Дон Хун в полуобморочном состоянии наблюдал за тем, как одноклассники бесцеремонно шастают по его дому. Он никак не ожидал, что придут даже девчонки.

Снеки, купленные по дороге, испарились в мгновение ока. Если бы он не послушал ребят и не взял перекус до приезда доставки, случилась бы настоящая катастрофа.

Чо Юн Джи попросила принести ей воды. Когда Дон Хун, наполнив стакан, вернулся в свою комнату, у него оборвалось сердце: парни толпились у его книжного шкафа.

— Спасибо, Дон Хун.

Он даже не заметил милой улыбки Юн Джи, когда та забирала стакан. Дон Хун, словно приросший к полу, увидел в руках Ю Чхана черный альбом и истошно заорал:

— Нельзя!

Ю Чхан вздрогнул от неожиданности, когда хозяин комнаты внезапно бросился к нему и вырвал тетрадь. Сок Джун, который собирался вытащить еще какой-то задачник, тоже отшатнулся от резкого крика.

В шумной комнате повисла тишина.

— Т-ты чего?

— А з-зачем вы берете чужие вещи без спроса…

Оправившись от испуга, Ю Чхан и Сок Джун переменились в лице.

— Мне что, нужно разрешение, чтобы посмотреть твой черновик?

— Бля, ну ты и напугал, пиздец.

Смертельно бледный Дон Хун, крепко прижимавший тетрадь к груди, услышал насмешку и только тогда опустил взгляд. Это был не альбом для рисования, а черновик по математике.

Он украдкой бросил взгляд на верхнюю полку. Альбом на пружине мирно стоял на своем месте. А на нем лежала коробка.

— Подумаешь, учится он, вот и прячет всё, придурок.

Ю Чхан, которому на миг стало стыдно за то, что он спасовал перед криком Дон Хуна, угрожающе нахмурился. Дон Хун съежился и вжался спиной в книжный шкаф.

— Даже если это просто черновик, трогать чужие вещи без разрешения — это перебор.

Сквозь убийственное напряжение прорезался ленивый низкий голос. Съежившийся Дон Хун скосил глаза в сторону кровати, откуда он донесся. Хван Сын Ён сидел на стуле, придвинутом вплотную к постели.

— Да, Го Ю Чхан, ты же у себя дома тоже не давал нам свои журналы смотреть.

Мин Чжэ, валявшийся на кровати за чтением комикса, хихикнул, соглашаясь с Сын Ёном.

— Бля, это вообще другое, — проворчал себе под нос Ю Чхан, сбавляя обороты и отходя в сторону.

Под пристальными взглядами одноклассников Дон Хун вернул черновик на полку.

«И зачем только я их сюда привел?» Он совсем забыл, что в комнате полно опасных вещей, которые никому нельзя показывать. Пока Дон Хун мысленно проклинал себя за идиотскую ошибку, в дверь позвонили.

— О, пицца приехала?

И тут Дон Хуну в голову пришла гениальная идея, как выставить их из комнаты.

— Слушайте, ребята. Может, поднимемся на крышу, там поедим?

Все с восторгом поддержали предложение сменить обстановку.

Взгляд Сын Ёна, наблюдавшего за тем, как Пён Дон Хун изо всех сил пытается выпроводить компанию, задержался на верхней полке шкафа — на альбоме для рисования и коробке из-под кроссовок.

— Сын Ён, идем!

Интерес тут же угас. Сын Ён поднялся со стула и вышел из комнаты, в которой ему и так не особо хотелось находиться.

***

Бо Хи любила период экзаменов. Уроки заканчивались рано, так что она успевала как следует отдохнуть перед подработкой.

Сегодня, как обычно после тестов, она пришла домой, вдоволь выспалась и, напевая себе под нос, варила рамён.

У экзаменов был и еще один плюс: не нужно было общаться с «друзьями» и ходить в столовую на обед.

В последнее время она всерьез подумывала о том, чтобы отколоться от компании Со Юль и обедать в одиночестве.

Присмотревшись, девушка заметила, что в школе были и другие ребята, которые ели одни. Она думала о том, чтобы просто зажмуриться и попробовать сесть за отдельный стол, но смелости на это пока не хватало, поэтому она решила покупать булочки в буфете.

Весь класс и так знает, что она изгой, так какой смысл и дальше терпеть это ради галочки? Всё равно они общаются только за обедом, а в остальное время она ходит одна. Школьную поездку Бо Хи пропускает, так что останется пережить только спортивный фестиваль.

«Надо им сказать».

Одна лишь мысль о том, что придется терпеть всё это до конца второго года, казалась мучительной и несправедливой.

«Сразу после промежуточных экзаменов всё им выскажу».

Стоило ей принять это решение, как снаружи послышались голоса.

Сквозь опущенные жалюзи на окне гостиной замелькали тени. И не одного человека, а сразу нескольких.

От вторжения незнакомцев у Бо Хи упало сердце. Крепко сжав палочки для еды, она лихорадочно следила глазами за силуэтами, снующими по крыше. Голоса сливались в шумную какофонию, разобрать слова было невозможно. Там были и парни, и девушки.

