Онлайн чтение книги Главная скандалистка вернулась The Scandal Maker Has Returned
2 - 2

Кое-как натянув на лицо светскую улыбку, Лорен смерила Харриет презрительным взглядом с головы до ног.

— Как верно подметила мадам, мисс Харриет и впрямь знают все. Говорят, вы нарочно устраивали грязные скандалы, прикрываясь именем своей красавицы-сестры, чтобы очернить ее? Боже правый, какая поразительная низость...

Мгновенно уловив настрой матери, дети тут же принялись поддакивать:

— Я слышала, из-за этого ваша кузина Белла едва не оказалась в ужасном положении. Неужели вас совсем не мучила совесть?

— А я слышал от друзей, что вы вечно бегали за мужчинами, и как назло — исключительно за теми, кто был без ума от леди Беллы. Воистину, женская зависть не знает дна...

Однако Харриет, которая, по их расчетам, должна была бы сгореть со стыда и разрыдаться, слушала эти нападки с абсолютным, почти пугающим спокойствием. Зато брови Триши ползли всё выше и выше.

Не выдержав этой невозмутимости, Лорен ядовито бросила:

— И с какой же стати вы прицепились к графине? Уж ответьте нам.

— Да ни с какой, — безмятежно глядя Лорен прямо в глаза, ответила Харриет. — Меня лишили опеки, вышвырнув на улицу без гроша, и мне просто нужен был покровитель на время, пока я не встану на ноги. Двоюродной бабушке я написала первой, но если бы она отказала, я бы разослала письма и другим родственникам.

— Я спрашиваю, как у вас наглости хватило явиться сюда с такими просьбами?!

— По-вашему, мне следовало побираться на улицах и погибнуть?

Она произнесла это так ровно, словно спрашивала: «Неужели ваше сострадание настолько ничтожно?». На мгновение Лорен опешила.

— Кто вам такое сказал? Встать на ноги — значит справиться самостоятельно! Вы молоды, могли бы и сами...

— Молодая женщина, выросшая в дворянском особняке, не обученная никакому ремеслу, лишенная статуса, доброго имени и средств к существованию — вы всерьез верите, что она способна выжить в одиночку?

— Р-разумеется!

— В таком случае, не соблаговолит ли столь мудрая леди просветить меня? Что бы сделали вы на моем месте? Если бы у вас не было даже крыши над головой, а всё состояние сводилось к пяти тысячам дирхамов наличными и паре жалких золотых безделушек?

Под этим взглядом Лорен стало до странного не по себе. В глазах девчонки не было ни слез, ни страха, ни гнева — и всё же этот взгляд казался более жестким и хлестким, чем всё, с чем баронессе приходилось сталкиваться.

Безродная девка! Как ты смеешь так на меня смотреть?!

В итоге самообладание изменило именно Лорен. Желая раз и навсегда поставить нахалку на место, она выплюнула жестокие слова:

— Уж мне-то такое точно не грозит. А вам, милочка... что ж, оставалось бы только торговать телом, разве нет? Говорят, в трущобах бывших аристократок покупают за весьма приличные деньги.

И тут Триша взорвалась.

— Лорен! Ты в своем уме?!

— Г-графиня!

— Я молчала, чтобы посмотреть, до какого дна ты опустишься. И что я слышу? Предлагаешь крови Листеруэллов пойти торговать собой?! Или, может, эти слова предназначались мне?!

— Что вы, как можно!

— Это ведь ты велела мне убираться из этого дома, когда Остер испустил дух. И как ты только удержалась, чтобы не бросить эти слова мне в лицо прямо тогда?!

Сжатые кулаки Триши мелко тряслись от неподдельной ярости.

Только в этот миг до Лорен дошло: Триша ведь тоже урожденная Листеруэлл. Она так долго была всесильной «графиней Феллон», что баронесса начисто об этом забыла.

— Твое хамство не знает границ! Я же ясно сказала: я ее опекун, она гостья в моем доме, а ты смеешь поливать ее грязью, опираясь на какие-то базарные слухи?! Мне стыдно за тебя!

— Я... я просто испугалась, что эта девица одурачит вас и воспользуется вашей добротой!..

— Ха-ха-ха! Какая трогательная забота. Тебе ли не знать, что я за версту чую тех, кто пытается мной воспользоваться? И что ни одному из этих стервятников не удалось выудить у меня ни единого санта.

В эту секунду Лорен окончательно поняла: Триша ни за что не передаст дом Феллонов Джейдену.

Уверенная, что других наследников попросту не существует, Лорен хоть и не выкладывалась на полную, но каждый год исправно приезжала летом, задаривала графиню подарками и рассыпалась в дешевой лести. Она свято верила: этого достаточно, чтобы Триша забыла старые обиды и, «как и положено», объявила Джейдена преемником.

Но глядя на разъяренную, непреклонную графиню, Лорен поняла: Триша ни на секунду не забыла скандал десятилетней давности.

Сколько денег я вбухала в эти проклятые подарки! Не собиралась ничего забывать — так нечего было и притворяться!

Ее душила черная злоба.

В глубине души Лорен всегда ненавидела Тришу — чужачку, обладавшую в семье Феллон абсолютной властью, которой не было у нее, родной крови. А брата, давшего жене эту власть, она ненавидела так сильно, что готова была вытащить его из склепа и переломать кости.

И теперь, когда графиня публично отчитала их перед какой-то наглой племянницей, стало кристально ясно: от Триши больше нечего ждать.

Придется искать другой способ добыть этот титул для Джейдена.

До боли стиснув челюсти, Лорен резко поднялась с дивана.

— Я искренне разочарована тем, как извращенно вы истолковали мою заботу. Я-то считала нас семьей... Но, видимо, для вас я всегда была лишь шакалом, ожидающим вашей смерти.

Она раздраженно одернула юбки, и барон с детьми в растерянности вскочили следом.

— Мы уходим. Желаю приятного аппетита в компании вашей племянницы, прослывшей дешевой распутницей. До встречи.

— Не провожаю. Захочешь вернуться — возвращайся, когда осознаешь всю глубину своего хамства. Впрочем, сдается мне, мы больше не увидимся.

Так и не дождавшись, пока Триша отведет ледяной взгляд, Лорен злобно цокнула языком, развернулась и покинула гостиную.

* * *

Харриет тяжело выдохнула, словно по комнате только что пронесся ураган.

Триша, не отрывая взгляда от дверей, за которыми скрылось семейство Машаль, сухо произнесла:

— Вот она, твоя нынешняя репутация. Скандалистка, ослепленная завистью, распутница, на которую законно тычут пальцем. И как же ты собираешься всё это исправить?

В ее голосе сквозило легкое беспокойство. Похоже, столкновение с чужими предрассудками лицом к лицу стало для нее неприятным открытием.

Зато Харриет, напротив, почувствовала тепло. Еще год назад у нее не было ни единого человека, готового ей поверить или защитить, а теперь рядом тот, кто искренне за нее переживает.

Было даже немного жаль, что ее ответ обманет ожидания графини.

— А я и не собираюсь ничего исправлять.

Триша прищурилась.

— Хочешь сказать, что останешься с этим клеймом, хотя ни в чем не виновата?

— От него не избавиться по щелчку пальцев. К тому же, как вы сами заметили, благодаря этому клейму я весьма популярна. Думаю, стоит этим воспользоваться.

Морщинка между бровями Триши не разгладилась. Пользоваться дурной славой, конечно, можно, но не слишком ли опасно оставлять репутацию распутницы нетронутой?

— Боюсь, ты всё еще слишком наивна, дитя. Светское общество двулично. Ночью можно позволить себе любую грязь, но днем ты обязана блистать безупречной чистотой.

Стоит перейти невидимую черту, закрывать глаза на которую общество уже не согласно, как со всех сторон посыплются обвинения. Все, как по команде, начнут осуждать и гнать прочь. А если Харриет станет изгоем, какой смысл был вообще возвращаться в Дженоа?

Но Харриет рассуждала иначе.

— На приеме у Вандербильтов я убедилась в одном: человеческое любопытство — куда более мощная сила, чем кажется.

В тот вечер она еще сомневалась, но после бала ей прислали сразу несколько приглашений. Ее звали на небольшие приватные чаепития, и что самое забавное — в каждом послании содержалась нервная приписка: «Пожалуйста, сохраните этот визит в тайне».

Дамы прекрасно понимали, что общение с Харриет может запятнать их репутацию, но сгорали от нестерпимого, болезненного любопытства.

— Я ведь и раньше была скандалисткой, но почему-то подобные приглашения посыпались только сейчас. Я задумалась: почему? Видимо, тогда я была слишком поглощена отчаянием и обидой, и люди понимали, что никаких пикантных историй из меня не вытянешь.

— А сейчас?

— Мои слова о том, что я год каялась в монастыре, они восприняли как чистосердечное признание вины. Вот и решили, что теперь со мной можно откровенно поболтать.

— То есть они жаждут выведать у тебя грязные подробности тех скандалов?

— А зачем еще им звать скандалистку, которую все презирают? Что ж, я охотно приму их приглашения. Посмотрю, чем они дышат.

Триша задумчиво постучала пальцем по подлокотнику.

— Но ведь ты не участвовала ни в одном из этих скандалов? Что же ты собираешься им рассказывать?

Глаза Харриет хищно блеснули.

— А почему бы не превратить их в слухи, которые будут выгодны мне?

Пока что Белле и Джону верили безоговорочно, и попытка выложить правду в лоб обернулась бы против нее самой.

Привет! Больше глав можно прочитать на Бусти и в моей читалке, здесь обновы выходят реже.

boosty.to/novelslab

t.me/tenebrisverbot