Суть всех статей сводилась к одному: нынешний тендер на рекламу оценивался как показательное выступление «TK» в ответ на обвинения в кумовстве и передаче заказов компании, принадлежащей родственникам председателя по материнской линии. За решением о проведении открытого тендера, по словам журналистов, стоял управляющий Штаб-квартиры стратегического планирования и инноваций Тэ Джун Соп, публично заявивший об искоренении старых корпоративных привычек и курсе на обновление и прозрачность.
Некоторые крупные рекламные агентства, даже зная о тендере, отказались от участия. Во-первых, из-за негласного правила рекламного рынка не брать заказы от конкурентов своих действующих клиентов. Во-вторых, из-за уверенности в том, что «открытый тендер» — лишь пыль в глаза, чтобы отвести обвинения в кумовстве, и шансы сторонних компаний получить контракт от корпорации-гиганта ничтожно малы. В этом контексте попадание «CS Ad» в список финалистов выглядело, с одной стороны, ожидаемым, а с другой — как намерение «TK» провести честную игру и окончательно поставить точку в «медовом месяце» с родственниками.
«Поставить точку в медовом месяце с "CS"...»
Тэ Джун Соп откинул голову далеко назад. Медовый месяц — время, когда всё течет сладким нектаром. Медовый месяц с «CS» должен был закончиться в тот самый день, когда Тэ Со Хи вскрыла себе вены. Как бы Тэ Ли Соп ни изворачивался, после таких публикаций во всех СМИ корпорация «TK» не сможет позволить себе выбрать «CS Ad».
На обед Джун Соп заказал обычный корейский комплексный обед пэкпан и ел, неторопливо и тщательно пережевывая пищу. Тендер должен был пройти в зале отеля через дорогу. Сидевший с ним за столом помощник заместителя министра торговли, промышленности и энергетики рассыпался в похвалах реформаторским намерениям «TK».
— Говорят, в этом открытом тендере «TK» шанс был предоставлен даже малым рекламным агентствам?
— Да, всё верно. Из агентств, подавших заявки на первый этап, десять были с численностью сотрудников менее пяти человек. Двое из них прошли в финал, и еще двое финалистов — это тоже рекламные агентства среднего и малого звена.
Лицо чиновника расплылось в широкой улыбке от слов о том, что большинство финалистов — малые и венчурные предприятия. Тэ Ли Соп, оставив в финале против «CS Ad» заведомо слабых конкурентов, сам себя перехитрил.
— Подобные инициативы, несомненно, окажут благотворное влияние на всю корпоративную экосистему страны. Благодарю вас за столь смелое решение.
— Вы мне льстите.
Помощник заместителя министра не скрывал своего удовлетворения, добавив, что открытый тендер «TK» как нельзя лучше перекликается с курсом правительства на инновации.
— Мы всегда готовы помочь всем, чем можем. Для нас большая честь внести свой вклад в правительственную программу инноваций.
Слова помощника, имеющего прямую связь с секретариатом президента, были по сути словами самого Голубого дома. Это означало, что в правительстве приветствуют решение «TK» — корпорации, которая раньше отдавала все заказы «CS» — передать крупные рекламные бюджеты небольшим компаниям. Таким образом, расчет Ли Сопа отдать заказ «CS» даже на конкурентном тендере должен был с треском провалиться. Исполнительный директор Ким Се Хан, присутствовавший на обеде, побледнел так, что на него было жалко смотреть.
— Вы как-то побледнели, исполнительный директор. Вам нездоровится? — спросил Джун Соп, в упор глядя на Кима.
Ким Се Хан извинился и сказал, что ему нужно в туалет. Посмотрев ему вслед, Джун Соп заметил, что тот уже на ходу набирает номер на телефоне. Наверное, сильно приспичило. Доложить о том, какая буря поднимется, если на тендере выберут «CS Ad», — та еще задачка. Интересно, как громко будет орать Тэ Ли Соп на том конце провода?
— Вам понравилось угощение? — вежливо поинтересовался Джун Соп.
— Да, кормят здесь очень вкусно и аккуратно.
— Рад это слышать.
Пока Тэ Ли Соп давился от злости, тщательно прожеванный комплексный обед с пулькоги за 23 тысячи вон показался Джун Сопу сладким как мёд.
***
Влияние интернет-порталов оказалось, как и ожидалось, огромным. Увидев толпу репортеров, выстроившихся перед отелем, где должна была проходить презентация, Джун Соп поморщился.
