Онлайн чтение книги Главная скандалистка вернулась The Scandal Maker Has Returned
1 - 27

— Я просто рад, что у вас, столько времени жившей в одиночестве, появилась семья.

— Как знать. Срок опеки рассчитан примерно на два года, а там видно будет.

— И что мисс Харриет собирается делать через два года?

— Кажется, у нее есть свой план, так что я с интересом наблюдаю.

Триша улыбнулась, и, что случалось крайне редко, в уголках ее глаз собрались морщинки.

Они не часто пересекались, но Триша всегда производила впечатление человека безэмоционального или даже слегка раздражительного.

Сколько он себя помнил, он впервые видел ее такой довольной.

— Похоже, мисс Харриет пришлась вам по душе.

При этих словах Триша стерла улыбку и приняла холодный вид. Словно ее гордость была задета тем фактом, что она улыбалась.

— Пока нет. Ей еще многого не хватает. Она рано потеряла родителей и с тех пор, похоже, не получала должного воспитания.

— Вот как?

— Можете не притворяться. Было бы удивительно, если бы в нашем кругу нашелся хоть кто-то, кто не знает ее. Да и до меня доходили эти слухи.

Триша осторожно коснулась кончиками пальцев гортензии свежего оттенка и произнесла:

— Однако я не верю слухам безоговорочно. Вам ли не знать, герцог, что слухам свойственно обрастать скандальными подробностями. Они могут быть искажены или вовсе оказаться выдумкой.

— Вы правы.

— Поэтому я решила полить засыхающий саженец. Если вовремя удобрять его и давать достаточно света, кто знает... Может быть, он распустится прекрасным цветком.

— А если цветок так и не распустится и увянет? Ваши усилия будут напрасны.

Теребящая лепестки гортензии Триша подняла взгляд на Седрика.

— Вы никогда не ухаживали за садом?

— Ну...

— Те, кто занимается садом, не злятся и не сокрушаются, если цветок, который они старательно поливали и удобряли, увядает. Скорее, они задаются вопросом, что сделали не так, и не винят в этом само растение.

Иными словами, увядший цветок — чаще всего вина садовника.

Должно быть, это Джон довел Харриет до такого состояния. А ведь свою дочь он холил и лелеял.

Конечно, она не утверждала, что к племяннице нужно относиться так же, как к родному ребенку. Но, вспоминая, как покойный Артур был добр к Джону при жизни, Триша не могла отделаться от мысли, что Джон оказался неблагодарным.

Перед ее глазами все еще стоял образ Харриет, оглянувшейся во время примерки платья.

— С тех пор как умерла мама, я впервые покупаю одежду, которая мне так нравится.

Харриет улыбалась, но в ее лице сквозила еще не до конца забытая печаль.

В конце концов, разве может солнце мгновенно высушить росу, скопившуюся глубоко в лепестках?

Однако Харриет преодолела печаль и решила двигаться дальше. Она не была слабым саженцем, готовым увянуть в любой момент.

— На самом деле я говорю так, но до сих пор еще ни разу не бралась за провальное дело. В будущем Харриет станет намного лучше. Как-никак, глаз у меня наметан.

Слегка вздернув подбородок, Триша выглядела весьма самоуверенной.

Седрику почему-то пришлась по душе эта уверенность, и он даже подумал, что хотел бы чаще видеться с графиней.

— Теперь понятно, почему дела семьи Феллон идут в гору. Если бы ваш рассказ был призывом к инвестициям, я бы уже не задумываясь вложил деньги.

Это была наполовину шутка, но в глазах Триши вспыхнул озорной огонек.

— Хотите инвестировать?

Смысл сказанного был туманен, поэтому Седрик лишь сохранил улыбку, промолчав в ответ. Триша рассмеялась, словно ожидала такой реакции.

— Это шутка, шутка. Ха-ха-ха!

Седрик рассмеялся в ответ.

Но что это за странное чувство, будто его втянули в какую-то авантюру?

* * *

В семье Листеруэлл, где уже успели забыть о Харриет, повод вспомнить ее имя появился в один из дней конца июня.

В пачке писем, принесенных почтальоном, затесалось послание на имя Харриет, причем от весьма неожиданного отправителя.

— А? Управляющий банком «Асети» из Периласа?

Джон взял письмо и в недоумении склонил голову.

