Дел было невпроворот, но Рюн не могла за них взяться и сидела, уставившись в пустоту.
Дриэль бесплоден.
Не импотент , а бесплоден...
Лицо Рюн стало серьёзным, и вдруг вспомнились слова Дриэля о том, что «форма и функции в порядке».
От нелепого оправдания уголок губ дёрнулся вверх. Улыбка разлилась по лицу, и настроение немного улучшилось.
Она посмотрела на гору дел и отложила перо. Работать сейчас не хотелось. Голова болела от задачи, которую подкинул Дриэль.
Диона...
При мысли о ней на бесстрастном лице отразилась тоска. Диона — дочь Теоны, единокровной сестры Дриэля.
Теоны больше нет на этом свете. Когда Диона рождалась, бог смерти забрал её душу.
Новорождённую Диону чуть не бросили, потому что она была девочкой, но Дриэль взял ответственность на себя. Фактически её родителями стали Дриэль и Рюн.
Диона была смышлёным и весёлым ребёнком. Разглядев её ум, Рюн отправила девочку учиться в город, где стоял храм мудрости. Это было в позапрошлом году.
Рюн делала всё, чтобы Архон стал хорошим владением, но он всё ещё не был безопасным местом.
Что бы ни случилось, Диону нужно было защитить. Поэтому Рюн отправила её подальше.
Давно, когда Теона умирала, она поклялась:
— Теона... Я обязательно защищу твоего ребёнка. Даже если умру — защищу... Так что не волнуйся. Тебе не о чем беспокоиться...
Рюн сомневалась, что Диону стоит назначать наследницей Архона.
Диона непременно справилась бы. Но Рюн не хотела, чтобы она страдала.
Место лорда Архона было далеко от могущества и власти. Для Дионы лучше было стать учёной в храме мудрости.
Рюн встала и направилась к выходу. Она собиралась поговорить с Дриэлем.
Идя по следу голубого ветра в поисках Дриэля, она увидела слугу, который, задыхаясь, взбегал по лестнице.
Слуга остановился перед ней, пытаясь отдышаться и доложить.
— Леди, снаружи... во внутреннем дворе маг...
— Маг?
— Да... В-вместе с лордом...
Услышав, что Дриэль привёл мага, Рюн поспешила наружу.
Маги ни при каких обстоятельствах не вмешиваются в дела людей. Это их железное правило.
Выйдя из замка, она увидела золотую громадину. Тот самый золотой дракон, что доставил Дриэля в Архон.
Дракон ластился к магу — юному, но со взрослым выражением лица, — тычась мордой ему в щёку.
Слуги замка откровенно глазели на это странное зрелище.
Они заворожённо смотрели на мага и дракона, пока не услышали шаги. Заметив Рюн, все склонили головы.
— Здравствуйте, леди.
Отправив дракона в небо, Куки вежливо поклонился Рюн.
— По милости лорда я, Куки, младший маг Башни, на некоторое время останусь в Архоне. Прошу любить и жаловать.
— Добро пожаловать в Архон, маг.
Рюн растерялась, но ответила спокойно.
Куки улыбнулся в ответ и на мгновение, не дольше приличий, задержал взгляд на её лице.
Однако Рюн была чувствительнее обычных людей и этот пристальный взгляд её озадачил. Куки смотрел на её глаза, нос, губы так, будто искал чьи-то следы.
Вскоре отведя взгляд, Куки объяснился, чтобы не смущать Рюн:
— Вы похожи на моего друга. Нет... вернее, мой друг похож на вас.
— У твоего друга тоже серебряные волосы?
— Да, такие же блестящие серебряные волосы, как у вас. А глаза — золотые, как лунный свет. Увидев вас, я вспомнил о друге. Вы странно похожи. Простите мою дерзость, что осмелился смотреть.
Рюн не рассердилась. Серебряные волосы были редкостью.
Мерцающие, как Млечный Путь, серебряные волосы были раздражающим символом рода Хеллид.
При мысли о роде Хеллид губы Рюн едва не скривились.
— Похоже, в жилах твоего друга течёт кровь Хеллид.
— Насколько я знаю, вероятно, да.
— А твой друг...
Жив ли? Не продан ли, не принесён ли в жертву?
Не сломался ли, как я?
Она проглотила вопросы. Сохраняя бесстрастное лицо, Рюн сменила тему.
— Ты сказал «младший маг»? Как ты познакомился с лордом?
