Нао идёт рядом. Так начинается наш первый, особенный выходной.
Нао загрустила после ухода Хиронаки, но, кажется, приободрилась, когда мы решили пойти в кино. Её волосы, собранные в «мальвинку», весело покачиваются на тонкой спине.
Подстраиваясь под шаг Нао, я перехожу главную улицу перед Центральным почтамтом Сидзуоки. Над невысокими зданиями раскинулось ясное, безоблачное небо.
Субботним утром улицы оживлены. Студенты, семьи с детьми, пожилые пары — бесчисленное множество людей наслаждается выходными. Светлая фоновая музыка, доносящаяся из какого-то магазина, добавляет красок в эту мирную повседневность.
Я щурюсь. Мне почему-то до сих пор удивительно, что мы с Нао так легко сливаемся с этим безмятежным пейзажем.
Пять дней назад я вместо Шуи сыграл с Хаясэ один на один. Думал, что, выполнив долг реплики, вскоре исчезну, но я по-прежнему остаюсь в этом мире.
Позже в групповом чате баскетбольного клуба написали: то ли из-за того матча, то ли ещё почему, но Хаясэ, похоже, перестал ходить в школу.
На самом деле я о многом умолчал, когда говорил с Нао. Многие слухи о Шуе и Хаясэ расходились с правдой. Шуя никогда не заявлял этого прямо, но он, скорее всего, не питал к Хаясэ искренней ненависти. Оттого ему и было так больно — настолько, что на свет появилась реплика.
Но я намеренно скрыл это и многого не договорил. Просто выбрал Хаясэ целью для мести и сразился с ним. Потому что считал: ради Шуи я обязан поступить именно так.
А потом узнал, что Хаясэ, как и Шуя, перестал ходить в школу... и усомнился, правильный ли выбор тогда сделал.
— Что-то случилось?
Мы остановились на светофоре на улице Кеяки, и Нао обеспокоенно заглянула мне в глаза. Наверное, у меня было такое напряжённое лицо, что никак не скажешь, будто я на свидании.
Я заставил себя расслабить скулы и покачал головой.
— Да нет. Ничего.
Я отражаюсь в самом центре её больших голубоватых глаз. Я, терзаемый сомнениями, но при этом способный мягко улыбаться.
Я и впредь буду вспоминать Хаясэ. Всякий раз, когда поморщусь от ноющей боли в правой ноге, всякий раз, когда услышу стук баскетбольного мяча — я не смогу не вспоминать. Возможно, когда-нибудь я даже пожалею о содеянном.
Все потому, что я живу. Пока ты живёшь, мысли не остановить. Всё меняется не просто каждый день — каждую минуту и секунду. От перемен не сбежать.
— Просто подумал, что впервые иду в кино, — пробормотал я, и лицо Нао тут же просияло.
— Я тоже. Впервые иду в кино.
Нао крепче сжала мои пальцы. Ощущение её маленькой мягкой ладони вытащило меня обратно в реальность. Взгляд снова сфокусировался на том, что происходит здесь и сейчас.
Перемены пугают. Но должно быть и иначе. Если череда решений сложится в единый путь, жизнь, которую я прошёл, перестанет казаться одолженной.
Впереди показался крупный торговый центр «Син-Сидзуока Сенова». На его девятом этаже работал многозальный кинотеатр.
Не нужно даже рыться в памяти. Я впервые пришёл в кинотеатр на собственных ногах.
Шуя редко бывает в подобных местах. В последний раз он заглядывал сюда ещё в средней школе: друзья позвали на полнометражку по аниме, которое ему тогда нравилось.
Эскалатор доставил нас на девятый этаж. Нао с любопытством разглядывала стенды с флаерами и постеры. У картонной фигуры какая-то семья позировала для фото. В просторном фойе, как и положено в выходной, толпился народ.
Первым делом мы изучили расписание. Переводя взгляд со списка сеансов на постеры, я в уме сопоставлял названия с жанрами. Мелодрама, фантастический боевик, хоррор, документалка, аниме... Как и ожидалось от крупнейшего кинотеатра Сидзуоки, выбор впечатлял.
— Ну что, на какой фильм пойдём? — спросил я Нао и почувствовал, как на губах расплывается улыбка. Я так давно хотел задать ей этот вопрос. Ещё с того самого дня.
— Эм, ну... — протянула Нао, растерянно озираясь. — О! Вот эту мелодраму Рит-чан советовала.
Нао радостно ткнула пальцем в постер, с которого смотрели молодые восходящие актёры.
Судя по названию и атмосфере — типичная молодёжная романтика. До боли знакомый слоган «Не пропустите чудо последних трёх минут» кричал о твёрдом намерении создателей выжать слезу из каждого зрителя.
— Договорились. Давай возьмём билеты.
Сеанс начинался через двадцать минут и шёл полтора часа. «После просмотра спустимся на фуд-корт и устроим поздний обед, как раз вовремя», — набросал я в уме план.
— Аки-кун, а тебе что-то ещё приглянулось?
— Да нет. Думаю, любой фильм будет интересным.
— Ясно, — Нао приняла мои слова за чистую монету и радостно улыбнулась. Я благоразумно опустил приторно-сладкое «Если с тобой...», но она, кажется, ничего не заметила.
Мы подошли к автомату по продаже билетов и стали следовать подсказкам на экране. Фильм оказался популярным: почти половина мест уже была выкуплена.
— Где сядем?
— М-м, я бы хотела сесть где-нибудь поближе к задним рядам.
На этапе оплаты Нао достала кошелёк и вдруг ахнула.
— Ой. Надо было ученический взять.
— И то верно.
Похоже, строчка «Взрослый билет — 1900 иен» повергла её в шок. По нашим меркам сумма и впрямь солидная.
— Но Сунао сегодня тоже ушла гулять, так что вряд ли бы вышло.
Поникшая Нао выглядела такой милой. Поскольку она жила только на карманные деньги, то привыкла экономить.
Я забрал распечатанные билеты. Десятый зал.
Отойдя от автоматов, я глянул в сторону буфета — там собралась небольшая очередь. Времени до сеанса оставалось предостаточно.
— Будешь что-нибудь?
— Эм-м... Наверное, возьму только сок.
— Тогда я куплю на двоих. Подожди здесь.
Нао торопливо потянулась за кошельком, но я остановил её рукой. Хоть она и бережлива, ей всё же хочется платить за себя, как любой обычной старшекласснице.
— Позволь мне хотя бы купить напитки, я ведь парень... Пусть это и деньги Шуи.
Я сказал это вполголоса, и Нао тихо рассмеялась:
— Тогда приму угощение как девушка... Пусть это и деньги Санады-куна.
Нао выбрала Калпис, а я взял имбирный эль.
Пройдя контроль и заглянув в уборную, мы направились в зал. На огромном экране уже крутили трейлеры.
Свет приглушили. Осторожно ступая, мы поднялись по ступенькам и заняли боковые места в самом заднем ряду. Я опустил стакан в подстаканник, и кубики льда тихо звякнули, ударившись друг о друга.
Мне кажется, кинотеатр — это оазис необычного посреди рутины. Люди возвращаются домой до наступления темноты. Выключают свет в комнате и засыпают. А здесь они на несколько часов погружаются в пространство, похожее на тёмное морское дно, и смотрят на экран, излучающий мерцающий свет.
Локальная реклама закончилась, и начался фильм. Я откинулся на спинку кресла и сосредоточился на экране.
Сюжет фильма, о которой мы не знали ровным счётом ничего, оказался таким: парень и девушка из провинции влюбляются друг в друга. Затем один из них уезжает в Токио, и они расстаются. У каждого начинается своя жизнь, появляются другие партнёры, но спустя несколько лет они неожиданно встречаются вновь...
Я невольно пропускал происходящее на экране через себя, примеряя роли героев. Возможно, эта привычка появилась у меня благодаря Нао, которая приучила меня читать книги.
Запутанные отношения. Неопределённое будущее. Столкновения с родителями и обществом. Воссоединившись, герои со смехом вспоминали, какими были раньше, но при этом эгоистично тянулись друг к другу.
Погрузившись в драму, я почувствовал жажду. В горле почему-то пересохло.
Я потянулся за стаканом, но вдруг кожей ощутил на себе пристальный взгляд. Рефлекторно скосил глаза.
— ...
И тут же затаил дыхание.
Нао смотрела на меня. Почти не моргая, она не отрывала взгляда от моего лица.
Сегодня она была слегка накрашена: её глаза, казавшиеся ещё больше обычного, длинные ресницы, бледная кожа и влажные светло-розовые губы то вспыхивали в свете экрана, то прятались во тьме. Её блестящие глаза, будто умоляющие о чём-то, в полумраке казались невероятно яркими — от этого зрелища моё сердце пропустило удар.
Чтобы не мешать зрителям, я одними губами спросил: «Что такое?» Но Нао не ответила. Она лишь медленно моргнула, не проронив ни слова.
От этого многозначительного молчания моя концентрация мгновенно улетучилась. Я больше не мог смотреть на экран. Чувствуя, как к щекам приливает жар, я уставился на Нао в ответ.
Казалось, в огромном зале мы остались совершенно одни. Холодной была лишь моя ладонь, застывшая на ледяном стакане.
Чувствуя, как сердце отбивает бешеное тук-тук, я лихорадочно соображал.
Мы уже держались за руки. Я обнимал её у ночного моря.
Неужели сейчас Нао хочет чего-то большего?
«Но... — засомневался я. — Поцелуй для девушки — это нечто особенное. Как, впрочем, и для парня».
Ресторан с видом на ночной город... Звучит слишком пафосно, но для такого нужна правильная атмосфера! Кинотеатр и мелодрама — звучит неплохо, но подходит ли это для первого поцелуя? Нас могут увидеть, да и мы помешаем тем, кто внимательно смотрит фильм.
А может, я просто себя накручиваю? Вдруг все парочки в мире запросто целуются в кино, забывая о сюжете? Мы сидим с краю, в самом заднем ряду... может, здесь это позволено? Да нет же, одно дело — случайно коснуться рук, потянувшись за попкорном...
Пока я мучительно размышлял, зал наполнился пронзительным женским вокалом. «А?» — я перевёл взгляд на экран, который, казалось, не видел целую вечность. По нему медленно ползли титры.
Я невольно приоткрыл рот. Пока мы с Нао смотрели друг на друга, фильм закончился. Я напрочь пропустил те самые «последние три минуты», ради которых всё и затевалось.
Снова покосившись вбок, я увидел, что Нао с невероятно серьёзным видом изучает имя художника по костюмам. У меня возникло чувство, будто меня оставили не у дел, но сердце всё равно продолжало бешено колотиться.
Когда на экране всплыло имя режиссёра, в зале плавно зажёгся свет.
— Вот, значит, к чему были эти три минуты...
— Неудивительно, что фильм так расхваливают!
Зрители поднимались с мест, вовсю делясь впечатлениями. Мне ужасно хотелось подслушать их разговоры, но сперва нужно было разобраться с Нао.
— Нао, слушай...
— Мне Рит-чан сказала...
Мы заговорили одновременно. Проигнорировать её слова я не мог.
— ...А? Хиронака?
При чём тут вообще Хиронака?
Заметив моё недоумение, Нао виновато призналась:
— Что, когда начнётся самый волнующий момент, я должна пристально смотреть на Аки-куна...
— ...
Какое-то время я не мог вымолвить ни слова.
Когда до меня наконец дошло, я почувствовал, как из тела разом ушли все силы. Запрокинув голову к потолку, я мысленно простонал.
— Хиронака...
Ну и глупость же она вбила Нао в голову.
Выходит, Нао вовсе не ждала поцелуя. Она просто выполнила указание Хиронаки, совершенно не понимая его истинного смысла. Ей и в голову не приходило, какой эффект произведёт на меня этот взгляд.
Когда слабость отступила, я с облегчением выдохнул: слава богу, я не стал торопить события. Если бы я внезапно подался вперёд и коснулся её губ, Нао наверняка бы закричала. А то и вовсе в ужасе сбежала бы из кинотеатра.
— Пора на выход, — произнёс я, облизав пересохшие губы и проводив взглядом толпу, тянущуюся к дверям. Задержимся — будем мешать уборке.
Выйдя из зала, я выбросил стакан с растаявшим льдом в урну. Тут Нао вдруг схватилась за живот.
— Что-то я проголодалась.
Я притворился спокойным и, взглянув на экран смартфона, ответил:
— Уже час дня.
— Спустимся на фуд-корт на третьем этаже?
Болтая, мы встали на эскалатор. Я думал, сейчас мы начнём выбирать обед, но Нао, стоявшая на ступеньку выше, внезапно вернулась к прежней теме:
— Интересно, это Рит-чан так решила меня испытать?
Мои щёки дрогнули. Мы стояли слишком близко, чтобы я мог притвориться глухим. Заподозрив неладное — уж не испытывают ли теперь меня, — я обернулся.
Нао, поправляя пальцами смявшиеся о спинку кресла волосы, смущённо рассмеялась:
— Когда я вот так пристально смотрела на Аки-куна, моё сердце стучало громче, чем звуки фильма... Я вообще не слышала ни одной реплики в эти три минуты.
Её робкое признание отозвалось теплом в самой глубине моего сердца.
Хоть мы и не спали без задних ног, но оба умудрились проспать финал наяву, пока эскалатор беспристрастно вёз нас вниз.
— Слушай, а чем в итоге всё закончилось?
— ...Я тоже не знаю, — сухо ответил я.
Проигнорировав недовольное «Э-э!» Нао, я отвернулся и прикрыл рот рукой. Губы, коснувшиеся лишь пустоты, буквально горели от жара.
В тот момент я, конечно, ещё не знал.
Не знал о том нелепом будущем, в котором из-за чудовищного волнения во время нашего первого поцелуя я промахнусь и поцелую Нао в кончик носа...