Глава 15
— Ах...
На кончике пальца, которым он держал карандаш, выступила капелька крови. В то же мгновение, забыв о его просьбе не шевелиться, я подалась вперёд. И взяла окровавленный палец в рот.
Если бы моей целью было только остановить кровь, я бы уже отпустила его руку.
Но даже когда вкус крови исчез, я продолжала сосать его палец, облизывать его языком и ласкать губами. Точно так же, как ласкала головку его члена.
— Ха...
Йохан, ошарашенно глядя на меня, выдохнул и покачал головой.
— Если бы прежняя ты увидела тебя сейчас, она бы, наверное, упала в обморок.
Прежняя я?
Йохан усадил меня обратно на место, оставив меня в недоумении. Я снова послушно застыла в позе модели, наблюдая за тем, как он рисует, но любопытство распирало меня.
— Говорить-то можно?
— Конечно.
— Какой я была раньше?
Йохан поднял голову и посмотрел на меня. В его глазах появилась тёплая, ностальгическая улыбка — он явно смотрел не на меня, а в прошлое.
— Леди.
Ответ Йохана ошеломил меня.
— Ты сейчас лжёшь, чтобы мне было приятно?
— Клянусь Богом, это чистая правда.
— Серьёзно? Я?
— Ты была очень скромной и строгой.
— Да быть не может.
— Поэтому, когда ты поцеловала меня первой...
Йохан оборвал фразу на полуслове, покраснел и прочистил горло. Его взгляд скользнул по моей груди и тут же отпрянул. Я поняла. Он имел в виду тот случай, когда я пыталась наброситься на него в полупрозрачной сорочке.
— ...Представляешь, как я удивился.
Кажется, я начинаю понимать, почему Йохан тогда так растерялся и оттолкнул меня, почему говорил, что я пожалею.
Прежняя я была совсем другой.
«Боже мой. Леди вела себя как деревенская простушка...»
Но я не знаю, как ведут себя леди. Я думала, что потеряла только память, а оказалось, что потеряла саму себя.
«Вернуться к прежней себе... уже не получится».
Врач говорил, что память может вернуться со временем, но прошло уже полгода, а я ничего не вспомнила. Видимо, травма головы была слишком серьёзной.
Значит, я больше никогда не стану той леди. Та леди — это не я. Это другой человек.
Потеряв себя, я загрустила, но в то же время позавидовала той, прежней себе. Нет, я ревновала. Ведь именно ту, прежнюю, Йохан полюбил по-настоящему.
«Йохан любил леди. И любит меня, потому что я была ею».
От этой мысли... обручальное кольцо на безымянном пальце вдруг стало неудобным, словно я украла его у другой. Я неловко покрутила его.
— Что же делать? Йохан женился на мне, потому что любил прежнюю меня, а теперь я стала совсем другой...
Может быть, он хотел расторгнуть брак, но был слишком добрым, чтобы бросить меня. Может, поэтому он не хотел близости — ведь я уже не та женщина, которую он любил.
— Ты не стала другим человеком.
— Правда?
— Твоя способность лишать людей дара речи и твоя решительность остались прежними.
— Я такая?
Йохан сказал, что когда я шокировала полицейского заявлением о том, что возбужу мужа прямо здесь, он, конечно, смутился, но в то же время узнал во мне прежнюю Лизе.
— Неужели я и раньше вытворяла такое?
— Ну, конечно, вульгарных вещей ты не говорила...
Он рассказал, что когда я работала медсестрой, один солдат начал приставать к медсёстрам, обращаясь с ними как с девками из таверны, и я дала ему отпор. Я даже влепила пощечину этому детине, который был на голову выше меня.
— Ого... Значит, раньше я была храброй.
Сначала я восхитилась собой, но потом снова поникла. Йохан, заметив это, сказал:
— Но мне нравится и нынешняя ты.
Может, Йохан по доброте душевной снова лжёт мне во спасение? Я, не поднимая головы, скосила на него глаза и спросила:
— Можешь поклясться Богом и в этом?
Зря я спросила. Йохан посмотрел на меня растерянно и тихо вздохнул. Наверное, я слишком назойлива. Так можно и разлюбить.
— П-прости...
