Контент удален!

1 - 35

Дождь прекратился.

Разодетый в пух и прах Чон Бэ вышел во двор и раскинул руки.

— М-м-м.

Жадно вдохнув свежий воздух, он помахал руками из стороны в сторону, разминаясь. Самочувствие было таким же ясным, как и погода.

Пшик, пшик.

Освежитель дыхания оставил после себя холодок ментола.

Аккуратно уложенные волосы, привезённый из Сеула дорогой костюм и начищенные туфли. При полном параде Чон Бэ направился к святилищу. Сегодня он наконец-то встретится с шаманом. Шаги были лёгкими как никогда.

Походы по шаманам и гадалкам были давним и любимым хобби Чон Бэ.

Те шаманы, у которых действительно был дар и сильная связь с духами, всегда говорили ему одно и то же:

А у тебя аж два духа-хранителя за спиной, надо же.

Казалось бы, слушать одно и то же должно было наскучить, но каждый раз эти слова согревали ему душу.

Твои хранители сами следят и за линией твоей жизни, и за деньгами. И чего ты по таким местам ходишь?

Когда шаманы, благодаря своему дару, заводили речь о его хранителях, Чон Бэ всегда задавал один и тот же вопрос:

Скажите… А как они сейчас выглядят, эти мои хранители?

Они спокойны и умиротворены.

В удачные дни ему даже передавали от них послания.

Говорят, что всегда будут рядом, так что не переживай.

В такие моменты он чувствовал, что готов взлететь от счастья.

Однажды в качестве платы за гадание он выгреб из кошелька всю наличку до последней купюры. Настолько он был благодарен.

Он завидовал их способности видеть то, чего не видел сам, и передавать слова с той стороны.

Иногда он отчаянно мечтал: вот бы и мне увидеть своих хранителей. Убедиться, что они здесь. Но для него это было невозможно.

Поэтому он искал шаманов. Волновался, всё ли в порядке у ангелов-хранителей за его спиной. И надеялся, что им есть что ему сказать.

Мама. И папа.

Чон Бэ знал, что его духи-хранители — это родители.

Все шаманы в точности описывали внешность, до боли напоминающую маму с папой. Поэтому он не мог не верить. Точнее, он был обязан верить. Иначе он бы просто не выжил.

Ба-бах!

Автокатастрофа. Он потерял обоих родителей в один день, в одну секунду. Ученик средней школы Чон Бэ остался в живых только потому, что родители закрыли его своими телами.

С того дня он потерял сон. Не раз ловил себя на мысли, что лучше бы погиб вместе с ними.

Медикаменты не помогали, сеансы у психотерапевта не приносили облегчения.

Пока однажды, придя с дедушкой в буддийский храм, он не услышал от монаха про духов-хранителей.

За тобой приглядывают два духа-хранителя. Разве можно так раскисать, когда они рядом?

Сначала он в эту чушь не поверил. Но когда монах описал их приметы, сомнения исчезли.

У женщины почему-то дыхание слабое.

Мама страдала от астмы.

А мужчина с виду крепкий, но жалуется на колени.

Отец, бывший велогонщик, завершил карьеру из-за травмы колена.

Хранители плачут, глядя, как ты убиваешься.

Прямо там он разрыдался навзрыд.

Глядя в пустоту, он звал маму и папу. Знать, что они не исчезли, а всегда рядом, пусть и невидимые, — стало для него величайшим утешением. Поэтому и в горе, и в радости он искал шаманов.

На гадания он спустил сумму с восемью нулями. Но не жалел ни о единой воне.

Если за деньги можно «увидеться» с родителями и услышать от них весточку — это того стоило.

Добравшись до святилища, Чон Бэ поправил одежду.

Сегодня он надел любимый мамин оранжевый галстук от известного бренда. Хотел показать ей, что у него всё хорошо, что он живёт достойно.

Скрип.

Чон Бэ распахнул ворота святилища и вошёл во двор.

— Вас ожидают.

На этот раз вместо ушата ледяной воды его встретили приветствием.

Чон Бэ уверенно зашагал вперёд.

***

Они вышли из отеля.

Впервые за долгое время небо было безоблачным.

Хёк осторожно взял Бо Дам за руку и спросил:

— Не хочется возвращаться вот так сразу. Есть какие-то пожелания?

Бо Дам опустила взгляд на их сплетённые руки. То ли из-за хорошей погоды, то ли оттого, что он держал её за руку, на душе было светло.

— А что обычно делают на свиданиях?

— Ну, не знаю. Идут поесть, потом в кафе? Или по каким-то достопримечательностям?

— Звучите так, будто сами никогда не встречались.

— Если то, что мы сейчас делаем, — это свидание, то да, у меня такое впервые.

— Врёте.

— Чистая правда.

Услышав его невозмутимый тон, Бо Дам улыбнулась.

— А вы, Соль Бо Дам, видимо, опытная в этих делах?

— Ещё бы.

— Врёте.

— Чистая правда.

Для неё это действительно было впервые, но признаваться в этом почему-то не хотелось. Поэтому она притворилась.

Притворилась, что у неё уже были отношения. Что она уже любила.

Но Хёк на эту уловку не повёлся.

— Ну, я, конечно, немного ревную, но ладно, переживу.

Хёк приподнял их сцепленные руки.

— Победитель всё равно я.

Он ухмыльнулся.

Сложно сказать, говорил ли в нём природный оптимизм или зашкаливающая самоуверенность. В любом случае, уверенности этому парню было не занимать.

Хёк потянул её за руку. Бо Дам, послушно следуя за ним, спросила:

— Вы уже придумали, куда мы пойдём?

— В кафе. Туда сейчас самое то.

Он планировал блеснуть там одним своим талантом.

Сделать ей «лучшее фото в жизни» — идеальный кадр, который ей точно понравится. А если повезёт, то и совместное селфи щёлкнуть.

***

Бо Дам впервые оказалась в таком огромном кафе.

Она крутила головой по сторонам, словно турист, впервые выбравшийся в город.

Прямо в помещении росли пальмы, а на огромной стене во всю высоту транслировалось видео с изумрудным океаном. Звук плещущихся волн совершенно не походил на шум прибоя на её родном острове.

На Ёнвандо волны были дикими и суровыми, а здесь, на экране, океан ласково и красиво набегал на берег.

Море морю рознь, но она с рождения видела только одно.

Бо Дам всегда планировала расширить свой бизнес и на материк. Поэтому она никогда не считала себя «лягушкой в колодце», не видящей дальше собственного носа. Но сейчас поняла, что была именно ею.

Впервые ночевала в хорошем отеле, впервые заворожённо смотрела на ночной город. Впервые провела ночь с мужчиной, впервые пошла на такое свидание. Всё это было для неё в новинку.

Щёлк.

Услышав звук, Бо Дам повернула голову.

Хёк, опустив поднос на столик, протянул ей телефон с фотографией.

— Невозможно было не сфотографировать такую красоту.

— Вы просто мастер делать комплименты.

В ответ на её упрёк Хёк, словно доказывая свою невиновность, сунул телефон ей под нос.

— Сами посмотрите. Разве я вру?

Бо Дам для вида мельком взглянула на экран.

— …Вау. И правда красиво.

— Я же говорил.

Бо Дам неотрывно смотрела на себя на фото.

Девушка на снимке казалась симпатичнее той, которую она каждый день видела в зеркале.

Видеть себя на фоне сочной тропической зелени было непривычно, но результат ей определённо понравился.

Хёк, любуясь своим шедевром, философски изрёк:

— А вам, Соль Бо Дам, зелёный к лицу больше, чем синий. Ваш персональный цвет — не море, а лес.

От такой абсурдной шутки Бо Дам тихо рассмеялась.

Если задуматься, в её жизни почти не было поводов для смеха. Не было возможностей радоваться, да она и не пыталась их искать. Хуже того — она даже не осознавала, что живёт без улыбки.

Док Го Хёк стал первым, ради кого она сделала шаг навстречу чему-то новому. И дело не в свидании или ночи в отеле. Впервые она выбрала себя, отодвинув на задний план мысли о матери и своём положении.

Хёк подвинул к ней чашку.

— Говорят, это их фирменный напиток. Попробуйте. Если не понравится, я отдам вам свой.

Внизу был крепкий кофе, а сверху — шапка сладких взбитых сливок. Бо Дам сделала глоток и тут же отодвинула чашку.

— Горько.

Хёк рассмеялся. Теперь всё, что она делала, казалось ему очаровательным.

— Тогда пейте это. Должно понравиться.

Это был клубничный шейк.

Хёк заказал его про запас, догадываясь, что кофе может ей не понравиться.

Бо Дам припала к трубочке и стала пить сладкий шейк. А Хёк забрал её надпитый кофе. Наблюдая за ним, Бо Дам задумчиво произнесла:

— Знаете, а я и правда была той самой лягушкой в колодце.

Ей казалось, что она знает о жизни всё, что нужно. Но, оказывается, она столького не видела. И столького ещё не пробовала.

— Я думала, что мой мир — это всё, что существует. Даже не пыталась заглянуть дальше.

— Большинство людей так и живёт, думая, что их мир — это всё.

Когда Хёк только начинал работать помощником режиссёра, старший коллега сказал ему одну вещь:

Не думай, что точка, где ты стоишь — это максимальный угол обзора.

Чем дальше ты отходишь с камерой, тем больше помещается в кадр.

