Слуги в замке в спешке готовили пир в честь возвращения лорда.
Большой зал, закрытый с тех самых пор, как Дриэль и архонский рыцарский корпус ушли на войну, впервые за долгое время распахнул двери.
Слуги убирали большой зал, горничные хлопотали на кухне. Отовсюду доносился весёлый смех.
Архон стоял в стороне от других владений, так что пригласить знатных гостей сразу было невозможно — и Рюн приказала открыть ворота замка и впустить жителей.
И без того в Архоне осело немало людей, которые ни разу не видели своего лорда.
Большой зал, где ещё недавно гуляло лишь эхо шагов, мгновенно наполнился гомоном.
Пир начался, но не было ни тостов, ни приветственных речей. Это не подобало повелителю духов ветра.
Дриэль сидел среди жителей, словно случайно забрёл на праздник, и пил вино.
Кресла лорда и леди пустовали, но никто не задавал вопросов. Люди были просто счастливы, что можно вдоволь наесться мяса и напиться.
— Лорд, а когда вернётся архонский рыцарский корпус?
Один ребёнок забрался Дриэлю на колени. Несколько жителей насторожились, увидев такую вольность.
Дриэль, ничуть не смутившись, обнял малыша. Выглядело это очень тепло.
— Рыцари прибудут завтра или послезавтра.
— Они тоже прилетят на драконе, как вы?
— Нет. Маги обещали открыть портал из северных земель прямо в Архон. На это уйдёт несколько дней, так что самое позднее — послезавтра.
— Ух ты! Маги?
Дети, слышавшие разговор, пришли в восторг. Вокруг Дриэля собралась целая толпа ребятни.
— Маги тоже были на войне?
— А разве магам можно сражаться?
— Дракона, на котором вы прилетели, тоже приручили маги?
Дети засыпали его вопросами, глаза у них горели.
Растерянные родители пытались унять своих чад, но Дриэль улыбнулся и махнул рукой — мол, ничего.
— На войне возникла одна проблема, и решить её можно было только с помощью магов. Из-за этого маги Башни и присоединились к нам. Благодаря их помощи мы и закончили войну. А золотой дракон, на котором я прилетел...
Дриэль небрежно отвёл взгляд в сторону. Привычка, которая выдавала его, когда он лгал.
— ...его действительно приручил маг.
— Ого-о-о!
— Выходит, вы все любите магов?
— Их же всего четверо на свете!
— Если повезёт, увидите одного из них. Один маг на время останется в Архоне.
Возбуждённые дети с криками носились по большому залу.
Зенон, командир стражи, слушавший разговор поодаль, прищурил один глаз. То, что маг остаётся в Архоне, было в высшей степени странно.
Маги не имели права вмешиваться в дела людей и в историю.
Это было неизменное правило, установленное богами в обмен на дарованную магам силу.
Зенон, прислонившись к стене, скрестил руки.
Что же произошло на северном фронте, что маги вмешались?
Все смутно знали, что маги участвовали в войне.
После того как Дриэль отправился на север, поползли упорные слухи, что там появился магический барьер.
Управлять магией могли лишь четверо магов — вероятно, они и возвели барьер. Но зачем — неизвестно.
Зенон и другие жители Архона почти ничего не знали об этой войне.
Известно было лишь то, что ледяные великаны, вырвавшиеся из преисподней, развязали войну. О том, живы ли рыцари архонского корпуса, сколько их погибло, — тоже не знали.
— Леди, похоже, не собирается на пир?
Пока Зенон размышлял, один из стражников прошептал. Зенон поднял голову и уставился на пустующее место за столом.
— Наверное, работает...
— Может, сходим за ней?
— Не надо. Не лезь.
Отговорив товарища, Зенон вышел из большого зала. Кое-где виднелись дураки, которые, вцепившись в ограду, опорожняли желудки.
Зенон с отвращением обошёл их и поискал место, где можно передохнуть. Но сзади послышались шаги.
Обернувшись, он увидел Дриэля, который улыбался и махал рукой. Ошеломлённый Зенон поспешно отдал честь.
— Лорд...
— Я хотел расспросить стражников о состоянии обороны Архона, а мне сказали идти к тебе. Ты ведь командир архонской стражи, должен всё знать. Ты, кажется... Зенон? Верно?
— Для меня честь, что вы запомнили.
— Какая там честь. А, ты, случайно, не домой шёл?
— Нет. Жарко, вышел проветриться...
Не успел он договорить, как подул ветер. Прохладный поток заставил Зенона невольно взглянуть на Дриэля.
Стоило Дриэлю игриво повести пальцами, как поднимался свежий ветер. Он управлял ветром, как собственными руками и ногами, — впечатляющее зрелище.
