Онлайн чтение книги Главная скандалистка вернулась The Scandal Maker Has Returned
1 - 23

Наемный экипаж был дешевым и ветхим — он ни в какое сравнение не шел с роскошной каретой Листеруэллов, доставившей ее сюда год назад. Но Харриет даже эта тряска казалась предвестником новой жизни.

— Хотела бы я дать тебе больше, — произнесла Катрин на прощание, вручая ей маленькую фигурку божества и монастырские изделия. — Но пока прими это.

В мешочке лежали мыло, цветочная вода, травяные масла и мази — вещи, которыми Харриет привыкла пользоваться ежедневно. Вдыхая знакомый аромат трав, она слабо улыбнулась.

То, что я оказалась именно в монастыре Святой Клариссы, несомненно, было волей Явара.

Бог, на которого она когда-то злилась, теперь вызывал у нее лишь благодарность. Здесь ее жизнь изменилась бесповоротно: и отношение к миру, и здоровье, и — что самое невероятное — власть дяди над ней. Событие, которое когда-то казалось крахом, теперь воспринималось как величайшее благословение.

Двоюродная бабушка Триша — женщина строгая, но она куда лучше моего дяди.

Харриет поняла это без лишних слов. Пусть тон писем графини был холодным, на протяжении пяти месяцев она помогала племяннице обрести независимость. Через Роксану она присылала свежие газеты из Дженоа и выделила деньги на обратную дорогу. Теперь, учитывая и подарок барона Виллея, Харриет могла какое-то время не беспокоиться о продаже своих украшений.

Явар хранит меня. Нужно собрать волю в кулак.

Она возносила благодарности Богу, хотя и не знала, одобрят ли небеса ее дальнейшие шаги. Ярость при воспоминании о рассказе барона до сих пор душила ее. Она жаждала мести. Но как?

У нее не было прямых улик против дяди, как не было и прав на титул. Любая попытка открыто обвинить его или напасть привела бы лишь к ее собственной гибели. А сплетни о Белле свет воспринял бы как жалкую клевету изгнанницы.

Единственный путь — стать успешной вопреки всему.

Ей нужно было вернуться в светское общество не как «жалкой племяннице виконта», а как «леди Харриет Листеруэлл», обрести положение, заработать состояние и стать полностью независимой. И, конечно, смыть с себя позор за грехи Беллы.

Она не знала, как далеко пойдет в своей поддержке графиня Феллон. Просить о большем, чем опека, было бы наглостью, тем более что Триша принадлежала к побочной ветви императорского дома и обладала в Дженоа авторитетом. Харриет до сих пор не понимала, почему железная леди ответила на ее письмо. Даже Сана, уезжая, обронила:

— Мадам Феллон редко меняет свои решения, но постарайтесь не стать тем самым редким случаем.

Экипаж начал замедлять ход. Харриет выглянула в окно и увидела, что они подъезжают к городским воротам Дженоа. Дорога была забита каретами, спешащими в столицу.

— Наконец-то... я вернулась.

Харриет сделала глубокий вдох. Скромное дорожное платье, старомодная шляпка, потертые туфли и дешевая сумка — это было всё, чем она владела сейчас. Но она знала: через два года всё будет иначе.

Ждите. Теперь мне и самой любопытно узнать, на что я способна.

Харриет крепко стиснула зубы, глядя на шпили Дженоа.

* * *

— Тот самый «гость» ведь приезжает сегодня, верно?

— Так говорят. Кажется, это женщина, но кто же именно?

Горничные семьи Феллон впервые за долгое время готовились к приему гостя. Однако о том, кто именно должен был приехать, им не сообщили.

Судя по тому, что по приказу Триши они заново обставили залитую солнцем комнату и поставили там туалетный столик, это определенно была женщина.

На этом вся информация заканчивалась.

— Даже дворецкий молчит. Я просто умираю от любопытства.

— В любом случае, я с нетерпением жду. Все это время мадам жила здесь одна, и особняк казался слишком пустым. Если появится хотя бы один человек, разве здесь не станет больше похоже на место, где живут люди?

— Кто знает. Может быть, у нас просто резко прибавится работы.

В ожидании гостьи, которая должна была прибыть поздно вечером, они весь день продолжали строить всевозможные догадки.

И когда солнце уже начало садиться, в дверь особняка Феллон наконец позвонили.

Дворецкий Андре глубоко вздохнул и открыл дверь.

За дверью с напряженным лицом стояла молодая женщина в скромной одежде. Он знал, кто это, но все же спросил:

— Чем могу служить?

— Зд-здравствуйте. Меня зовут Харриет Листеруэлл. Я прибыла к графине Трише Феллон. Не могли бы вы доложить обо мне?

Судя по тому, что она едва не прикусила язык в самом начале, гостья явно сильно нервничала, но затем закончила фразу без малейшей тени смущения.

Андре показалось, что Харриет гораздо опрятнее и умнее, чем он ожидал.

— Мы ждали вас. Проходите.

Он вежливо поприветствовал Харриет и пригласил внутрь. Можно было бы удивиться величию роскошного особняка, но Харриет молча следовала за Андре, не оглядываясь по сторонам.

Вскоре они дошли до гостиной, где ее ждала Триша.

— Мадам. Прибыла мисс Харриет Листеруэлл.

— Да. Пусть Харриет войдет, а ты пока выйди.

Пока Андре вежливо кланялся и выходил, Харриет медленно подошла к Трише.

Графиня, пившая чай, также медленно перевела взгляд на внучатую племянницу.

Встретившись с ней взглядом, Харриет низко поклонилась.

— Давно не виделись, двоюродная бабушка. Еще раз благодарю за то, что стали моим опекуном...

— Довольно. Мы уже несколько раз обсуждали это в письмах. Для тебя сейчас важно то, что будет дальше.

Триша оборвала Харриет и подбородком указала на место напротив себя.

— Садись.

Затем она стала пристально наблюдать за тем, как Харриет садится, не упуская ни единого ее движения.

Как и ожидалось, внешний вид Харриет оставлял желать лучшего.

— Натерпелась, должно быть.

— Нет. Жизнь в монастыре оказалась намного спокойнее и приятнее, чем я думала. Я познакомилась со многими хорошими людьми...

— Я не про монастырь.

При этих словах взгляд Харриет слегка изменился.

— Если вы о жизни в доме дяди, то да. Пришлось нелегко.

Ответ прозвучал почти нагло, и Триша усмехнулась. Как она и предполагала, внучатая племянница не была робкого десятка.

Она с детства казалась довольно умной.

Триша все еще помнила семью Артура, которая тринадцать лет назад приезжала навестить ее больного мужа.

Тогда Артур и Лилиан искренне поддержали их и ободрили, а девятилетняя Харриет была вежливой и очаровательной.

— Двоюродная бабушка. Это камень удачи. Я нашла его в позапрошлом году, и с тех пор у меня случались только хорошие события.

— Правда? Красивый камешек.

— Я подарю его вам.

— О? Разве это не ценная вещь? Почему ты отдаешь ее мне?

Тогда Харриет посмотрела на тяжело дышавшего мужа Триши, Остера, который держал за руки Артура и Лилиан, а затем снова повернулась к ней и сказала:

— Я отдам вам всю свою удачу. Очень хочу, чтобы двоюродный дедушка выздоровел.

Тогда Триша некоторое время не могла найти слов. Но этот маленький ребенок, словно что-то понимая, вложил камешек ей в руку и добавил:

— Если моя удача не сможет спасти дедушку, то пусть хоть у вас случится что-нибудь хорошее. Это действительно камень удачи, я не обманываю.

Может быть, дело было в этом?

Триша, которую все считали беспомощной, согласно завещанию мужа, стала главой семьи Феллон.

Позже, пока она была поглощена делами семьи, пришло известие о смерти Артура и Лилиан.