Тебе кажется, что дерево — это всё, но за ним есть лес. Отойдёшь дальше — увидишь пейзаж, а если отдалишься ещё больше, откроется целый мир, о котором ты и не подозревал.

Но в этом таилась ловушка.

Пытаясь охватить всё больше и больше, ты в итоге перестаёшь радоваться тому, что видишь, какими бы прекрасными ни были виды.

Поэтому Хёк спросил:

— А обязательно смотреть дальше, чтобы жить хорошо?

— Не знаю.

— Если человек счастлив в своём маленьком мире, то, по-моему, это и есть истина.

Его слова звучали убедительно.

— И вообще, вы просто не в курсе, но вы, Бо Дам, та ещё экстремалка. Какая из вас лягушка в колодце?

— Я?

— Конечно. Мы ещё даже встречаться не начали, а уже целовались и спали вместе.

В его глазах плясали лукавые искорки.

Но Бо Дам не смутилась, а ответила совершенно спокойно:

— Ну, раз мы разобрались с чувствами, почему бы и нет. Мы же не дети малые.

— И впрямь экстремалка.

Бо Дам усмехнулась. По правде говоря, ей было дико неловко, но она не хотела этого показывать.

Как ни крути, она провела с ним ночь по собственному желанию. Отрицать это глупо. Оставалось только принять ситуацию с максимальным изяществом.

— Я сяду рядом?

Он не ждал ответа.

Хёк встал и пересел на диванчик рядом с Бо Дам.

— Зачем вы сюда сели?

— Сделаем фото на память.

— На память о чём?

— О первом дне наших отношений.

Почему-то фраза «день отношений» смутила её куда больше, чем слово «экстремалка».

Хёк поднял телефон.

— Смотрите сюда.

Бо Дам уставилась в объектив. Собственное лицо на экране казалось ей чужим.

Если вспомнить, она никогда толком не делала селфи. В её галерее хранились разве что расписания приливов и отливов да прайс-листы на сушёные морепродукты.

Хёк посмотрел на её напряжённое лицо на экране.

— Непривычно?

— Немного.

— Тогда смотрите на меня.

Бо Дам послушно перевела взгляд на его отражение в экране.

Его чёткие, правильные черты лица отлично смотрелись в кадре.

— А вы симпатичный.

— Я вообще-то хорош собой, разве нет?

— Вас в Сеуле скромности не учили?

Ха-ха. Хёк искренне рассмеялся.

— В наше время излишняя скромность никому не нужна. Нужно уметь себя подать. Иначе как бы я такую девушку на свидание вытащил?

Не дав ей возразить, Хёк обнял её за плечи. И мягко потянул к себе. Бо Дам подалась навстречу.

Глядя на неё через экран, Хёк скомандовал:

— А теперь улыбнитесь. Скажите «сы-ы-ыр».

Но Бо Дам не из тех, кто улыбается по команде.

А Док Го Хёк не из тех, кто отступает.

Его пальцы, лежавшие на её плече, пришли в движение.

Щекоть, щекоть.

Было щекотно. И плечу, и сердцу.

Бо Дам не выдержала и прыснула со смеху. И в этот самый момент…

Щёлк.

Сработал затвор камеры.

Счастливое мгновение стало историей.

Фотография тут же улетела в мессенджер Бо Дам.

Это был первый настоящий портрет в её телефоне.

Глядя на фото, Бо Дам мягко улыбнулась.

Ей было радостно и тепло.

Впервые с тех пор, как ушёл отец, она испытывала такие чистые, ничем не омрачённые чувства.

Пролог 24.08.26
1 - 2 24.08.26
1 - 3 24.08.26
1 - 4 31.08.26
1 - 5 31.08.26
1 - 6 31.08.26
1 - 7 16.09.26
1 - 8 16.09.26
1 - 9 16.09.26
1 - 10 16.09.26
1 - 11 16.09.26
1 - 12 16.09.26
1 - 13 27.09.26
1 - 14 27.09.26
1 - 15 27.09.26
1 - 16 28.09.26
1 - 17 28.09.26
1 - 18 28.09.26
1 - 19 19.10.26
1 - 20 19.10.26
1 - 21 19.10.26
1 - 22 19.10.26
1 - 23 19.10.26
1 - 24 19.10.26
1 - 25 24.10.26
1 - 26 24.10.26
1 - 27 24.10.26
1 - 28 28.10.26
1 - 29 28.10.26
1 - 30 28.10.26
1 - 31 новое 21.11.26
1 - 32 новое 21.11.26
1 - 33 новое 21.11.26
1 - 34 новое 21.11.26
1 - 35 новое 21.11.26
1 - 36 новое 21.11.26
1 - 37 новое 21.11.26
1 - 38 новое 21.11.26
1 - 39 новое 21.11.26
1 - 40 новое 21.11.26