Мало кто из повелителей духов мог так контролировать силу духа. А уж лорд, поднимающий ветер, чтобы остудить чей-то пот, — и вовсе редкость.
Зенон благодарно склонил голову. Дриэль потрепал его по макушке, как младшего брата.
— Прогуляемся немного вместе? У меня много вопросов.
Они оставили шумный большой зал позади.
Когда они отошли туда, где слышалось лишь стрекотание насекомых, Дриэль заговорил:
— Расскажи, что такое архонская стража. Когда я жил здесь, ничего подобного не было.
— Это отряд, созданный леди, чтобы заполнить брешь, оставшуюся после ухода рыцарского корпуса. Половина стражников — из Архона, половина — пришлые. Сборище разношёрстное... но до сих пор они исправно защищали Архон.
— Пришлые — это кто?
— Леди, желая увеличить число жителей, охотно принимала беглецов, тех, кого изгнали из других владений за неуплату налогов. Но с одним условием...
— Служба в страже.
— Да. Три года и обязательно сражаться в страже. Таково было условие.
Дриэль странно усмехнулся.
— Логичнее было бы предпочесть бродяжничество, чем сражаться с монстрами.
Даже в бою с низшими монстрами люди часто гибли. Даже прославленные наёмные отряды, выступая против высших монстров, готовились потерять половину состава.
Тем более Архон — владение у самой границы, где высшие монстры то и дело собирались в стаи.
Жители Архона и те не выдерживали и бежали. Захочет ли бродяга, каким бы ни было его прошлое, осесть в таком месте?
— Поэтому леди поклялась гарантировать им жизнь.
Дриэль, шедший впереди, остановился. Он обернулся к Зенону с ошеломлённым лицом. Хмель словно ветром сдуло.
— Сражаться с монстрами — и гарантировать жизнь...?
На его недоверчивое лицо Зенон ответил улыбкой.
— Звучит как пустая болтовня, верно? Все так думали. И я тоже. Но леди действительно сдержала это обещание.
Дриэль вспомнил слова Ларес.
Когда чёрный дракон напал на Архон, никто не погиб...
Он думал, что это сказано, чтобы утешить Рюн, потерявшую ребёнка в схватке с драконом.
Как же Рюн, которая даже не умела драться, сумела защитить Архон и стражу?
— Зенон.
— Говорите свободно.
— Мне немного стыдно об этом спрашивать, но я был на северном фронте и не знаю, что происходило в Архоне. Север из-за некоторых обстоятельств был наглухо отрезан магами — ни слухи не просачивались, ни вести не доходили.
Маги и информационная блокада... Это было многозначительно.
Зенон хотел спросить, что же случилось на северном фронте, но не стал тревожить Дриэля из-за собственного любопытства.
И правильно — каждый раз, когда речь заходила о севере, его золотые глаза странно тускнели.
Дриэль уставился на кабинет, расположенный высоко. Все окна были тёмными, лишь кабинет светился. Рюн всё ещё работала.
— Так что теперь я хочу узнать всё, что тогда произошло.
Золотистые глаза обратились к Зенону.
— Расскажи, командир стражи. В тот день, когда стая чёрных драконов напала на Архон, что случилось с Рюн?
Рюн всегда вставала в три часа ночи и засыпала в полночь.
С тех пор как она отстояла Архон и место, куда вернётся Дриэль, от чёрных драконов, этот распорядок не менялся.
Если не изнурять тело, она не могла заснуть, даже лёжа в постели. Вино она не любила, снадобья — тоже.
Чтобы и дальше удержать Архон, приходилось истязать себя работой до изнеможения.
Работать до тошноты было обычным делом. Она не считала это чем-то тяжёлым. Стоило передохнуть хоть мгновение — и тревога начинала грызть душу.
Она уставилась в тёмное окно, потом опустила взгляд на бумаги. Со стороны большого зала доносился приглушённый гомон десятков голосов.
Решение развестись и уехать из Архона оставалось неизменным. Отказ Дриэля удивил, но намерение Рюн было твёрдым.
Отодвинув подписанные бумаги в сторону, она принялась разбирать жалобы со всех концов Архона.
В жалобах было полно всякой всячины.
У кого-то украли наседку. Кто-то требовал наказать мужчину, который обещал жениться на его дочери, а сам взял в жёны другую.
Перелистывая лист за листом, Рюн вдруг выпрямилась.
«Четыре дня назад пропало тело моей матери, которую я похоронил. Не только её — все могилы в округе разрыты, тела исчезли.
Вокруг надгробий всё перекопано, но не понять: то ли зверь, то ли монстр вытащил тела.
Я не уйду далеко в лес. Прошу, позвольте архонской страже вместе со мной найти пропавшие останки. Умоляю правительницу.
