Контент удален!

— А? Ой, ты про одежду?

Бо Хи растерянно осмотрела свой наряд. Закусив губу от неловкости, она спросила:

— Плохо выглядит?..

— Ты не заметила, как люди сегодня на тебя пялились?

— А...

Она виновато потупилась, а затем робко посмотрела на Сын Ёна исподлобья.

— Я просто хотела выглядеть красиво для тебя...

Под конец её голос совсем стих.

Если она оделась так вызывающе ради меня, это еще большая проблема. Сын Ёну хотелось заорать, чтобы выпустить всё то напряжение, которое он так отчаянно в себе давил.

Если бы ты только знала, чего мне стоит сдерживаться.

Он много раз упрекал себя за то, что шел на поводу у своих желаний, не считаясь с чувствами Бо Хи. Парень твердо решил не торопить события и прикладывал титанические усилия, чтобы двигаться в её темпе. Но что мне делать, если она сама подливает масла в огонь?

Даже сейчас ему хотелось зарыться лицом в ложбинку на её груди, крепко сжать эти пышные формы и запустить руку под неприлично короткую юбку.

Ким Бо Хи, видимо, считает своего парня каким-то святым. А я просто парень. Обычный парень, у которого встает, когда его девушка одевается сексуально, и который сходит с ума от желания заняться с ней грязными вещами.

Я тут держусь из последних сил, как монах, а она постоянно меня провоцирует.

Ему хотелось сорваться и взять свое, но её поникший, виноватый вид моментально обезоруживал. Ему не хотелось её расстраивать, но в то же время до одури хотелось довести её до слез. Раздеть догола и заставить плакать подо мн... Хватит. Блять...

— ...Красиво. Красиво, но слишком откровенно. У тебя вся фигура как на ладони.

Смягчив тон, Сын Ён погладил её раскрасневшиеся щеки. Бо Хи, послушно принимавшая эту ласку, вдруг подалась вперед и обняла его за талию. С лицом, полным муки, он неловко похлопал девушку по спине зависшей в воздухе рукой и легонько поцеловал в макушку.

— Сын Ён...

Расцепив руки, Бо Хи прислонилась к его плечу и тихо позвала парня по имени. Опустошив свой стакан с виски, Сын Ён взял бокал Бо Хи и допил её коктейль. Жажда всё не проходила.

— Зачем ты сегодня снял номер в отеле?

— После долгой дороги за рулем тяжело.

— А... А можно мне тоже сегодня остаться в отеле?

Его рука, обнимавшая Бо Хи за плечи, замерла.

Собрав всю смелость в кулак, девушка отстранилась от него и забила последний гвоздь:

— Я... написала заявление на ночевку вне общежития.

Она робко подняла на него глаза. Лицо Сын Ёна ничего не выражало.

— ...Зачем?

Он спросил «зачем». Неужели не понял? Я же вроде сказала более чем прямо!.. От его неожиданной реакции Бо Хи побледнела.

— А? Что значит «зачем»?

Я же не придумывала, что говорить дальше, что мне делать?

— Если мы зайдем в отель вместе, я не смогу сдержаться.

Его лицо казалось расслабленным, но тон был острым как бритва. На мгновение показалось, что в темных глазах парня вспыхнул огонь.

— Я наброшусь на тебя. Нет, я точно наброшусь на тебя. Даже если ты скажешь «нет».

Выпалив это так прямолинейно, чтобы дошло даже до дурака, Сын Ён со стуком отставил пустой бокал. Бо Хи, часто моргая, придвинула к себе шопер.

Раскрыв сумку, она показала её содержимое. Сын Ён молча уставился на сложенные внутри вещи для ночевки.

— ...Я не скажу «нет». Я тоже... хочу того же.

Не успела она договорить, как Сын Ён схватил её за запястье и поднялся. Он накинул на плечи девушки её пальто, повязал свою куртку ей на талию, со скоростью света расплатился по счету и вывел Бо Хи на улицу.

— Сын Ён, тебе не холодно? Ты же простудишься.

— Мне жарко.

Обычно Сын Ён всегда подстраивался под её шаг, но сегодня шел очень быстро. Взглянув на его лицо, напряженное, словно у разъяренного хищника, Бо Хи крепче переплела свои пальцы с его пальцами и почти перешла на бег, чтобы поспевать за ним.

Она думала, что парень поймает такси, но он продолжал идти. Вскоре они оказались перед отелем — бар находился совсем рядом. Сын Ён остановился у самого входа.

— Пока шли, хмель выветрился?

Сын Ён спокойно посмотрел на неё.

— Даю тебе последний шанс. Если сомневаешься хотя бы на десятую долю процента, я отвезу тебя в общежитие прямо сейчас.

У парадного входа выстроилась вереница такси. Бо Хи перевела взгляд с машин на Сын Ёна. Он мягко улыбнулся.

— Всё нормально. Я правда не планировал ничего такого сегодня. Я просто приехал, потому что соскучился, а номер снял, чтобы погулять с тобой завтра, раз уж вечером мы встретились совсем ненадолго.

Он успокаивал девушку, давая понять, что не обидится, если она передумает. Бо Хи и не думала сомневаться, но в этот момент её решимость стала непоколебимой. Встретив его взгляд, она твердо ответила:

— Я хочу быть с тобой.

Улыбка медленно сползла с его лица. Издав судорожный выдох, Сын Ён крепче перехватил её руку и развернулся. Бо Хи, ведомая его широкой, сухой ладонью, шагнула сквозь окаймленные золотом двери отеля.

