Контент удален!

В тенистом лесу раздавалось тяжёлое дыхание.

Королева водных духов Арсиона, не в силах удержать форму, мучилась.

Тело не слушалось. Раны, нанесённые ветром, затянулись, но место, поражённое аурой, зияло и не желало заживать.

Тяжело дыша, Арсиона посмотрела вверх, на лес, куда не проникал свет, и стиснула зубы.

В Архоне есть мастер ауры.

Человек, владеющий силой, ближе всего стоящей к заветам Мирового Древа, — и именно в Архоне...

Она пыталась залить пробитую в боку дыру чистой водой, но тщетно. Аура была всё равно что необжигающее пламя. Для Арсионы — прямая противоположность.

Не в силах ползти дальше, королева водных духов рухнула.

От раны ли, от того ли, что нарушила закон давно погибшего Мирового Древа, — силы покидали её всё быстрее.

— Проклятые... проклятые превзошедшие...

И тут она почувствовала, как окружающая растительность внезапно увядает. Уловив чёрный поток, Арсиона вздрогнула и вскинула голову.

Та самая чёрная сила, что осквернила озеро, поднялась по её телу.

Она поспешно сопротивлялась, но коварная чёрная магия проникла через рану, оставленную аурой, в самый центр её существа.

Королева водных духов мгновенно оказалась опутана чёрными цепями. Вытолкнуть силу не удавалось. В тот миг, когда она нарушила закон Мирового Древа, королева духов стала падшим существом.

Арсиона, чувствуя, как силы природы отворачиваются от неё, покорилась чёрной магии.

Когда разум был полностью подчинён, тело, прежде полное прозрачной воды, начало чернеть и гнить.

Только тогда показался Штайм. Глядя на ставшую его марионеткой Арсиону, он с удовлетворением улыбнулся.

─── ⋆⋅༻ ·❈· ༺⋅⋆ ───

— Дриэль. Я хочу, чтобы ты был счастливее всех на свете. Поэтому, когда отправишься в путешествие, больше не возвращайся на восток. Не спрашивай, как живётся мне, вышедшей за твоего брата. Ты просто... живи дальше по-своему, как ты умеешь.

Едва в памяти всплыл юный голос Рюн, как Дриэль открыл глаза.

Где же он умудрился услышать такие слова...

Он рассеянно моргал, копаясь в памяти. Конкретных обстоятельств не вспоминалось.

Дриэль долго смотрел в незнакомый потолок, и его охватило странное чувство.

Если оглянуться, единственным человеком, уважавшим его как повелителя духов ветра, была Рюн. Только она поддерживала мечты Дриэля о путешествиях, приключениях и скитаниях.

Потому, наверное, когда Рюн выбрала его в мужья, он почувствовал особенно сильное предательство.

Он приподнялся и выглянул в окно. Если подумать, многое было странным.

Выбрав Дриэля, Рюн извинялась. Плакала, пока её красивые глаза не распухли, и просила не прощать её.

Дриэль, измеряя глубину её чувства вины, потёр лоб.

Он жалел, что позволил этой вине пожирать её. Будь он тогда чуть взрослее, всё сложилось бы лучше.

Оглядев незнакомую комнату, он встал. Вспомнилось и то, что ранен в бою с королевой водных духов.

Рюн в порядке?

Дриэль вспомнил, что она была в лесу.

Он поспешно вышел. Если Рюн пострадала, защищать Архон не имело смысла.

— Рух!

Дриэль быстро слился с духом.

Ветер с голубым отливом, не колеблясь, понёсся в сторону кабинета в замке.

─── ⋯⋅༻ ·❈· ༺⋅⋆ ───

После переполоха, поднятого королевой водных духов, пришла ночь.

Ларес обходила замок тщательнее обычного, оставаясь настороже. Именно в такие дни тьма любила просачиваться.

С лампой в руке она прогуливалась у стены и, заметив работавшего допоздна Зенона, подошла.

— Стража что-то уж слишком занята.

Зенон, вынеся стол на улицу, работал и раздавал указания.

Ларес украдкой заглянула в бумаги. Все были составлены Рюн.

Вернувшись в замок, Рюн заперлась в кабинете и с ужасающей скоростью разгребала дела.

Благодаря этому Архон без смуты вернулся к миру, но лишь сама Рюн Хеллид, вернувшая покой жителям, была тревожна и несчастна.

Заинтересовавшись бумагами, Ларес услышала от Зенона:

— Она приказала закрыть рынок и площадь и раздать хлеб тем, кому нечего есть сегодня-завтра. Похоже, боится, что из-за случившегося люди бросят Архон и сбегут.

Слуги без конца приносили Зенону приказы.