Хортос Олим, житель деревни Эмур»
Рюн проверила дату.
Жалоба поступила два дня назад. Деревня Эмур — недалеко от главного замка Архона.
Правда, там ещё не закончили расчистку земель, и нападения монстров случались часто.
Поэтому деревню обнесли внушительным частоколом, и там даже стоял наёмный отряд, постоянно расквартированный в Эмуре.
Она задумалась над словами о том, что исчезли все тела с кладбища. О монстрах, которые питаются исключительно человеческими трупами, она не слышала.
Но было и ещё одно странное обстоятельство.
Зачем выкапывать тела, которые уже давно обратились в скелеты и не годились в пищу?
Размышляя, Рюн нахмурилась. Что-то тут было не так.
В этот момент в дверь постучали. Вздрогнув, Рюн обернулась.
Стук раздался со стороны плотно закрытого окна. За стеклом переливался синий ветер.
По иронии судьбы Рюн знала ровно одного человека, который, игнорируя нормальную дверь, входил через окно.
Помедлив, она открыла окно — и увидела спину, сидящую на подоконнике. От широкой спины слабо тянуло вином.
Дриэль поднял голову и посмотрел на Рюн через плечо. Золотистые глаза затуманились хмелем.
— Что ты здесь делаешь, Рюн Хеллид?
— Это я хочу спросить, Дриэль Штайн. Что ты здесь делаешь, когда есть нормальная дверь.
— В большом зале кое-кого не хватало.
Рюн с самого начала не собиралась идти на пир.
Это был пир для Дриэля.
Пусть и подготовленный в спешке, но она хотела, чтобы он отдохнул и порадовался. А чтобы сохранить весёлую атмосферу, Рюн должна была отсутствовать.
Дриэль, неизвестно почему, вёл себя так, будто хотел возобновить их супружество. Но Рюн этого не хотела. И смелости на это у неё не было.
— Возвращайся. Тебя будут искать.
— Ты злишься, что я влез через окно?
— Ты это делаешь не впервые.
Рюн сказала это как о чём-то привычном, и Дриэль тихо рассмеялся. От его довольного смеха у Рюн без причины защемило в груди.
Она вспомнила время, когда ещё не выбрала Дриэля в мужья. Тогда они ладили, как друзья.
Дриэль, тогда ещё мальчишка, иногда приходил к её комнате и стучал в окно. Сколько ни говори ему входить через дверь — не слушал.
Рюн любила такого Дриэля.
Его безразличный голос, спрашивающий, всё ли в порядке. Его скрытую нежность. Его мягкий ветер. Просто всего Дриэля Штайна...
Рюн невольно усмехнулась, вспомнив прошлое.
Этого Дриэля она сломала. Рюн хотела убежать от него.
— Уходи. Я занята.
— Поговори со мной.
— Нам не о чем говорить.
— Я же говорил днём. Я многое хочу тебе сказать.
— О чём именно? Если о разводе — можно и сейчас. Переписать бумаги несложно.
При слове «развод» Дриэль замолчал.
Рюн попыталась закрыть окно. На его лицо она нарочно не смотрела.
Окно почти закрылось, когда синий ветер ворвался в кабинет и обвил Рюн.
Ветер с силой распахнул окно, и створка с грохотом ударилась о стену. Дриэль, развернувшись, посмотрел Рюн прямо в глаза.
— Повторяю — я не разведусь.
— Через пару дней передумаешь.
— Не передумаю.
Золотистые глаза были непреклонны. Рюн горько усмехнулась.
— Не знаю, почему ты отказываешься от развода, но я...
— Клянусь Мировым Древом и всеми богами, что держат этот мир: я никогда не полюблю такую, как ты.
В памяти всплыла клятва, которую Дриэль произнёс в день их свадьбы.
Сердце похолодело. Рюн медленно отступила от окна, словно убегая.
С лица исчезло всякое выражение, синие глаза стремительно потемнели. Рюн тихо проговорила:
— В деревне Арафи живёт женщина, которую ты любишь.
— Кто...?
На лице Дриэля, который, казалось, не собирался отступать, впервые отразилось замешательство. Ветер, наполнявший кабинет, в одно мгновение рассеялся.
Рюн смотрела на него в упор. Её глаза, похожие на море, были сухи, как пустыня. В этом взгляде будто звенела пустота.
— Женщина, с которой ты хотел сбежать в день нашей свадьбы. После твоего ухода на войну она осела в Архоне вместе с семьёй. Если увидишь её снова — захочешь развестись.
Не успела она договорить, как захлопнула окно.
Пока щёлкнул засов и шорох задёргиваемой шторы не утонул в темноте, Дриэль не двинулся с места.
У него было лицо человека, на которого внезапно вылили ушат холодной воды.