— Разворачивай.
— Понял.
У Сик быстро развернул машину. Сделав круг, он направился к въезду на подземную парковку со стороны черного входа и как бы невзначай спросил:
— Почему вы так этого не любите?
— Чего именно?
— Внимания прессы. Из-за того, что вы так его избегаете, они берут откуда-то старые статьи или фотографии и… — У Сик осекся.
Джун Соп прекрасно понимал, о чем он. Статьи и фотографии, которые тонко принижали и очерняли его имидж.
— На той фотографии, господин директор… то есть, господин директор Штаб-квартиры, вы вообще на себя не похожи, — с досадой добавил У Сик, слегка повысив голос.
— И зачем мне хорошие фотографии? Я что, актер?
— А… Нет, конечно, но… вы ведь могли бы стать актером с такой внешностью.
Джун Соп прыснул от смеха.
— У Сик-а. Ты стал слишком разговорчив. Но знаешь что?
— Что?
— Больше всего в тебе мне нравилось то, что ты не умел трепать языком.
— А, п-простите.
Припарковавшись, У Сик виновато склонил голову.
— Твоя косноязычность — это твое обаяние. Не пытайся льстить.
Джун Соп открыл дверцу. У Сик поспешно выскочил из-за руля и подбежал к задней двери. Когда Джун Соп вышел, У Сик закрыл за ним дверь, но продолжал нерешительно топтаться на месте, словно хотел сказать что-то еще.
— Что?
— Господин директор.
— Да.
— Это не лесть. Если эти стервятники снаружи вас сфотографируют — пусть даже ногами, — это всё равно будет лучше той фотографии. А если постараются, то выйдете лучше любого актера.
В голосе У Сика слышалась неподдельная обида за начальника. Джун Соп похлопал его по плечу и направился к лифту.
Перед тем как спуститься в зал, где проходил тендер, Джун Соп зашел в люкс на 20-м этаже. Он распорядился принести туда документы, поданные финалистами на первом этапе. Директор Пак, явно обескураженный тем, что Джун Соп, до сих пор не вмешивавшийся в процесс, вдруг проявил интерес, стоял у стола, вытянувшись по струнке.
Джун Соп быстро пролистал презентации агентств, лежавшие рядом с оценочными листами. От каждой компании требовалось не больше десяти страниц. Описания компаний и примеры прошлых работ он проигнорировал. Просмотрев полсотни листов, он вернулся к презентации «CS Ad» в твердом переплете. Еще раз прочитав главный слоган, Джун Соп поднял голову.
— Директор Пак.
— Да.
— Эта презентация «CS»… Она лучше, чем то, что они предлагали в прошлый раз?
— Ну, она значительно отличается… — шея директора Пака побагровела, и он потупил взгляд.
Джун Соп усмехнулся. Какая нелепость.
— Тексты, которые тогда принесла та сотрудница «CS»… Они были в разы лучше. А сейчас они притащили нечто совершенно невразумительное.
Джун Соп постучал пальцем по распечатке и спросил:
— У «CS» не сменился аккаунт-менеджер? Кажется, я ясно дал понять, что он бездарь. И что я не желаю его видеть.
— Эм, ну, дело в том…
Оставив Пака заикаться в поисках ответа, Джун Соп встал. Презентации вот-вот должны были начаться. «CS Ad» выступали первыми.
Она сидела на полу, похожая на переполненный кувшин с водой — добавь хоть каплю, и вода польется через край. Подушечки ее пальцев, собиравших рассыпанные листы, покраснели. По тому, как она лишь кусала губы, он понял — она держится из последних сил.
Он собрал для нее документы и подал выроненную красную ручку. Каждый раз, когда девушка напрягала руку, чтобы забрать у него ручку, каждый раз, когда это усилие отдавалось в его ладони, у Джун Сопа по затылку пробегали мурашки. Ему нестерпимо хотелось схватить не ручку, а её тонкое запястье, выглядывающее из-под рукава блузки. В ответ на его насмешку о ее боевом духе девушка посмотрела ему прямо в глаза и спросила:
«Как вас зовут?»
Эта внезапная прямолинейность ударила его под дых, оставив тянущее чувство. На него смотрели большие карие глаза со слабым красноватым отблеском. Покрасневшие веки, взгляд человека, который расплачется, если ему сейчас отказать — она неотрывно смотрела только на его губы.
