Когда пир был в самом разгаре, Рюн вышла под предлогом, что хочет подышать воздухом.
Она просидела рядом с Дриэлем, пока не подали все блюда, и, чтобы не портить настроение, хлопала преувеличенным военным байкам рыцарей и фокусам Куки.
Она официально представила Дриэлю управляющих замка и не испортила атмосферу своим бесстрастным лицом. Этого было достаточно.
Она вышла якобы подышать, но возвращаться не собиралась. Рюн была уверена: без неё людям будет легче с Дриэлем.
Коридор, погружённый во тьму, был безмолвен.
Когда-то, беременная, она вязала пинетки для ребёнка. Совсем крошечные — от одного взгляда на них становилось тепло.
Она поклялась растить его с любовью.
Раз меня никто не любил, тебя я сделаю самым любимым существом на свете...
Внезапно тёмная стена напротив осветилась.
Рюн была уверена, что это Ларес обходит коридоры, и подняла голову.
Золотистые глаза мягко светились, как медовый огонь лампы.
Удивлённая Рюн остановилась.
Подошедший Дриэль осветил пространство вокруг неё светом лампы.
— Сказала, что идёшь подышать, а сама что здесь делаешь?
В его голосе не было укора. Рюн, избегая его взгляда, взялась за ручку двери кабинета.
— А ты?
— Твой муж — повелитель духов ветра, а ты пошла подышать без него. Мне было обидно, но я терпеливо ждал. А ты всё не вернулась.
Словно запрещая входить в кабинет, Дриэль придержал дверь ладонью.
Рюн посмотрела на большую руку, мягко нажимавшую на дверь, и отвернулась.
— Возвращайся в зал.
— Один? Пойдём вместе. Все тебя ждут.
— Ждут тебя, не меня.
— Неправда. Все тебя очень любят. И управляющие тоже. Это ты содержала Архон всё это время.
Управляющие замка гордились Рюн. Пусть они и были пьяны и говорили несвязно, их уважение к ней оставалось неизменным.
Но Рюн пропустила его слова мимо ушей. Она была уверена, что лишь испортит настроение всем.
— Скажешь, что устала и ушла, — все поймут.
— Не могу. Я не умею врать. Ты же знаешь.
Дриэль преградил ей путь, словно получил откровение — привести Рюн Хеллид обратно в зал.
— Ты ведь видела. Как рыцари обрадовались, будто дети, когда мы вошли вместе. Все надеются, что наши отношения наладятся, как и сам Архон.
— И что изменится, если наши отношения наладятся?
Её бормотание было пустым. Рюн так и не посмотрела Дриэлю в глаза.
Дриэль замолчал и тихо смотрел на неё.
На войне он говорил братьям и друзьям: даже калекой, но живи.
Жить — важнее всего...
Но тогда кто-то сказал ему:
— Вчера я убил своего брата. Я, я снова убил своего несчастного брата, который уже умер! Кто... кто-нибудь, убейте меня... Как жить... Как вообще жить дальше!
Он не помнил, что ответил тогда рыдающему товарищу. Тот не выдержал борьбы с оживающими мертвецами и повесился.
Мысль о самоубийце обдала холодом.
Дриэль боялся, что Рюн сделает то же самое. Мысль, что причиной её отчаяния является он сам, была невыносима.
Нужно было сказать хоть что-нибудь, разрядить обстановку. Хоть шутом притвориться, лишь бы унять тревогу.
Но Дриэль не мог открыть рот. Видя её потемневшие глаза, он не мог молоть чепуху.
— От того, что наши отношения изменятся, ничего не изменится.
Рюн сдавленным голосом решительно отстранила его. Дриэль безвольно отступил.
Она собиралась войти в кабинет, как вдруг в конце коридора раздались другие шаги.
Ларес нарочно шла громко, давая знать о своём приближении. В одной руке она несла клетку.
Подойдя, она с облегчением вздохнула, словно не знала, что супруги здесь.
— Оба здесь. Как раз вовремя. Командир Зенон из деревни Эмур прислал почтового голубя...
