Мужчина, представившийся адвокатом Сын Ёна, рассказал им совершенно немыслимые вещи. Оказалось, что вор, кравший её вещи, — это Пён Дон Хун. Судя по всему, он уже давно тайком пробирался в их квартиру. Папа то и дело взрывался от возмущения, а Бо Хи ошеломленно слушала, пытаясь осознать масштаб происходящего.
Выяснилось, что сегодня Дон Хун выходил из их дома и наткнулся на Сын Ёна, который решил проверить крышу после её слов о воре. Между ними завязалась драка.
— Я видел вашу переписку с паролем, но хотел убедиться. Ты ведь сама его написала, верно?
— Да, всё верно... Скажите, а с Сын Ёном всё в порядке?
Адвокат мягко улыбнулся:
— Ему оказали помощь, сегодня он побудет в больнице, а завтра его выпишут.
— В больнице?
Бо Хи испуганно распахнула глаза.
— Ничего серьезного, не переживай. Кстати, насчет пропавших вещей. Можешь посмотреть, здесь нет ничего твоего?
Он надел латексные перчатки и начал доставать предметы из бумажного пакета. Увидев свой пропавший дневник, Бо Хи залилась краской. Дневник он тоже украл? Наверняка всё прочитал. Ей захотелось немедленно спрятать записи, и она инстинктивно протянула руку, но адвокат попросил ничего не трогать.
— Эм... Здесь нет игрушки-ангела. И брелока тоже.
— Сын Ён тоже об этом говорил. Вы их никуда не убирали? — обратился юрист к отцу Бо Хи.
— Они же на столе стояли?
Тэ Гон нахмурился и посмотрел на дочь. Бо Хи кивнула.
— Так они и сейчас там лежат.
Услышав это, все трое зашли в комнату Бо Хи. Как и сказал папа, брелок и керамический ангел находились на столе. Бо Хи растерялась.
— Вчера их точно не было. И сегодня утром я весь дом перерыла, но не нашла...
Какая-то чертовщина. Растерянная и готовая расплакаться Бо Хи почувствовала, как папа крепко обнял её за плечи. Адвокат, окинув комнату взглядом, достал из своего портфеля новый бумажный пакет и убрал в него найденные подарки.
— Я заберу их, а потом верну вам. Судя по всему, он заходил сегодня именно для того, чтобы положить их на место. Вещи дорогие, видимо, совесть замучила.
Адвокат задал еще несколько вопросов про Дон Хуна и настоятельно попросил пока не связываться ни с ним, ни с Сын Ёном. Он объяснил: раз дело дошло до полиции, любая мелочь может обернуться проблемой. Добавил, что с Сын Ёном всё равно не пообщаться — у него забрали телефон, так что нужно просто избегать Дон Хуна. Услышав про полицию, Бо Хи испуганно закивала. Адвокат ободряюще улыбнулся и попросил Тэ Гона поговорить с ним наедине.
Оставшись в комнате, Бо Хи прижалась ухом к двери, пытаясь подслушать, но смогла разобрать лишь обрывки фраз: «дом», «компания», «долговая расписка»...
Они проговорили довольно долго. Услышав, что адвокат собирается уходить, Бо Хи приоткрыла дверь. Проводив гостя, Тэ Гон вернулся в квартиру и крепко обнял дочь.
— Надо было сразу сказать мне...
— Я думала, что просто выронила где-то на улице. А про ангела хотела рассказать тебе сегодня, когда вернешься...
На глаза навернулись слезы, и Бо Хи уткнулась лицом в отцовскую грудь. Тэ Гон похлопал её по спине и погладил по волосам.
— Всё хорошо. Ты ни в чем не виновата. Скажи, Дон Хун не делал ничего... странного? Не трогал тебя?
Бо Хи замотала головой.
— Вел себя как обычно...
От этого становилось еще больнее и непонятнее. Как он мог? Зачем? Да, в последнее время мы отдалились, но мы же были лучшими друзьями. В голове всё смешалось.
Папа сказал, что начнет искать новое жилье. Договорились: пока они не переедут, если Бо Хи будет страшно оставаться дома одной, она посидит в кафе, а после подработки они станут возвращаться вместе. И пообещали друг другу избегать любых контактов с семьей Дон Хуна.
Поговорив с папой, Бо Хи немного успокоилась. Она легла в кровать и попыталась уснуть, но сон не шел.
Пён Дон Хун был в моей комнате? Он только вещи брал? А если он что-то еще трогал? Вдруг он... лежал на моей кровати? По спине пробежал мороз, Бо Хи с содроганием вскочила. Стоя посреди комнаты, она с отвращением уставилась на постель.
Вспомнилось, как он невзначай прижимался к ней на улице, хотя она просила этого не делать. Я думала, это у него после школьной травли привычка жаться к людям... Но если и это...
Мерзость.
Обхватив себя руками, она крепко зажмурилась.
Достав из шкафа чистое одеяло, она постелила его на полу, сложив вдвое, и укрылась свободным краем. Обняв самую большую плюшевую игрушку, закрыла глаза. Не хочу здесь оставаться. Поскорее бы мы переехали.
Пролежав без сна всю ночь, она уснула только под утро.
К счастью, были выходные, и они с папой провели день вместе. Отец сказал, что в такие моменты нужно хорошо питаться, и накормил её супом из водорослей с огромной порцией риса. А потом они устроили генеральную уборку. Поменяли постельное белье, вымыли каждый угол, выкинули весь хлам — и на душе стало гораздо легче. Отвращение к собственной комнате немного притупилось.