«Что происходит? Какая-то шпана? Дверь на крышу же заперта, как они вошли?»

От страха у нее похолодели руки и ноги. Впав в панику, Бо Хи застыла на месте, не сводя глаз с окна.

Вз-з-з…

От внезапной вибрации телефона на столе она вздрогнула и резко втянула воздух. Ах. Телефон. Схватив мобильный, она услышала с улицы:

— Эй, Пён Дон Хун, принеси салфетки!

«Пён Дон Хун?»

[Ким Бо Хи, ты дома?]

Это было сообщение от Дон Хуна. От дурного предчувствия Бо Хи нахмурилась.

— Вау, тут так круто.

— По-моему, даже круче, чем дома у Пён Дон Хуна.

Имя Дон Хуна прозвучало еще отчетливее. Сквозь смутно знакомый смех телефон снова завибрировал. Увидев имя звонящего, Бо Хи приняла вызов.

— Пён Дон Хун, что происходит? — спросила она полушепотом, боясь, что ее услышат на улице.

— Ты дома? — тоже переходя на шепот, спросил Дон Хун.

— Дома. Кто там снаружи?

— Да так... Занимались с ребятами с репетитором, и они захотели зайти ко мне...

Дон Хун радостно похвастался, что начал брать эксклюзивные уроки вместе с элитой класса.

Слушая его, Бо Хи в полной мере осознала смысл фразы: «Никогда не знаешь, как повернется жизнь».

В прошлой школе он мог хоть каждый раз занимать первое место, но над ним всё равно издевались, а здесь всё было иначе. Когда прошел слух, что он стал лучшим в параллели на сентябрьских пробных, на каждой перемене его парту облепляли одноклассники. Говорили, что это школа для мажоров из Каннама, которые вообще не учатся, но, видимо, всё было не совсем так.

То, что у него появилось много друзей, — это прекрасно. Но притащить их на крышу — уже ни в какие ворота. Даже тетушка (мама Дон Хуна), хоть и поднималась сюда иногда повесить белье или поставить цветы, никогда не приводила посторонних. Это переходило всякие границы.

— А на крышу-то вы зачем приперлись? Быстро уведи их.

— Они сказали, что хотят посмотреть вид...

— Мне на подработку скоро!

— Мы т-только пиццу съедим и спустимся.

«Еще и пиццу здесь жрать собрались?» Бо Хи до крови прикусила губу, сдерживая желание заорать во весь голос.

— Мы уйдем до того, как тебе нужно будет на работу. Слышишь? Ким Бо Хи.

— …

— Ким Бо Хи? Бо Хи... Ну пожалуйста, а?

Плаксивый тон. Иногда Дон Хун вел себя как капризный ребенок.

Ситуация была очевидной: он пошел на поводу у ребят, напросившихся в гости, и не смог сказать «нет» даже тогда, когда они предложили поесть пиццу на крыше. Бо Хи могла его понять. Она и сама терялась в их присутствии. И всё же это было неправильно.

Раздраженно выдохнув, Бо Хи произнесла:

— Мне выходить через полтора часа. Чтобы к этому времени вас тут не было.

— Понял! Не волнуйся!

— И чтобы больше никогда их сюда не приводил.

Ответив максимально холодным тоном, Бо Хи сбросила вызов, не дожидаясь оправданий. Она с силой швырнула телефон на стол и подцепила палочками раскисший рамён.

— …Бесит.

Аппетит пропал начисто, кусок в горло не лез. Посмотрев на тарелку, в которой оставалось больше половины порции, она встала.

— Ты эти салфетки сам из древесины делал? Че так долго?

— Да наш Дон-Дон срать ходил.

— Фу, мерзость.

Бо Хи даже боялась включить воду в раковине, чтобы не шуметь, и просто накрыла тарелку крышкой от кастрюли. Оставив за спиной громкие голоса, она зашла в комнату и закрыла дверь.

Она ждала, надеясь, что незваные гости поскорее уйдут, но эти захватчики крыши и не думали расходиться даже спустя полтора часа. Непонятно, что их так веселило, но непрекращающийся смех доносился даже через закрытую дверь.

Забравшись с ногами на кровать и прислонившись спиной к стене, Бо Хи обняла плюшевую игрушку и нервно задергала ногой. Она снова схватила телефон, который отложила всего десять секунд назад.

«Эй, уводи их быстрее».

«Мне выходить пора».

Отметка о непрочитанном сообщении исчезла, но в ответ пришло лишь: [ ㅜㅜㅜㅜㅜㅜㅜㅜ ] (плачущие смайлики).

Время и правда поджимало. Бо Хи нехотя поднялась. Ей до смерти не хотелось выходить, но подработка была важнее. Опаздывать нельзя ни в коем случае. Тем более сегодня: у них был забронирован большой банкет, и требовалось прийти пораньше для сервировки.

Надев кроссовки, Бо Хи трижды глубоко вздохнула. Голоса ребят снаружи сливались в неразборчивый гул.

Стиснув телефон так, что побелели костяшки пальцев, она крепко зажмурилась, затем открыла глаза и повернула дверную ручку.

 ✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver