Деревня Арафи появилась после того, как Дриэль ушёл на войну.
Основанная по плану Рюн, она имела самый большой рынок, а также множество гостиниц и питейных заведений для торговцев и наёмников из других городов.
Несколько стражников, которым не по душе пришлась отменённая тренировка, зашли в пивную. Они собирались пить до глубокой ночи, а потом разойтись по домам.
Они сидели за столиком и потягивали пиво, как вдруг в углу заведения поднялся шум. Обернувшись, они увидели нескольких пьяных мужчин, которые, похоже, сцепились за карточной игрой.
Стражники гордились своим званием и, решив, что если шум разрастётся, им придётся вмешаться, стали внимательно следить за происходящим.
Среди них выделялся один особенно громкоголосый мужчина. Один из стражников узнал его.
— Эй, это же тот тип... который трепался, будто его сестра станет наложницей лорда. Как его звали?
— Хектеон?
Стражники разом уставились на Хектеона. Звон разбиваемых стаканов стоял оглушительный.
Хектеон, разнеся игорный стол, бушевал.
— Вы жульничали! Немедленно верните мои деньги, немедленно!
Но противников было много. Сколько бы Хектеон ни размахивал кулаками, толку не было.
Мужчины в пивной с восторгом наблюдали, как Хектеона избивают.
Игрок сбил Хектеона с ног, потом схватил за грудки и поднял.
— Ты же знаешь, что осталось два дня?
Он прошептал так тихо, чтобы никто не услышал, и лицо Хектеона, и без того посиневшее от побоев, стало мертвенно-бледным.
Хектеон жил на деньги, которые зарабатывала сестра, и рыскал по игорным домам. Было бы полбеды, если бы он играл только на то, что в кармане, но он занимал у ростовщиков, содержавших игорные дома.
До сих пор он исправно платил проценты, но они выросли, и вот уже несколько месяцев он не мог их внести. Вспомнив предупреждение ростовщика, Хектеон задрожал.
Единственным спасением было бежать из Архона, но и этого ростовщик не позволял — приставил к нему надзирателя.
Стоит попытаться сбежать — и его утащат в подвал игорного дома. Что там сделают — понятно без слов.
— Нет денег — будешь приманкой для монстров. А?
Шкуры и магические камни монстров продавались дорого. Тех, кто не мог расплатиться, калечили и использовали как приманку.
Жить так, а однажды быть съеденным монстром — такова была участь лудоманов.
Перепуганный Хектеон натянуто улыбнулся и принялся отрицать:
— ...Моя, моя сестра станет наложницей лорда! Разве вы не слышали слух? Лорд, едва вернувшись, первым делом разыскал мою сестру!
Игрок, тащивший Хектеона, запнулся. Слух уже разошёлся по нескольким деревням. Правда это или нет — неизвестно.
Лучший способ — пойти к Дриэлю и спросить, но это было безумием.
Игроки переглянулись и отпустили Хектеона.
Из-за того, что отношения Рюн и Дриэля были неважными, слух о наложнице звучал правдоподобно.
— В течение двух дней ты должен вернуть всё, что занял. Иначе мы не ручаемся за твою жизнь.
Когда игроки ушли, Хектеон растерялся.
— По-погодите...! Мои деньги, деньги надо вернуть!
Он вцепился в штанину, но игрок отпихнул его и вышел из пивной.
Хектеон бессмысленно смотрел на залитые пивом карты, потом лицо его перекосилось. Казалось, он был уверен, что его обманули в игре.
От поднявшегося гнева — или обиды, не понять — Хектеон сорвался на тех, кто глазел на него.
— Чего уставились, ублюдки! Хотите поглазеть — платите, хоть монету бросьте, тогда и смотрите!
И правда, кто-то бросил монету. Она ударилась о лоб Хектеона и упала.
Хектеон тупо уставился на неё. Зеваки расхохотались. Лицо избитого до синевы Хектеона стало багровым.
— Когда моя сестра добьётся милости лорда, я, я, вас, всех вас не оставлю в покое! Погодите... погодите!
Хектеон, выкрикивая это, подобрал брошенную кем-то монету.
Зеваки принялись его дразнить.
— Какая наложница, когда жена жива-здорова? Твоей сестре ещё повезёт, если она не будет в немилости у леди!
— Ничего вы не понимаете!
Хектеон, озираясь в ожидании новой монеты, расхохотался.
— Кто же не знает, что здешний лорд не любит свою жену!
Хектеон был уверен, что сестра станет наложницей.
Род Штайн изгнал Терею и её семью. Могли убить, но просто выгнали.
Наверняка Дриэль умолял сохранить жизнь любимой Терее, и потому всё кончилось изгнанием.
Сжимая монету, чтобы её не отняли, Хектеон ухмыльнулся.
— Глупцы! Разве не слышали? Жена лорда потеряла ребёнка и больше не может иметь детей. Кто-то же должен родить наследника! Моя сестра красива и здорова...
Хектеон, самодовольно разглагольствуя, почувствовал на себе ледяные взгляды и умолк. Те, кто только что весело насмехался, помрачнели и уставились на него.
Некоторые ещё помнили день, когда Рюн потеряла ребёнка.
Архон вырос на крови и слезах Рюн. Она заработала на чёрных драконах, которых убивала, — и это не было преувеличением.
Жители считали Рюн всем для Архона.
— Ты хуже зверя.
Кто-то выругался, выхватил монету из руки Хектеона. Люди выволокли его из пивной, плюя вслед.
Хектеон не выдержал презрительных взглядов и убежал. Но сзади послышались шаги.
Решив, что это надзиратель от ростовщика, он обернулся — и стражник ударил его кулаком.
Стражники окружили Хектеона и принялись пинать. На лицах у них была ярость.
Стражник, колотивший его до изнеможения, рывком поднял Хектеона.
— Не хочешь сдохнуть здесь — веди к себе домой. Немедленно!
─── ⋆⋅༻ ·❈· ༺⋅⋆ ───
Терея спрятала дневной заработок во внутренний карман нижней юбки. Эти деньги всё равно отберёт семья, но она хотела их сохранить.
Сегодня ночью, думала она, дома может будет тихо. Но по дороге домой увидела, что жители деревни на что-то глазеют.
Заинтересовавшись, она заглянула, и жители, узнав Терею, поспешно отошли. Только тогда она поняла: они смотрят на её дом.
Из дома доносились крики и звук бьющейся утвари.
Отец опять напился? Или брат буянит, требуя денег? А мать что делает?
Дрожа, Терея вошла в дом — и увидела, как мужчины в форме стражи швырнули окровавленного Хектеона в угол.
Избит он был так, что лица не разобрать. Стражники, кипя от злости, заметили Терею.
От их взгляда, полного убийственной ярости, Терея вздрогнула и осела на пол.
Один стражник схватил её за волосы. Она закричала, но он не отпустил.
— Так ты и есть Терея. Та, которой этот сумасшедший игрок хвастался, что станет наложницей лорда.
Стражник отшвырнул её. Терея покатилась по полу и подняла голову.
От слова «наложница» лицо её стало отсутствующим. Она не понимала, что происходит.
Не успела она объяснить, что у неё с лордом ничего нет, как стражник выхватил меч.
Свистнув, клинок вонзился в стену. Терея застыла.
— Предупреждаю: если твой брат и дальше будет высовываться, не зная своего места, этим не кончится. Увидимся ещё — сделаю из твоего лица решето.
От его ледяного, как на букашку, взгляда Терея, не понимая, в чём провинилась, сложила руки.
Казалось, если не будет умолять, её и правда убьют.
— ...Простите... простите... Умоляю, простите меня хоть раз...
От её плача и мольбы стражник раздражённо цокнул языком. Пнув валявшуюся миску, он вышел из дома.
Когда стало тихо, из кладовки выползла мать Тереи. Не удостоив дочь взглядом, она обняла потерявшего сознание Хектеона и горько заплакала.
Терея бессмысленно смотрела в тёмный проём двери.
Пришла стража, защищающая Архон, и принялась ей угрожать. Не кредитор, не игрок — стража.
