Контент удален!

1 - 33

Юн безразличным взглядом посмотрел на Ючхана, преградившего ему путь. Лицо, искажённое злостью, словно у ребёнка, у которого отняли игрушку, было очень похоже на Хогёма. Похоже, не только внешностью, но и характером он пошёл в деда.

Раз Хогёма нет рядом, его внук доставляет ему хлопоты. Юн вздохнул, подумав, что надо было сначала вернуться на Мурён, а к Чхонмуну зайти потом.

— Ну, говори.

Он примерно догадывался, что тот скажет.

— Вас интересует принцесса Тхэсонгука?

Вопрос был точно таким, как он и ожидал. Юн усмехнулся. Ну как можно быть настолько неспособным скрыть свои чувства? Совсем как Хогём.

Похоже, его улыбка задела Ючхана — его взгляд стал свирепым.

— Даже если и интересует, оставьте это. Разве для вас это не просто забава?

«Просто забава». В этих словах была доля правды. По сравнению с людьми, духи живут в десятки раз дольше, а то и в сотни. А он живёт ещё дольше. Ючхан, потомок Хогёма, был одним из немногих людей, знающих о духах Хоегука, и он знал, что Юн тоже один из них. О том, что Юн — дракон, спустившийся на землю, знали лишь духи, инстинктивно чувствующие высокое существо. Так или иначе, как и сказал Ючхан, многие духи действительно заводили мимолётные забавы. Долгая жизнь пуста и скучна, и они всегда искали новых развлечений. Одно из них — удовольствие, получаемое от людей. Поэтому Юн понимал, почему Хогём говорил такое. Но понимать не значит следовать его желаниям.

— Забава это или нет — откуда тебе знать? Может, это искренне.

Воистину, это чувство не было легкомысленным. Разве может быть легким возвращение самого важного для него? Просто эта искренность несколько отличалась от той, что представлял Ючхан, но объяснять ему это Юн не собирался. Пусть думает, что хочет — так было удобнее.

— Ха! Искренность? Разве у вас, духов, бывает искренность?

Ючхан холодно усмехнулся.

— Не понимаю, почему ты считаешь, что её нет. Если ты собираешься отрицать само моё существование, я не стану тебя останавливать.

— Что вы сказали?

Ючхан вскинул глаза, словно не понимая.

— Если ты собираешься утверждать, что Хогём не любил твою бабушку и отца, что ж, говори. Что и у Хогёма не было никакой искренности.

Услышав имя Хогёма, Ючхан стиснул зубы и уставился на Юна. Явная враждебность, хлынувшая к нему, заставила кончики пальцев заныть. Это была не скверна, но точно нехорошая энергия. Юн легонько повёл рукой, стряхивая её. Ючхан, похоже, не заметил, но красноватая энергия рассеялась дымом.

Обычный человек не излучает такую энергию, даже если исполнен враждебности. Достойный потомок горного владыки.

Скрежеща зубами, Ючхан процедил:

— Мой дед — особый случай. В любом случае, если это просто мимолётный интерес, оставьте это. И вы сами не знаете, когда потеряете рассудок, не так ли?

— Похоже, ты очень хочешь, чтобы я сошёл с ума и что-нибудь натворил перед принцессой.

Ючхан, словно его застали врасплох, снова замолчал.

— Если больше нечего сказать, уходи.

От одного лишь присутствия этого человека накатывала усталость. Юн передумал идти в главный дворец и решил вернуться на Мурён. Ючхан, похоже, не собирался двигаться с места, и Юн повернулся. Но не успел он сделать и шага, как остановился.

— Да, всё верно. Я хочу, чтобы вы потеряли рассудок перед принцессой. Именно этого я и жду.

Юн расхохотался, словно услышал забавную шутку, и обернулся.

— И что тогда? Ты собираешься убить меня, обезумевшего?

— Да. Именно так я и думаю.

— Что ж, если такое случится, попробуй.

Смешно было слушать, как он говорит о том, что будет, если Юн действительно сойдёт с ума. Оставив Ючхана, который, казалось, хотел сказать что-то ещё, Юн вернулся на Мурён. Вместо того чтобы заснуть в воде, он направился к своему жилищу у водопада.

Сев на веранду маленькой хижины, Юн нашёл длинную трубку и сунул её в рот. Это была одна из вещей, которые Чхонмун принёс в хижину, велев курить травы, полезные для здоровья.

— Травы, травы…

Выпустив длинную струю дыма, Юн горько пробормотал.

«С-сам! Это же женьшень! Где вы достали такую драгоценность? Не украли ли?»

«Украл? Я таким не занимаюсь. Не нужен — верни».

«Нет! Если продать на рынке, завтра можно будет поесть мяса!»

«Ты хотел мяса? Сказал бы раньше, я бы поймал…»

«Не кролика или оленя, а корову! Говядину! Ба… в общем, бабушка говорила, что говядина очень вкусная, а я так и не пробовал. А вы пробовали, господин?»