— Любимая.
— А?
— Я люблю тебя настолько, что даже если бы ты убила меня, я бы умер с радостью. Даже зная, что Бог уготовил мне ад за эту любовь, считая её грехом.
Любит, даже если убью? Но зачем мне его убивать? Видимо, он хотел сказать, что любит меня, что бы я ни сделала и какой бы я ни была.
— Йохан...
— Сядь смирно.
Я хотела броситься к нему с поцелуями, но Йохан поднял карандаш, жестом останавливая меня. Я снова замерла, и он продолжил рисовать. Шевелиться нельзя, но говорить-то можно.
— Тогда что именно тебе во мне нравится сейчас? Почему?
— Хм...
Йохан на мгновение задумался.
— Ты искренняя, но при этом очень стеснительная, у тебя богатое воображение, которое иногда заводит тебя в самые неожиданные дебри...
— Это точно комплименты?
Йохан тихо рассмеялся в ответ на мое возмущение.
— Мне нравится, что ты напоминаешь себя в детстве. Я ведь влюбился в тебя именно тогда и до сих пор не могу разлюбить.
Значит, Йохан влюбился не в идеальную леди, а в такую же незрелую и несовершенную меня, как сейчас? Причина для ревности к прошлому исчезла.
— Так мы знакомы очень давно?
После долгих уговоров я наконец услышала историю нашей первой встречи.
Оказывается, он впервые увидел меня в лесу, где так же цвели незабудки.
— Ты увидела меня, испугалась и убежала. Исчезла в лучах света.
И в тот момент Йохан подумал, что я фея незабудок.
— Так вот почему ты назвал меня феей незабудок?
Йохан заметно смутился и кивнул.
— В темном лесу, именно в тот момент, когда наши взгляды встретились, на тебя упал луч света. И твои глаза были такого же цвета, как незабудки.
У меня глаза цвета весеннего неба, но в темноте, если на них падает свет, они могут казаться голубыми с легким фиолетовым оттенком.
Йохан был первым, кто сравнил их с лепестками незабудки.
— Но потом я снова встретил тебя, когда вернулся домой. И понял, что ты не фея, а человек. Я был так рад.
— Значит, ты уже тогда в меня влюбился?
Он снова смущенно кивнул. Удивительно.
— Я думала, это я влюбилась в тебя первой и бегала за тобой хвостиком.
Ведь именно так я веду себя сейчас.
— Вовсе нет. Наоборот. Ты просто стояла, а все мальчишки в светском обществе... то есть, в округе, влюблялись в тебя и бегали за тобой. Парня вроде меня ты бы даже не заметила.
— Но в итоге я тебя заметила, раз приняла твое предложение.
Йохан не рассказал, как именно он привлек мое внимание и почему я отвергла толпу поклонников ради него.
«Так интересно...»
Мы говорили о том, как полюбили друг друга, но почему-то в его глазах была такая грусть, что я не решилась расспрашивать дальше.
В любом случае, я — первая любовь Йохана. И единственная женщина, которую он любил.
«Значит, мне действительно показалось, что я слышала имя Дэйна».
Честно говоря, это имя не давало мне покоя. Но после слов Йохана причин для беспокойства не осталось.
— Ну вот, готово.
Йохан аккуратно вырвал страницу из блокнота и протянул мне. Увидев готовый портрет, я не могла сдержать восхищения.
— Ого... Ты действительно умеешь всё.
Рисунок был настолько хорош, что если бы Йохан сказал, что он художник, а не учитель, любой бы поверил.
Хотя он рисовал недолго, Йохан передал всё с невероятной точностью и нежностью: от моего характерного мягкого изгиба глаз до мелких складочек на губах.
Женщина на рисунке была определенно мной, но в то же время не совсем. В нарисованной мне чувствовалось благородство и изящество богатой леди.
— Ты нарисовал меня слишком красивой.
— Рисунок красив, потому что красива ты.
— Йохан...
— На самом деле, ты красивее моего рисунка. Я рад, что тебе понравилось, но сам я недоволен. Потренируюсь еще и в следующий раз нарисую так же красиво, как ты есть на самом деле.
— Йохан... Ты лжец.
Мои слова застали его врасплох.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления