Онлайн чтение книги Танец цветов и песнь ветра The Flower Dances and Wind Sings
Глава 17

Войдя в книжный магазин, Эрселла почувствовала привычный запах бумаги. Она часто использовала домашнюю библиотеку, однако этот аромат несколько отличался.

– Если есть какая-нибудь книга, которую ты хочешь прочесть, то я куплю её. Выбирай столько, сколько пожелаешь.

«Книги, связанные с учёбой, тоже подойдут».

Винсент кивнул и направился в противоположную сторону. Эрселла тоже начала медленно осматриваться. Знакомое название промелькнуло перед её глазами.

[Образование королевства Людельсия, мифы для детей.]

Это была книга сказок, описывающая то, как Людельсия стала святым королевством. Краткое содержание гласило:

[Давным-давно существовала богиня по имени Людельсия, которая очень любила людей. Из-за своей безграничной любви она основала для них страну. Народ решил служить женщине, как своему правителю, и прозвал эти края в честь неё, «Людельсия».

Однако, она была божеством, что не могло долго находиться на землях простых смертных. Перед тем как покинуть страну, Людельсия подарила Камень Желаний, наполненный духовной силой.

В дальнейшем, когда богиня покинула эти края, её потомки унаследовали трон и правили Людельсией. Камень Желаний, известный как «Престол Богини», защищал созданную страну.]

«Так как книга предназначалась для детей, в ней должны присутствовать элементы фантастики».

Эрселла достала и раскрыла книгу. Герцогиня вспомнила неподдельный интерес, с которым раньше читала её.

– Похоже, Вы знаете, как читать на новом людельском языке, – раздался мягкий и глубокий голос.

Подняв глаза, она увидела улыбающегося мужчину с таким же безмятежным, как и его голос, лицом.

– Всего нескольким людям известен новый язык, Вы поразительны.

Внешне он выглядел между двадцатью пятью и тридцатью годами. Глаза мужчины были слегка изогнуты. Незнакомец обладал непринуждённой мимикой. Эрселла улыбнулась кончиками губ, не заметив плохих намерений за его поведением.

– Всё потому что моя мать была родом из Людельсии.

В настоящее время Людельсия использует официальный язык континента Гелиос, так что очень редко кто-либо учил новый язык. Большинство королевских особ Людельсии, равно как и священники, имели широкие познания о нём, но в Грании не было такой необходимости. Всё же, ситуация Эрселлы была несколько особенной.

Её мать – восьмая принцесса Священного Королевства Людельсия и сводная сестра действующего короля. Герцогиня знала его благодаря матери.

– Ах, вот оно как, – мужчина неспешно кивнул головой.

Это элегантное движение создавало иллюзию замедления времени.

– Похоже, Вы довольно заинтересованы в теологии.

– Слегка, – Эрселла не питала интереса к подобным учениям, однако не сочла нужным сообщать правду и просто согласилась с ним.

«Отвергнув его догадки, я должна объяснить, почему держала книгу, иначе рискую оказаться в неловком положении».

– Вы, случайно, не посещаете Академию Теологии Лаферн?

Академия Теологии Лаферн расположена на северо-восточной окраине Грании. Когда-то идуриты напали на Людельсию и разразилась война. Святое королевство поблагодарило Гранию за поддержку и победу над вражескими войсками, взамен подарив небольшое поместье на окраине территории.

В честь ознаменования данного события Грания основала Академию Теологии Лаферн, преподающую людельскую религию. Это учебное заведение было открыто для студентов самых разных возрастов.

– Нет, это не так. Я выучила его, поскольку немного интересовалась им.

– То есть, Вам нравится неологизм? Это удивительно! Юная Леди, кажется, крайне увлечена своими исследованиями.

Эрселла неожиданно замерла, услышав титул, которым к ней давно не обращались. Звание «Леди» использовалось в качестве обращения к незамужней даме. Теперь же ей тридцать два года и подобное обращение было уже давно неуместно.

«Неужто он предположил, что я женщина, никогда не выходившая замуж?»

– Ах, так Вы замужем? Я совершил ошибку.

– Нет, всё в порядке. Не берите в голову… Сэр? – Эрселла обдумывала, как обратиться к нему, потому решила использовать общераспространённый титул.

Малосущественно, даже если он не посвящён в рыцари, поскольку данное звание могло использоваться по отношению к любому дворянину.

Мужчина принял этот титул без каких-либо возражений. Незнакомец продолжал смотреть на Герцогиню с улыбкой. Она была красивее всех дам, которых ему доводилось встретить.

– Дело отнюдь не в том, что я посчитал Мадам незамужней женщиной, – слова мужчины звучали как отговорка, однако его расслабленная манера речи не выставляла их за оправдание.

– Правда?

– Да, и, по существу, я не смотрю свысока на одиноких девушек, перешедших за рамки брачного возраста. В этом нет ничего плохого.

После слов мужчины разум Эрселлы опустел, словно её кто-то ударил по голове. Герцогиня удивлённо взглянула на мужчину, пока тот продолжал говорить:

– Нет закона, гласящего, что все люди должны иметь семью. Желание прожить беззаботной жизнью вполне естественно.  

– …

– Вот почему я не оказался бы изумлён, узнав, что Вы одиноки. Я подошёл к Мадам, поскольку Вы выглядели столь впечатляюще, читая на людельском языке, невзирая на то, что Вы женщина. Эм, полагаю, что учитывать пол – это предрассудки. Поправлю свои слова. Прошу прощения, если я задел Ваши чувства.

– …Нет, всё хорошо, – немного помедлив, ответила Эрселла.

Фактически слова незнакомца не могли в полной мере расцениваться как предубеждение, ведь мужчины занимались науками чаще женщин. Он, скорее, относился к непредвзятой стороне.

Герцогиня задумалась над недовольством, которое испытала, предполагая, что мужчина видел в ней старую деву.

«Не знала, что я настолько ограничена».

Щеки Эрселлы полыхали алым. Внезапно женщине стало стыдно за себя.

– Сэр довольно просвещённый человек.

– Так оно и есть на самом деле, – незамедлительно подтвердил собеседник.

По какой-то причине Герцогиня не испытывала к нему неприязни. В высшем обществе она инстинктивно держала дистанцию от улыбчивых людей. Однако улыбка этого мужчины была столь естественна, что это не доставляло дискомфорта.

– Похоже, я вынужден покинуть Вас. Проведённое время было коротким, но приятным. Благодарю, Мадам.

– Взаимно.

Это было простой формальной беседой, однако Герцогиня чувствовала себя налегке. Мужчина нисколько не грубил, даже затрагивая деликатные темы.

«Мне понравилась тонкая линия, которую он нарисовал».

Незнакомец остановился, направляясь в сторону дверей, и обернулся к Эрселле, словно забыл что-то.

– Если это не бестактно с моей стороны, позволите узнать Ваше имя?

«Очевидно, он будет смущён, если произнести фамилию Бернхардт», – Герцогиня раздумывала, как много информации стоит раскрыть.

Слегка колеблясь, она решила назвать только своё имя:

– Эрселла.

– Это имя очень подходит Вам, Мадам.

Он также являлся человеком, знавшим во всём меру. Было бы утомительно вновь услышать скучный и банальный комплимент, вроде: «оно столь же красиво, как и ваше лицо».

– И как же зовут Вас, Сэр?

Небрежно спросила Эрселла, на что мужчина ответил с улыбкой:

– Джуан, – он повторил: – Меня зовут Джуан, Мадам.

Его глаза были красиво изогнуты.

Произнеся это, Джуан развернулся и вышел на улицу.

Герцогиня осознала, что мужчина упомянул только своё имя, опустив фамилию.

«Джуан не дворянин? Однако если присмотреться к одежде, что он носил, та была настолько роскошной и дорогой, что даже немногие аристократы могли себе её позволить», – Эрселла без тени сомнения приняла его за дворянина, учитывая его изысканный тон и манеры.

«Должно быть, он сын богатого Графа».

Мужчина мог быть родом из купеческой семьи, но даже так, что-то здесь было нечисто. У богатого графа обязательно имелась бы фамилия.

«Или, возможно, эту фамилию нельзя раскрыть».

Окажись это правдой, было возможно лишь два исхода. Эта семья либо вовлечена в подозрительный бизнес, либо обладает слишком высоким статусом, чтобы разгласить его. Если последний вариант верен, то мужчина не смог бы остаться незамеченным в высшем обществе. Будь в высокопоставленной семье такой человек, это стало бы горячей темой для обсуждения среди юных дворянок.

«Джуан».

Эрселла впервые слышала такое имя.