Вспомнился ребёнок, у которого загорелись глаза от одного маленького корешка женьшеня. С каждой струёй дыма лицо ребёнка тускнело и в конце концов исчезало вместе с дымом.

— Всё тленно, одинаково…

Юн прислонился головой к столбу и закрыл глаза, желая, чтобы больше ничего не вспоминалось. Через некоторое время тишину нарушил шум, и перед Юном с глухим стуком что-то упало.

От грохота Юн открыл глаза, взмахом руки отогнал пыль и поморщился. Судя по тому, как шумно они появились, задание выполнено. Он думал, что это займёт ещё день-два, но вернулись быстрее.

— Господин Юн, я вернулся!

От самодовольного голоса Хогёма Юн поднялся. Посреди двора лежал мужчина в роскошной одежде, а рядом стоял Хогём. Судя по грохоту и пыли, состояние мужчины можно было представить, но вблизи зрелище было ещё то.

— Квак Чхон, очнись.

Квак Чхон открыл глаза на голос Юна и только моргал, словно не было сил ответить. Юн, осмотрев его, обернулся к Хогёму. Тот, похоже, не просто избил Квак Чхона — сам был весь в ранах. Хогём, избегая взгляда Юна, заёрзал и почесал щёку. Задев рану, он зашипел.

— Ха…

Юн устало вздохнул и потёр виски. Видя его недовольное лицо, Хогём затараторил:

— Это Квак Чхон первый начал! И выглядит хуже, чем есть на самом деле. Не сильно ранен. Всё это притворство, притворство!

— Н-неправда.

Квак Чхон, на глазах которого выступили слёзы, посмотрел на Юна и покачал головой, словно ему было обидно.

— Хватит. Это моя вина — я знал, что вы двое не ладите, и всё равно послал Хогёма. Квак Чхон, иди обработай раны. Если снова услышу драку, не оставлю это просто так.

— Да, господин Юн.

Квак Чхон, только что лежавший без движения, поднялся и отряхнул запачканную землёй одежду. Пыль полетела в сторону Хогёма. Хогём вдохнул пыль и закашлялся, скривившись. К тому времени, как кашель стих, Квак Чхон был уже далеко.

— Вот видите! Этот лис всё подстроил!

Хогём закричал, указывая на спину Квак Чхона, словно ему было обидно.

Юн знал: если принять чью-то сторону, станет только тяжелее.

— Есть дело, так что хватит, иди сюда.

На самом деле срочного дела не было, но оставить их вдвоём в одном помещении означало новый скандал.

— Сходи к Чхонмуну.

— Сейчас, ночью?

Хогём скривился. Если Чхонмун увидит его лицо в ранах, точно начнёт отчитывать. Хогём умоляюще посмотрел на Юна: мол, я буду тихо себя вести, может, не надо?

— Заодно попроси у него вина и рисовых лепёшек, которые ты любишь.

— Правда?

— Да. Ты хорошо потрудился.

От слов «вино и лепёшки» Хогём сразу расцвёл. Рисовое вино из деревни тоже было неплохим, но разве сравнится оно с тем, что варят во дворце? Обычно Чхонмун не давал Хогёму вина — тот выпивал столько, что опустошал весь винный погреб. Каждый раз Хогём кричал: «Изначально хозяин этого дворца — я!» — а Чхонмун затыкал ему рот: «Сейчас хозяин — я». Но если Юн скажет дать, Чхонмун не сможет отказать.

Хогём сглотнул слюну и, ухмыляясь, принялся думать, что попросить первым.

1 - 1 30.08.26
1 - 2 05.09.26
1 - 3 05.09.26
1 - 4 10.09.26
1 - 5 10.09.26
1 - 6 10.09.26
1 - 7 16.09.26
1 - 8 16.09.26
1 - 9 16.09.26
1 - 10 25.09.26
1 - 11 25.09.26
1 - 12 25.09.26
1 - 13 25.09.26
1 - 14 02.10.26
1 - 15 02.10.26
1 - 16 02.10.26
1 - 17 02.10.26
1 - 18 02.10.26
1 - 19 23.10.26
1 - 20 23.10.26
1 - 21 23.10.26
1 - 22 30.10.26
1 - 23 30.10.26
1 - 24 30.10.26
1 - 25 07.11.26
1 - 26 07.11.26
1 - 27 07.11.26
1 - 28 07.11.26
1 - 29 07.11.26
1 - 30 07.11.26
1 - 31 новое 12.11.26
1 - 32 новое 12.11.26
1 - 33 новое 12.11.26
1 - 34 новое 12.11.26
1 - 35 новое 12.11.26
1 - 36 новое 12.11.26
1 - 37 новое 19.11.26
1 - 38 новое 19.11.26