После обеда адвокат приехал снова. И опять говорил только с папой за закрытыми дверями. Бо Хи очень хотела узнать, выписали ли Сын Ёна и когда они смогут пообщаться, но атмосфера была слишком напряженной, и она не решилась спросить.
— И как ты умудрилась подружиться с таким парнем? Я из-за имени «Сын Ён» думал, что это девочка.
Узнав о семье Сын Ёна, папа был поражен.
— Ну, мы в одном классе учимся, вот так и...
Было видно, что папа хочет расспросить о многом, но Бо Хи уклонилась от ответов и сбежала в свою комнату.
Тем же вечером мама Дон Хуна вломилась к ним и устроила скандал.
— Не ожидала от тебя такого, отец Бо Хи! Как ты мог? После стольких лет бок о бок, а?! Мы столько раз шли вам навстречу, а ты взял и переметнулся на их сторону!
— Самони́м, прошу вас, не нужно...
— Так не поступают! Как можно отплатить черной неблагодарностью за всё добро? Ты же Дон Хуна с пеленок знаешь. Подумаешь, взял пару вещей поиграть! А ты решил воспользоваться его оплошностью и ударить нас в спину? За такое жизнь тебя накажет!
— Да что вы несете... Уходите отсюда!
— В чем вообще виноват наш Дон Хун, что его заставляют перевестись?! Почему мы должны терпеть этот шантаж!
— Если вы сейчас же не уйдете, я вызову полицию.
— Что? Полицию? Да пошел ты вон из моего дома! Пошел вон! Я так и знала. Стоит только пригреть нищебродов — так они тебе нож в спину всадят!
— Что вы сейчас сказали?
Тэ Гон окончательно вышел из себя и повысил голос. Взаимные оскорбления переросли в крик, и наружу вырвалась обида, копившаяся больше десяти лет. Папа велел Бо Хи не выходить из спальни, и ей оставалось только плакать и в панике метаться по комнате. Она впервые видела отца в таком бешенстве.
Ссора, где в ход пошли все старые претензии, закончилась только с приездом полиции — патрульные просто развели их по разным квартирам.
Даже вернувшись к себе, папа всё еще кипел от злости. А посреди ночи ему позвонил отец Дон Хуна, и Тэ Гон куда-то уехал.
Бо Хи плакала и умоляла небеса, чтобы этот кошмар поскорее закончился, пока не уснула от бессилия. Это был последний день уходящего года.
Утром первого января папа вернулся с просветленным лицом и всё ей рассказал.
Оказалось, родители Дон Хуна первым делом удалили все записи с камер видеонаблюдения. Затем сняли сыну побои, наняли адвоката и заявили, что ни на какую мировую не пойдут. Бо Хи не могла взять в толк: это же Пён Дон Хун тайком пробирался в чужой дом и воровал, с какой стати его родители так качают права?
— Но, видимо, адвокат Сын Ёна обошел все соседние виллы и собрал записи с их камер. Сказал, что нашел видео, где Дон Хун заходит к нам.
Она, конечно, и так это понимала, но наличие видеодоказательств заставило её содрогнуться.
— ...И что теперь будет?
— Родители Сын Ёна предложили директору замять всё как обычную мальчишескую драку.
Тэ Гон не стал вдаваться в юридические подробности. Не стал рассказывать, как адвокат объяснил отцу Дон Хуна: если те пойдут на принцип и у Сын Ёна появится хоть одна запись о правонарушении, то на Дон Хуна подадут встречное заявление за кражу со взломом и сталкинг, а все украденные вещи передадут в полицию как вещдоки. И с такой судимостью путь в медицину, да и вообще на любую приличную работу, парню будет закрыт навсегда.
— В общем, они договорились. Скорее всего, Дон Хун переведется в другую школу.
Хотя Бо Хи не до конца понимала юридические тонкости, глядя на облегченное лицо отца, она тоже улыбнулась. Главное, что всё разрешилось. То, что Дон Хун переведется, было отличной новостью. Иначе она бы извелась, переживая, как теперь ходить в школу.
— Адвокат Сын Ёна еще и с моими долгами помог. Извинился, что им пришлось просить нас отказаться от заявления на Дон Хуна. Сказал, чтобы я больше не чувствовал себя обязанным директору. Я платил ему по два процента в месяц, а адвокат объяснил, что это незаконно, превышает допустимую ставку... Я-то думал, что должен быть по гроб жизни благодарен за то, что он одолжил мне денег на погашение долга у ростовщиков, а оказался просто дураком.
Адвокат Сын Ёна крепко надавил на отца Дон Хуна, пригрозив исками за невыплату сверхурочных и издевательства на рабочем месте, и вынудил его полностью аннулировать долговую расписку.
Отец Дон Хуна вызвал Тэ Гона посреди ночи только для того, чтобы умолять доработать до конца тендера и завершить текущий объект. Они договорились, что папа уволится в конце января. Взамен с них не будут брать плату за аренду жилья, пока они не найдут новую квартиру.
— Сказал, что Дон Хун уедет к бабушке с дедушкой вместе с матерью. Так что мы с ними больше не пересечемся.
— Значит... мы больше никому ничего не должны?
— Да. Мы больше не должны ни копейки. Бо Хи, ты так намучилась. Прости меня.
Бо Хи разрыдалась в голос, и Тэ Гон, не сдержав эмоций, тоже заплакал.
Их желание сбылось. Долг, который годами душил их семью, исчез навсегда.