— Мы сблизились на северном фронте. Там возникло дело, при котором маги были вынуждены вмешаться.
При упоминании войны с ледяными великанами глаза Рюн едва заметно сузились.
Она не хотела знать, через что Дриэль прошёл на войне, но слова Куки изменили её намерение.
В войне, где сражался не кто-нибудь, а Дриэль, участвовали маги. У неё было дурное предчувствие.
Она склонилась к тому, чтобы узнать, что произошло на севере. Рюн осторожно прощупала Куки.
— Маги без оракула не покидают Башню просто так.
Куки ответил улыбкой. Поняв её смысл, Рюн медленно кивнула.
— Вот оно что.
Башня всегда соблюдала нейтралитет и не вмешивалась в дела людей. Но если был оракул — могла участвовать в войне, начатой людьми.
Куки не ответил прямо, но Рюн уверилась: боги дали Башне оракул.
А это означало, что война с ледяными великанами была настолько огромной, что могла перевернуть всю историю Срединного мира.
Рюн хотела узнать больше, но слишком много глаз следило за ними, и она отказалась от разговора.
Слуги, сбежавшиеся посмотреть, украдкой бросали на Куки восхищённые взгляды. Рюн поманила его за собой.
— Знала бы, что ты прибудешь, приняла бы как подобает. Неловко вышло.
— А... вы не знали, что я прибуду?
— Знала бы — не встречала бы так суетливо.
Цокнув языком, Рюн поискала взглядом Дриэля. Так принимать гостей! Стыдно и неловко — голову не поднять.
Как раз Дриэль спускался по лестнице с Ларес. Увидев Куки, он помахал рукой.
— Я нашёл тебе хорошую комнату. Вид оттуда отличный.
Дриэль говорил простодушно, не замечая состояния Рюн. Куки, следя за её лицом, прошептал:
— Леди... Не все повелители духов ветра такие же недогадливые, как он. Не судите по нему.
— Хоть какое-то утешение.
От её ответа, полного смирения, Куки тихо рассмеялся.
— Кстати, леди. Я хотел кое-что спросить. Лорд сказал, что в Архоне не было ничего особенного, но...
Куки осёкся и поднял ветер, чтобы заглушить их разговор. Он управлял ветром не хуже Дриэля.
Рюн инстинктивно насторожилась. Куки был не повелителем духов ветра, а магом. Разве маги могут повелевать духами?
Отведя взгляд от Дриэля, Рюн кивнула Куки. Тот наклонился к ней и заговорил через заклинание передачи речи.
— Не случалось ли такого, что мертвецы оживали?
В тот же миг вспомнилось письмо из деревни Эмур.
Рюн обдумала ответ и проговорила:
— Пока нет.
На многозначительный ответ Куки улыбнулся глазами. Рюн Хеллид действительно была умна и сообразительна, как говорили.
— Понял. Ваши слова я приму к сведению.
Ветер рассеялся, как песчинки. Почувствовав это, Дриэль обернулся к Куки.
Он выглядел насторожившимся — не сказал ли Куки чего лишнего.
Непонятно: хотел ли он скрыть случившееся на войне или что-то, что скоро произойдёт в Архоне.
Ясно было одно: Дриэль скрывал больше, чем предполагала Рюн.
— О чём это вы двое шептались без меня?
— О том, что ты недогадливый.
Рюн бросила это, проходя мимо Куки, и Дриэль со смехом согласился:
— В этом же моё обаяние.
Рюн тяжело вздохнула и представила Куки Ларес, спустившейся вместе с Дриэлем.
На короткий миг — но взгляды Куки и Ларес при встрече были странными.
Как это описать?
Такая неловкость бывает, когда встречаешь школьного друга, с которым потерял связь, через десятки лет — голышом в банях какого-нибудь храма.
Куки смотрел на Ларес в упор, подняв брови. Взгляд вопрошал: «Что ты вообще здесь делаешь?»
Ларес невозмутимо отвела взгляд.
— Ларес.
Как раз Рюн позвала её. Ларес тут же подошла.
— Да, леди.
— Пришёл важный гость. Подготовь пир и передай всем управляющим замка, чтобы явились без исключения.
Ларес склонила голову. Рюн перевела взгляд на Дриэля. Взгляд был колючим.
— Дриэль Штайн.
От того, что она назвала его полным именем, женатые мужчины, вертевшиеся рядом в надежде подслушать, заметно вздрогнули.
— Идём.
