В начале лета в захолустное восточное владение Архон прилетела ветряная птица.
Сотворённая силой духов, она трепетала, прекрасная, как зелёное пламя, и ветер от её крыльев пах кровью и льдом.
Она прилетела с северного фронта — это было ясно.
Стражник с дозорной башни доставил ветряную птицу госпоже Рюн Хеллид, правительнице владения.
Леди — так в Архоне называли жену лорда — наблюдала за тренировкой стражников на плацу. Бесстрастным движением она коснулась птицы. Та в мгновение ока рассеялась.
На том месте, где только что трепетало живое пламя, осталась тонкая полоска бумаги. Под взглядами стражников Рюн развернула её.
Вести с фронта были редки, но содержание их всегда было однообразным.
Войне не видно конца, кто-то пропал без вести, пришлите то-то и то-то через гильдию Лигера...
Однако на этот раз строк на полоске было мало. В глазах Рюн мелькнуло едва заметное движение.
«Перемирие. Победа Объединённой армии человечества»
Она подняла взгляд от бумаги. Вся тренировочная площадка уже смотрела на одну Рюн Хеллид.
— Войне конец, — коротко объявила леди.
Площадь замерла.
Словно предлагая убедиться собственными глазами, Рюн протянула полоску командиру стражи Зенону. Тот швырнул меч и в два шага оказался рядом, разворачивая бумагу.
Стражники начали собираться вокруг него. Они смотрели на два слова — «перемирие» и «победа» — недоверчиво, а потом разразились ликующим рёвом.
Рюн сухо оглядела стражников, обнимающих друг друга в восторге, и покинула плац. Вслед за ней направилась пожилая смотрительница замка Ларес.
Ларес уже три года управляла замком Архона.
Немолодая, но крепкая, она умела назначать людей на нужные места, за что снискала доверие Рюн.
Оглянувшись на шумный плац, Ларес мягко улыбнулась:
— Как раз к теплу и лорд вернётся.
Рюн, поднимавшаяся по лестнице, на мгновение запнулась. Её силуэт, обращённый к той стороне, откуда прилетела ветряная птица, казался тяжёлым и одиноким.
Ларес стояла позади и не могла видеть лица Рюн. Но она знала.
Три года назад лорд Архона Дриэль Штайн отправился на войну, и почти все знали печальную правду: он не любил свою жену Рюн Хеллид.
Некоторые поговаривали, что Дриэль ушёл на фронт только потому, что не хотел жить с леди под одной крышей.
К сожалению, в этих слухах не было ничего далёкого от истины.
Рюн, всё ещё глядя на север, снова двинулась вперёд. Ларес продолжила, словно видела её лицо:
— С лордом всё будет хорошо. Он единственный человек, благословлённый богом войны.
— Наверное.
Ответ был бесстрастным, но Ларес знала — это не то, что Рюн чувствует на самом деле.
Рюн молилась богам каждый день, ни разу не пропустив.
Даже заваленная делами правителя, она при любой свободной минуте опускалась на колени и складывала руки.
У Рюн было лишь одно желание.
Чтобы муж — Дриэль — вернулся живым. Единственная её мольба.
Поднявшись на самый верх, Рюн обернулась к Ларес:
— Нужно ускорить истребление монстров.
— Внезапное решение, госпожа.
— Война кончилась. Через два месяца архонский рыцарский корпус вернётся. К их возвращению нужно закончить всё, что связано с монстрами. Я не хочу, чтобы они, только что вернувшиеся с войны, сразу бросались в новую бойню. Тишина в этих землях — лучший отдых для них.
— На сколько вы хотите перенести?
— На месяц.
— Ох, — выдохнула Ларес.
Она не стала спорить об изменении сроков — истребление монстров было не её заботой.
— От этого вашего решения, госпожа, стражники полезут в пекло и сгорят. Ах, и наёмники, которых мы только что наняли.
— Ты думаешь, перенести возможно?
— Кто бы сомневался. Вы прикажете — все сделают. Вы же знаете, как они вам преданы — до последнего вздоха.
С этими словами Ларес с лукавой усмешкой спустилась по лестнице — передавать приказ.
Рюн вошла в кабинет одна. Дверь закрылась, и её накрыла тишина.
Она стояла неподвижно, а потом тихо прислонилась спиной к двери. Словно придавленная пустотой комнаты, она медленно сползла вниз — в этом движении не было сил.
Маленькая рука безмолвно закрыла лицо. Лишь оставшись одна, она позволила себе то, что скрывала всё это время.
Как и говорила Ларес, Дриэль, благословлённый богом войны, — не мог умереть на поле боя, даже если бы хотел. Он непременно должен был вернуться живым.
— ...Дриэль, тебе обязательно было идти?
— Ты говоришь так, будто не знаешь, почему я иду.
— Прости. Я...
— Я предпочту умереть на войне, чем прожить остаток жизни как твой муж.
— Дриэль...
— Я просил тебя снова и снова. Умолял — не выбирай меня в мужья. Не привязывать меня к этой проклятой дыре, Архону... А ты всё равно сделала из меня лорда. Не кто-нибудь, а ты!
— ...Прости. Правда прости, Дриэль...
— Каково это — погубить ещё одного, вслед за отцом? Каково, Рюн Хеллид?
Она опустила руки и горько усмехнулась. От воспоминаний о разговоре накануне его ухода к ней вернулась ясность.
Квин собиралась развестись с Дриэлем.
Дриэль ушёл на войну, словно ища смерти. Без чувства долга, без веры в правое дело — просто потому, что ненавидел Рюн Хеллид.
И потому Рюн твёрдо решила: когда Дриэль вернётся, даже если это не искупит её вину, она даст ему развод.
Прошедшее время не вернуть, но можно исправить ошибку, заплатив за неё чьей-то жертвой. Рюн Хеллид знала, что платить придётся ей.
Она открыла запертый ящик и достала давно составленные бумаги о разводе.
Если бы Дриэль только согласился, они могли бы стать чужими в тот же миг. Рюн была уверена, что Дриэль тоже хочет этого.
Она твёрдо решилась — и уже закрывала ящик, как вдруг снаружи раздался шум.
За окном стало тревожно. Голоса гудели не как обычный восторг стражников по поводу перемирия — в этом гуле чувствовалось неладное.
— Всем по местам! Живо готовьте баллисты!
Сразу следом зазвучал набат, оповещающий о вторжении монстров. Рюн вышла на балкон. Золотой дракон медленно парил над Архоном.
При виде дракона в памяти всплыл кошмар трёхлетней давности. От мощных взмахов крыльев, поднимавших вихри, Рюн сама не заметила, как положила руку на низ живота.
— Золотой дракон. С востока они залетают сюда редко. И вдруг один такой появился в Архоне. Удивительное дело.
От внезапного голоса Рюн вздрогнула. Ларес стояла на балконе — когда она подошла?
Старуха, сложив руки за спиной, щурилась на небо. Даже при появлении дракона она оставалась совершенно спокойной.
— Говорят, золотые драконы падки на золото и драгоценности. Может, прослышали, что вы, госпожа, накопили богатство, и прилетели за ним?
— Не знаю.
Рюн холодно следила за драконьим полётом.
Дракон — монстр, способный снести одним ударом целый замок, — но золотые драконы считались относительно мирными.
Внезапно появившийся золотой дракон словно доказывал, что ему нет дела ни до золота, ни до людей: он неторопливо кружил вокруг замка.
Его полёт не выглядел агрессивным, но враг есть враг. Расслабляться нельзя.
К счастью, у Архона был опыт нападений драконов, так что защита была поставлена хорошо.
Каждый раз, когда дракон приближался к замку, прозрачный магический купол дрожал. Магические артефакты исправно защищали Архон.
Люди надеялись, что дракон улетит сам. Но монстр с упорством, будто у него была цель, кружил вокруг замка.
В конце концов стража решила прогнать его силой. На стенах устанавливали тяжёлые баллисты.
Рюн наблюдала за суетой, чуть приподняв подбородок. Яркое солнце слепило глаза, но она не отрывала взгляда от дракона.
Внезапно глаза Рюн сузились. На спине дракона что-то было.
Человек.
Ларес заговорила первой:
— Госпожа, на спине дракона...
— Кто-то есть.
Рюн подала знак прекратить атаку. Стражники замешкались, но приказ выполнили.
Баллисты, нацеленные на дракона, опустились. С неба раздался рёв — и он оказался неожиданно мягким.
Рюн плевать хотела на то, ревёт дракон или нет. Её взгляд был прикован к его спине. Из-за ослепительного солнечного света было почти невозможно разглядеть всадника.
В этот момент налетел сильный ветер, и капюшон того, кто сидел на драконе, слетел.
Всего миг, но Рюн узнала его.
— ...Отключите магическую защиту.
Ларес подала знак Зенону.
Один за другим гасли магические купола, защищавшие замок. Дракон, словно только этого и ждал, опустился во внутренний двор.
Наконец всадник приподнялся. Зенон, только теперь заметивший человека, широко распахнул глаза.
— Лорд...?
Стражники, услышав бормотание Зенона, задрали головы.
Слуги, работавшие в замке, тоже узнали Дриэля. Раздались радостные крики:
— Боже, лорд...! Лорд вернулся...!
Мужчина легко спрыгнул с дракона и откинул капюшон. Когда показались чёрные волосы и золотые глаза, лица людей озарились улыбками.
Лорд Дриэль Штайн, ушедший на север, чтобы завершить войну с ледяными великанами, вернулся.
Стражники радостно побежали к нему. Дриэль улыбался в ответ, здороваясь.
Он держался со всеми легко, без чопорности. Умение находить общий язык с разными людьми — обычная черта повелителя духов ветра.
Дриэля вмиг окружила толпа. Рюн смотрела на эту сцену сверху, с лестницы, а потом отвернулась.
Её лицо было спокойным, но зелёные глаза увлажнились.
Ларес, последовавшая за ней, осторожно спросила:
— Госпожа, вы не хотите встретить лорда?
— Если я появлюсь, только испорчу настроение.
Ларес не могла этого отрицать. Дриэль ненавидел Рюн.
Горько улыбнувшись, Ларес проводила взглядом Рюн, одиноко уходящую в замок. Вокруг Дриала кипела жизнь, а леди была погружена в безмолвие, словно ушла под воду.
Ларес вспомнила время, которое Рюн провела, защищая Архон, — и её охватила жалость. С тяжёлым сердцем она бросила на Дриэля укоряющий взгляд.
Дриэль осматривал замок. В его движениях было что-то похожее на поиск.
Он обвёл взглядом стены — тщательно, до самого верха. И горько усмехнулся. Похоже, он не нашёл того, кого искал.
Спрятав разочарование, Дриэль отвечал на приветствия.
Ларес смотрела на него и тихо хмыкнула.
В Архон вернулся ветер, приносящий победу.
Ветер вернулся живым и невредимым, но...
Ларес, которая так беспокоилась об отношениях леди и лорда, вдруг улыбнулась странной, загадочной улыбкой.