Перилас находился недалеко от Дженоа, но с какой стати местному банку писать Харриет?

Он без колебаний вскрыл конверт.

«Уважаемая мисс Харриет Листеруэлл.

...Возврат земельного участка и особняка, переданных вашим покойным отцом в счет уплаты банковского долга, состоится двадцать пятого июня. Однако для завершения процедуры необходимо ваше личное присутствие как законной владелицы для подписания акта о возврате, поэтому ждем вас в любое удобное время после двадцать пятого числа...»

Глаза Джона, читавшего письмо, округлились от изумления.

— Что? Сто шестьдесят пять гектаров земли в Периласе? Да еще и особняк?

Он никогда не слышал об этом имуществе. А уж о том, что оно переходит к Харриет — тем более!

— Да в чем дело!

К счастью для ошарашенного Джона, управляющий банком «Асети», опасаясь, что Харриет могла забыть о столь давнем договоре, приложил документ с разъяснениями.

Земля и особняк в Периласе изначально принадлежали барону по имени Томас Белберн. Увидев это имя, Джон смутно припомнил давние слухи.

— Этот Томас Белберн... Да отруби ему обе руки, он языком будет в карты играть. А отрежь язык, так пальцами ног раскинет.

Томас, помешанный на азартных играх! Ну конечно, это точно он!

Видимо, он крупно задолжал Артуру. В приложенном документе причина не указывалась, но в девяти случаях из десяти это было связано с азартными играми. Либо он занял у Артура деньги на игру, либо крупно проигрался ему за столом.

Я никогда не слышал, чтобы брат играл. Значит, просто одолжил ему денег.

Уж как они сошлись и почему он одолжил ему денег — неизвестно, но раз Томас заложил собственные земли и особняк, Артур, вероятно, считал, что долг ему непременно вернут.

Но разве может имущество заядлого игрока оставаться в целости и сохранности?

Когда подошел срок уплаты, от должника не было ни слуху ни духу. Как выяснилось, Томас вместе с семьей сбежал под покровом ночи, а когда Артур отправился осматривать полученную в счет долга землю, то обнаружил перед особняком Белбернов толпу орущих арендаторов, торговцев семенами и перекупщиков, которым давно не платили.

Артур оказался новым землевладельцем, представшим перед разъяренной толпой.

«Сэр Артур Листеруэлл взял ссуду в нашем банке, чтобы погасить задолженности семьи Белберн, и передал земли и особняк Белбернов в доверительное управление нашему банку на десять лет с условием погашения кредита за счет получаемой прибыли (двадцать пятого июня тысяча восемьсот шестьдесят шестого года).

Кроме того, законной владелицей данных земель и особняка была назначена мисс Харриет Листеруэлл, которой имущество должно быть полностью передано ровно через десять лет, двадцать пятого июня тысяча восемьсот семьдесят шестого года...»

— Двадцать пятое июня тысяча восемьсот шестьдесят шестого года?

Это было всего за три дня до смерти Артура.

Точно! Брат тогда говорил, что всего день как вернулся из поездки. Так это был Перилас?

Отправившись на пикник с семьей младшего брата сразу же после возвращения, Артур так и не успел внести эту запись в бухгалтерские книги, прежде чем навсегда покинул этот мир.

Так вот почему я ничего не знал.

Джон раздраженно цокнул языком.

Узнай он об этом, пока Харриет жила в его доме, получить ее подпись на документах о передаче прав собственности было бы куда проще.

Разумеется, он и сейчас не собирался отказываться от этой земли и особняка. Перилас славился своими плодородными угодьями, и этот участок, свободный от каких-либо долгов, был настоящей золотой жилой.

Заполучив это, я смогу покрыть убытки от недавнего затопления торгового судна Бернарда и выгодно вложиться в торговлю судами Аженталя!

Джон, который совсем недавно понес огромные потери в торговом бизнесе, воспринял это как помощь небес.

В любом случае Харриет ничего не знает об этой земле. Так что мне нужно лишь переоформить документы на себя, и дело в шляпе.

Достаточно состряпать бумагу о передаче прав собственности и небрежно подделать подпись Харриет.

Воодушевившись, он тут же достал бумагу с пером и принялся составлять весьма правдоподобный документ.

Привет! Больше глав можно прочитать на Бусти и в моей читалке. Здесь обновы выходят реже.

boosty.to/novelslab

t.me/tenebrisverbot