула спасительная мысль.
— Карта! Где моя карта-дощечка?!
Прокричала я Джею сквозь вой ветра.
— Карта?!
Поняв, о чем я, Джей на секунду задумался, а затем довел нас с Су Хо до старого, огромного дерева.
— Сейчас найду. Ждите!
Пока мы с Су Хо цеплялись за ствол дерева, борясь с ветром, Джей копался в руинах укрытия. В конце концов он нашел дощечку и протянул ее мне.
