Глава 33.
Когда Кэрри оставила Марка на берегу пруда, он сидел, подтянув колени к груди и крепко обхватив их руками так, словно пытался удержать собственное тело, чтобы оно не рассыпалось на части.
Какое-то время он искал утешения, наблюдая за тем, как над головой плывут тяжелые темные облака. Но стоило ему разглядеть в них пугающие образы, нож в изящной руке, брызги крови на оконном стекле, искаженное страхом девичье лицо, как он зажмурился, надеясь погрузиться в спасительную темноту и отогнать видения, возникавшие в его сознании.
Всю последнюю неделю, с того самого момента, как он побывал в редакции газеты, где прочел подробности убийства и узнал о ранах на теле матери, он старался спрятать эти детали глубоко внутри. Он словно запер их в «посмертном мешке» у себя в голове, твердо решив никогда его не открывать и не заглядывать внутрь.
Но теперь, когда в мыслях билось признание Кэрри, острые, как лезвия, образы прорвали этот «мешок», и его содержимое начало вырываться наружу.
Он увидел Гейлин, бегущую от ручья, на руках она бережно держала мокрого, голого, дрожащего младенца.
Добравшись до трейлера, она вытерла ребенка, надела на него подгузник и мягкую голубую пижаму с желтыми уточками. При этом она ласково успокаивала малыша, приговаривая, что теперь всё хорошо, что он в безопасности, ведь она скорее умрет, чем позволит случиться с ним хоть чему-то плохому.
Затем она отнесла его на кухню и поставила подогреваться бутылочку. В ожидании она целовала его в головку, в пухлые ручки, в личико, тихонько покачивая из стороны в сторону.
Она обернулась к двери, в этот момент в дом вбежала Кэрри, тяжело дыша и дико озираясь. Дрожащим голосом она снова начала объяснять, что Киппи вовсе не хотел причинить вред Ники Джеку, он просто собирался искупать его в ручье.
В ответ Гейлин постаралась ее успокоить и вновь пообещала, что о случившемся никто и никогда не узнает. Кэрри, явно почувствовав облегчение, потянулась к ребенку, но Гейлин отступила назад, крепче прижав к себе малыша, этот защитный жест Кэрри восприняла как нечто зловещее.
Гейлин обернулась, чтобы взять с плиты бутылочку для кормления, стоявшую в кастрюле с подогретой водой. Она не заметила, как Кэрри схватила со столешницы кухонный нож, не увидела первого удара, но почувствовала острую боль, когда лезвие вонзилось ей в плечо.
Бутылочка выпала из ее рук и с грохотом разбилась о пол. Гейлин увидела, как ее кровь брызнула на кухонное окно и запачкала дверцу холодильника.
Поначалу она даже не могла осознать, что происходит. Она видела достаточно фильмов, чтобы знать, людей обычно режут ножом по ночам, когда бушует шторм. Она знала, что вот-вот случится нечто страшное, если порыв ветра задует свечи или комнату озарит вспышка молнии. Она прекрасно понимала, если испуганная женщина спускается по темной лестнице в подвал, музыка становится громче, а камера берет крупным планом мужчину, который затаился в тени внизу.
Но такое не могло произойти ясным солнечным днем, не тогда, когда во дворе лает собака, загоняя белку на дерево, а вдалеке слышится приглушенный гудок товарного поезда, проходящего через город. И уж точно ничего ужасного не могло случиться на кухне ее трейлера, когда на руках у нее был маленький сын.
Увидев, что Кэрри снова заносит нож, Гейлин выставила руку, пытаясь закрыть ребенка, стальное лезвие отсекло кончик ее мизинца. Но следующий выпад Кэрри был таким стремительным и мощным, что Гейлин не смогла его отразить; нож глубоко вошел ей в шею, лишив сил для сопротивления.
Понимая, что сейчас упадет, она опустилась на колени, а затем повалилась вперед, стараясь при этом прикрыть собой ребенка. В этот момент последний удар ножа вогнал лезвие ей в спину, прямо под ребра.
Марк открыл глаза, даже не пытаясь сдержать слезы. Он просто позволил себе заплакать, понимая, что наконец пришло время оплакать свою мать — девушку, которая мечтала стать художницей.
Он приехал в это место в Оклахоме, чтобы найти ту, что отпустила его, мать, которая не любила его настолько, чтобы оставить себе.
Вместо этого он нашел девушку, которая отказалась от своих мечтаний, но не от своего ребенка.