«Увижу ли я снова эти глаза?»
Спросить бы у нее: куда ты выбросила те тексты с историей бренда, раз они притащили сюда этот мусор?
Его шаги в сторону зала стали быстрее.
Ни один из репортеров не мог и подумать, что мужчина, идущий в зал презентаций лишь с одним сопровождающим, — это Тэ Джун Соп. Директор Пак, запыхавшись, едва поспевал за ним. И только увидев, как охранники почтительно распахнули двери перед мужчиной без проверки документов, журналисты спохватились и защелкали затворами камер, но успели заснять лишь половину его спины. Двери снова плотно закрылись.
Пересекая зал, Джун Соп быстро окинул взглядом присутствующих. Нет. Не нужно было даже вглядываться, чтобы понять — здесь нет ни этих плеч, ни этих волос, ни этой шеи. В отличие от прошлой встречи, на этот раз пришла целая креативная команда, но Ён У Гён среди них не было.
Может, просто вышла ненадолго?
Рассеянно отвечая на приветствия и не обращая внимания на гул голосов, Джун Соп не сводил глаз с двери. Тендер начался, пошли скучные и бессмысленные выступления. Сидя в полумраке зала, освещаемом то синим, то красным, то белым светом экрана, Джун Соп продолжал ждать. Ждал, когда в дверном проеме мелькнет полоска света, когда дверь откроется и появится ее силуэт — с тонкими лодыжками, стройными икрами и изящной талией.
— Может быть… у вас есть какие-то особые указания? — тихо спросил директор Пак, наклонившись к нему, словно уловив его взгляд.
Джун Соп еще раз посмотрел на чернеющий зев входа и покачал головой.
***
— Доброе утро! Какая сегодня классная погодка. Может, пообедаем где-нибудь на открытой террасе?
Со Ун бросила свою объёмную сумку на стол и поздоровалась.
У Гён познакомилась с ней еще на первом курсе, когда подрабатывала в пиар-агентстве.
Когда У Гён перешла в «CS Ad», Со Ун основала собственное небольшое пиар-агентство «Able». Начинали они втроем, а теперь штат вырос до шести человек. Работы и сотрудников стало больше, но для небольших пиар-агентств, чьи доходы сильно зависели от экономической ситуации, получить желаемые расценки было сложно. Конкуренция была жесткой, агентства демпинговали, и финансовое положение «Able» оставляло желать лучшего. У Гён договорилась, что будет получать процент от принесенных ею заказов, но ожидаемый доход в этом месяце сильно недотягивал до ее зарплаты в «CS Ad».
— Нашла! Акция на бранч! Скидка сорок процентов для компаний от трех человек по карте сотового оператора. Ого! Первым десяти столикам десерт бесплатно. Так, минуточку, минуточку!
Послышался торопливый стук по клавиатуре, и Со Ун победно вскинула кулак: «Йес!».
— Что, директор, получилось? — Хён А салютовала ей кофейным стаканчиком.
— Хён А, я сама себя уважаю. Мы вошли в первую десятку, народ! Целые крепы с мороженым! Блин, хотя, чтобы выглядеть солидным директором, надо было бы молча всё оплатить и не рассказывать про бесплатный десерт, да? Как-то несолидно вышло.
Со Ун смущенно рассмеялась и обратилась к У Гён:
— У Гён, чувствуешь? По-моему, это знак! Вот пообедаем, и бац — свалится нам заказ на пиар от какой-нибудь крупной корпорации.
— Конечно! Обязательно свалится! — с силой в голосе ответила У Гён и показала жест «файтинг».
Со Ун от природы была жизнерадостной и энергичной, но в последнее время, видя, как У Гён впадает в уныние, старалась веселиться за двоих. Для У Гён Со Ун была как старшая сестра — человек, которому можно было рассказать всё и при ком можно было расслабиться.
— Значит, после этого счастливого бранча, «TK» бац — и завалит нас работой? Как же приятно об этом думать. «TK». Если они подкинут нам хоть крошечный кусочек, наш рейтинг в отрасли взлетит до небес, заказы повалятся рекой, и мы наконец расплатимся с кредитом. И моя зарплата взлетит, и я съеду от родителей!
— Какое еще «TK»? — шикнула Со Ун на Хён А, осторожно покосившись на У Гён.