Лифт остановился на семнадцатом этаже. Пока они шли к номеру, Сын Ён не проронил ни слова. Лишь крепко держал её за руку. С каждым шагом по застеленному ковром коридору с бесконечными рядами одинаковых дверей напряжение нарастало. Парень остановился перед одним из номеров и выпустил ладонь Бо Хи, которую не отпускал с самого выхода из бара.

Щелк.

Распахнув дверь, Сын Ён застыл на пороге и молча посмотрел на до смерти перепуганную Бо Хи. Он не торопил её и не спрашивал, всё ли в порядке. Он просто ждал. Её решения.

Сердце колотилось как бешеное, дыхание сбилось, в груди всё сдавило от волнения. Сделав глубокий вдох и сглотнув вставший в горле ком, Бо Хи шагнула в номер.

Хлоп.

Звук закрывающегося замка прозвучал так, словно их отрезало от всего остального мира.

А мы не пожалеем? — прокричал полный страха внутренний голос. Она проигнорировала его. Раз уж пришли в отель, отступать некуда. Я хочу стать еще ближе к Сын Ёну.

Крепко сжав лямки шопера, она решительно шагнула вперед. Её легкие шаги и тяжелая поступь Сын Ёна за спиной слились в один неровный ритм.

Номер состоял из гостиной и спальни. Бо Хи старательно отводила взгляд от огромной кровати в соседней комнате и неуверенно опустилась на диван в зоне отдыха.

— Воды? — спросил Сын Ён, бросив бумажник на стол и расстегивая ремешок наручных часов.

Только сейчас девушка поняла, как сильно у неё пересохло во рту.

— Угу.

Он открутил крышку и протянул Бо Хи бутылку. Видимо, жажда была слишком сильной — прохладная влага уходила как в сухую землю. Голова немного побаливала. Это чувство было ей знакомо: так всегда бывало, когда алкоголь начинал выветриваться из крови.

— Я первый в душ.

— А? А, угу!

— Отдохни пока.

Сын Ён достал из шкафа белый халат и скрылся в ванной комнате. Бо Хи, рефлекторно вскочившая на ноги, снова обессиленно опустилась на диван.

Воздух в номере показался душным, поэтому она сняла свое пальто и куртку Сын Ёна, повесив их в шкаф у входа. Из ванной, расположенной прямо напротив гостиной, донесся шум льющейся воды, и плечи девушки нервно вздрогнули.

Сын Ён моется. Голый...

А-а-а! Бо Хи беззвучно завизжала, зажала рот ладонями и бросилась обратно к дивану. Слушая плеск воды за дверью, она нервно теребила в руках несчастную пластиковую бутылку.

Шум воды смолк. Хрусь. Бутылка с треском смялась в её напряженных пальцах.

Сегодня я пересплю с Сын Ёном. Я стану по-настоящему взрослой...

Раздвижная матовая дверь ванной отъехала в сторону, и оттуда вышел Сын Ён в белом халате. Вытирая мокрые волосы полотенцем, он увидел, что Бо Хи сидит ровно в той же позе, в какой он её оставил, и усмехнулся одним уголком губ.

— Не сбежала?

— А с чего бы мне сбегать...

Пока она ждала, в голову лезли самые разные мысли: А у нас получится? А будет больно? Страх нарастал, но желания передумать не возникло ни на секунду. Бо Хи отставила бутылку на столик и поднялась.

— Я тоже пойду в душ.

— Возьми халат.

В вырезе небрежно запахнутого халата виднелась голая грудь Сын Ёна. Даже навскидку было понятно, что он в отличной физической форме. Она каждый день видела его естественное лицо, но сейчас, влажный после душа, он воспринимался совершенно иначе. Как-то... слишком сексуально. Господи, как же жарко... Бо Хи забрала протянутый халат, юркнула в ванную и плотно закрыла за собой дверь.

Мыться в душевой кабине, где только что стоял Сын Ён, оказалось невыносимо неловко, хотя за ней никто не наблюдал. В таком нервном состоянии она терла кожу куда тщательнее обычного, поэтому времени ушло прилично.

Наконец закончив водные процедуры и насухо вытершись, Бо Хи запаниковала. Она забыла взять из шопера чистое белье. Не надевать же грязное на вымытое тело? Поколебавшись, девушка накинула тяжелый отельный халат прямо на голое тело.

Она осторожно приоткрыла дверь и вышла в гостиную, но подойти к Сын Ёну не решилась. Так и осталась неловко стоять у стола, нервно поглаживая столешницу пальцами.

— Всё?

— Угу...

— Иди сюда. Я высушу тебе волосы.

Сын Ён поднялся с дивана. Бо Хи собиралась достать белье из сумки и переодеться в ванной, но не смогла отказать. Она послушно присела на край дивана, повернувшись спиной к подлокотнику. Почувствовав поток теплого воздуха от фена и ласковые пальцы парня в своих волосах, девушка прикрыла глаза.

Высушив её густые пряди, Сын Ён мягко взял Бо Хи за руку, и они вместе прошли в спальню.

Из-за плотно задернутых штор в спальне оказалось темнее, чем в гостиной. Но света от ночников хватало ровно на то, чтобы разглядеть всё необходимое. Бо Хи была слишком занята попытками протолкнуть бешено бьющееся сердце обратно в грудь, поэтому даже не заметила, что Сын Ён специально приглушил освещение для создания романтичной атмосферы. В её голове и так уже не осталось ни одной связной мысли.

Сын Ён опустился на край кровати и красноречивым взглядом подозвал её к себе. Тело двинулось само. Бо Хи робко подошла и замерла между его раздвинутых ног. Их взгляды встретились.

— Мы сегодня так и не поцеловались толком.

— Угу...

— В этот раз давай ты первая.

— Я?..

— Угу.