От холодного приказа Дриэль растерялся.
— Что...?
Рюн, уже собиравшаяся подняться по лестнице, подошла к нему. Широким шагом — и Дриэль невольно отступил.
Остановившись вплотную, Рюн ткнула пальцем в его широкую, крепкую грудь и тихо отчеканила:
— Надо было предупредить, что придёт гость. Если так встречать гостей — да ещё мага, да ещё так небрежно, — кем я тогда буду? Я всё ещё твоя единственная жена. Как ты вообще меня воспринимаешь?
— А...
Дриэль осекся и вздохнул.
— Прости. Я не хотел тебя игнорировать. Просто не хотел тебя беспокоить... Ты злишься? Я же извинился. Погоди, куда ты! Прости меня!
Дриэль бросился за Рюн, которая уже входила в замок одна. Его голос, выкликающий её имя, звучал снова и снова.
Куки, подумав, что супруги Архона, вопреки слухам, ладят, обернулся к Ларес.
На его улыбающемся лице появилась строгая усмешка.
— Последний раз мы виделись сто лет назад? Рад встрече. Как тебя здесь зовут — Ларес? В общем, давно не виделись, и я рад... но давай поговорим серьёзно?
─── ⋆⋅༻ ·❈· ༺⋅⋆ ───
Архон был маленьким владением даже для востока. Земли было мало, монстры появлялись постоянно, и жители, стоило что-то случиться, сообща брались за дело.
Жители выживали на пограничье, помогая друг другу в бедах, поэтому их связь была крепкой.
Но была одна проблема: слухи разлетались мгновенно.
Хорошие или плохие — всё, что происходило в Архоне, за день доходило до ушей всех.
— Я же сказал, что верну долг на этой неделе! Сколько раз повторять! Скоро моя сестра станет наложницей лорда!
Хектеон орал на привратников игорного дома, которые пытались его выгнать.
Его, видимо, сильно задело обращение как с должником — он тыкал в привратников пальцем и кипел.
— Слухи не слышали? Моя сестра — та самая, что сбежала с лордом! Лорд сам приехал за ней! Стоит ей выйти за него — и эти долги смехотворны!
Привратники не двинулись. Долг Хектеона в игорном доме превышал несколько тысяч серебряных монет. Сумма, неподъёмная для обычного человека.
Хектеон отбирал деньги, которые зарабатывала Терея, и спускал всё в игорном доме, а когда не хватало — влезал в долги, чтобы продолжать играть.
Хозяин игорного дома уже отправил ему предупреждение: если не вернёт деньги до конца месяца, ему отрубят конечности и используют как приманку для монстров.
Но Хектеон был уверен: раз Дриэль вернулся, всё как-нибудь уладится.
У этой уверенности была причина.
Когда сбежавший со свадьбы Дриэль вернулся сам, воины рода Штайн схватили Терею.
Род Штайн ошибочно решил, что Терея — женщина, сбежавшая с Дриэлем, и, сунув ей денег, приказал покинуть город.
Даже не спросив, почему Терея оказалась на той дороге.
На самом деле род Штайн хотел казнить Терею и её семью. Но люди считали дурным знаком проливать кровь накануне священной свадьбы.
К тому же повелителя духов ветра, ослеплённого любовью, считали очень опасным — поэтому решили уладить миром: дали денег и выгнали.
Тогда род Штайн дал целую тысячу серебряных монет. На это Хектеон и рассчитывал.
Терея клялась, что у неё с Дриэлем ничего нет, и требовала вернуть деньги, но никто в семье ей не верил.
Хектеон был уверен: и на этот раз Дриэль найдёт для Тереи денег.
Плюнув на землю, Хектеон выкрикнул ругательство в сторону привратников:
— Погодите. Посмотрим, будете ли вы смотреть на меня так свысока, когда моя сестра войдёт в тот замок!
Когда Хектеон ушёл, суматоха в переулке стихла.
Привратники не стали его преследовать, но стражники, патрулировавшие переулок, проводили его недовольными взглядами.
— Наложница лорда? Что за чушь он несёт...
Один стражник пробормотал с раздражением.
Рюн, защищая Архон, потеряла ребёнка и стала бесплодной. А теперь лорд бросит её и возьмёт наложницу?
Стражник сдерживал гнев, будто его собственную сестру бросил муж.
— Проверь этого типа. Надо выяснить, какие слухи ходят по Архону, раз он осмеливается такое болтать.