Ларес посмотрела на освещённый кабинет и от досады цокнула языком.

— Хоть немного бы отдохнула...

— Она поела?

— Днём я приносила еду, но она даже не взглянула.

Управляющие непрерывно подавали Рюн отчёты об ущербе в замке и деревнях, и она мгновенно проверяла их и отдавала распоряжения.

Сейчас Рюн была похожа на скаковую лошадь, несущуюся к обрыву с завязанными глазами.

Казалось, она избегала заботы о собственной душе из страха перед ней.

— А как лорд?

— Из храма сообщили, что он не просто цел, а здоров.

Хоть в несчастье повезло. Зенон беззвучно выдохнул.

Ларес, доливая масло в гаснущую лампу Зенона, мягко попросила:

— Зенон, скоро состоится приём для гостей из других владений. Ты знаешь. Атмосфера не должна быть тревожной. Особенно постарайся удержать жителей и порядок.

Зенон энергично кивнул и посмотрел на факелы, расставленные стражей. Длинная улица была залита светом.

— Когда вернётся маг...

— Вернётся не слишком поздно. И не с пустыми руками, так что не волнуйся.

Ларес похлопала его по плечу и направилась к зданию.

Поднимаясь по лестнице, она столкнулась с выбежавшей служанкой, которая протянула ей тарелку.

На тарелке лежал кусок хлеба. Между ломтями — тонко нарезанная ветчина и свежая руккола.

Служанка замялась:

— Леди, кажется, не любит специи и острое. Может, это ей понравится...?

Все в замке тревожились о Рюн. Ларес с улыбкой взяла тарелку.

— Как раз то, что ей понравится. Я прослежу, чтобы она поела, а ты иди домой. Поздно уже, спасибо за работу.

Ларес сразу направилась в кабинет.

Открыв дверь, она первым делом увидела нетронутую еду на столике у дивана. Она ожидала этого, но не могла скрыть горечи.

— Хоть немного поешьте.

Мягко пожурив, Ларес убрала бумаги, чтобы Рюн не могла работать. Чувствуя на себе её взгляд, она всё равно поставила тарелку.

— Молодая служанка готовила это, думая о вас. Видимо, переживает, что вы совсем не едите.

— Оставь и иди.

— Говорят, лорд в порядке. Спит себе преспокойно в молельне храма.

Рюн, проверявшая отчёт об ущербе, запнулась. Кончик пера, записывавшего цифры, едва задрожал.

На лице, которое она держала холодным, чтобы не сломаться, наконец отразилось волнение.

— Рана...

Губы, пересохшие от того, что она не пила и не ела, нервно шевельнулись.

— Рана в порядке...?

— Как и подобает благословлённому, рана быстро затягивается. Жрец сказал, что нет ни опасности заражения, ни последствий.

Слава богу. Только тогда Рюн с трудом отпустила тревогу.

Когда на бесстрастном лице мелькнуло облегчение, Ларес с улыбкой снова протянула тарелку.

— Раз успокоились, поешьте хоть немного ради той служанки.

Рюн съела ровно половину куска хлеба размером с кулак. Ларес больше не настаивала.

— Увидимся утром.

Ларес вернула бумаги на место и вышла.

Рюн снова хотела взяться за работу, но воткнула перо в чернильницу.

Рука продолжала дрожать. Она сильно сжала кулак и разжала, но дрожь не проходила.

Словно в молитве сжав руки, Рюн опустила голову.

Дриэль жив. Слава богу.

От облегчения напряжение спало, и силы покинули тело. Рюн прижалась лбом к сложенным рукам.

Дриэль, повелитель духов ветра, сражался с Арсионой ради Архона и его жителей и получил тяжёлую рану.

Как лорд он сделал то, что должен был. Но Рюн не могла избавиться от мысли, что он был скован ненужной ответственностью и долгом из-за неё.

Дриэль сам признался, что хочет исполнить долг лорда и мужа.

И всё же Рюн, любя свободный ветер, не могла простить себя за то, что свернула его жизнь на другую орбиту.

Она сама знала, что пора перестать жалеть. Нужно было отпустить сожаления и смотреть вперёд.

Но это было не так просто, как хотелось.

По многу раз на дню она проклинала себя. Думала, что готова заплатить любую цену, лишь бы повернуть время вспять.

Она посмотрела на пальцы, покрытые запёкшейся кровью. Когда всё пошло не так?

С крайне спокойным лицом Рюн уверилась: всё пошло не так уже с её рождения.

Люди зовут её не Рюн Штайн, а Рюн Хеллид.

Хеллид...

Древний знатный род в северном городе Эхольм. Но в последнее время люди называют род Хеллид так:

Фабрика по производству девочек для жертвоприношений.