Ларес подняла клетку. На лапке голубя была красная нить.
Лицо Рюн мгновенно застыло. Красный цвет использовали только в чрезвычайных случаях.
— Похоже, в деревне Эмур случилось нечто не менее серьёзное, чем нападение монстров.
Ларес с обеспокоенным видом переводила взгляд с одного на другого.
— Отправляетесь сейчас?
На это Дриэль склонил голову.
— Где находится деревня Эмур?
Желая понять ситуацию, он спросил Ларес.
— Эмур — самая дальняя деревня от главного замка Архона. Основали её недавно. Там все очень заняты расчисткой земель. Монстры появляются часто, поэтому там расквартирован опытный наёмный отряд.
— Зачем Зенон поехал в Эмур?
— Простите, этого и я, старуха, не знаю.
Ларес, подробно всё объясняя, перевела важный ответ на Рюн.
Рюн, стоявшая с серьёзным лицом, наконец подняла голову, почувствовав на себе взгляд. Дриэль смотрел на неё, прося поделиться.
Она собиралась ответить, но прикусила язык.
Дриэль до недавнего времени был на войне. Чтобы наверстать три года отсутствия, ему следовало бы усердно работать лордом, но сейчас ему нужно было отдыхать.
— Тебе не о чем беспокоиться.
Сухо бросив это, Рюн прошла мимо.
— Возвращайся в зал. Все тебя ждут.
Она уже собиралась приказать Ларес готовиться к отъезду, как длинная, крепкая рука преградила путь.
Дриэль не стал хватать её за запястье, не стал злиться. Он просто осторожно вытянул руку, останавливая её.
Рюн хотела сказать «отойди», но, увидев его лицо, замолчала. Он выглядел немного печальным.
— Я знаю, что не заслуживаю доверия. Все повелители духов ветра такие. Мы прирождённые бездельники. Но твой муж, хоть выглядит вот так, — все же герой войны. От меня есть польза.
От слова «герой» лицо Рюн потемнело.
Дриэль убрал руку и повернулся к ней.
— Я знаю, что красный цвет — только для срочных дел. Я лорд Архона и обязан знать всё, что происходит в моём владении.
Обязанность...
Дриэль, который хотел жить свободно, сбросив все обязательства, заговорил о долге.
Рюн была ошеломлена. Она не ожидала, что он такое скажет.
Растерянная, она лишь шевельнула губами. Когда она не нашла слов, Дриэль горько усмехнулся.
— Или ты хочешь сделать меня лордом-пугалом? Мне бы больше пошла роль красивой вывески, чем пугала. Ты же знаешь, я красивый.
Дриэль не отводил от неё взгляда. Он смотрел серьёзно, словно хотел узнать все её мысли и чувства.
— Давай вместе. Вдвоём. М?
— Но ты...
— Смотри, Рюн. Я не тот мальчишка, что ныл, будто ты сломала ему жизнь. Тот Дриэль переродился на войне.
Рюн Хеллид встретилась взглядом с Дриэлем Штайном. Повзрослевшие золотистые глаза глубоко мерцали.
Дриэль, не отказывающийся от долга и готовый нести ответственность за Архон, был прекрасен и совершенен.
Стоит ли этому радоваться? Рюн не знала.
Дриэль был ветром.
Ветром, что может дуть куда угодно. Ветром, что ни за что не держится, чтобы оставаться свободным.
И этот ветер сам сказал, что исполнит долг защитника Архона.
Рюн тихо отчаялась. У каждого своя судьба. Как хищная птица не может жить, клюя плоды, — так и он должен жить только так.
Дриэлю было суждено жить, как ветру, а Рюн это сломала. И он смирился со сломанной судьбой. Не понятно: смеяться или плакать.
Синие глаза недолго смотрели на него и опустились.
От желания убежать она отступила на несколько шагов.
— ...Из Эмура пришла жалоба: с кладбища исчезли тела, просят помочь найти...
Не выдержав этого мгновения, Рюн выложила правду. От слов о пропавших телах лицо Дриэля быстро застыло.
