Онлайн чтение книги Я молюсь, чтобы ты меня забыл Will You Forget Me
1 - 32

Глава 32

«Подумай хорошенько. До конца зимы еще далеко, а до конца войны — тем более».

Но в газетах писали, что благодаря морозам наступление врага замедлилось, и конец войны не за горами — нужно продержаться только эту зиму.

Противоречивая информация сбивала с толку. Слова человека, имеющего доступ к военным тайнам в штабе, должны быть достовернее, но я не могла отделаться от подозрения, что он снова врет. Ведь это не первый раз, когда он сочиняет небылицы, чтобы напугать меня.

«К весне ты будешь так голодать, что сама будешь умолять меня купить тебя. И твое тело, которое сегодня стоит десять карточек, тогда будет стоить одну. Подумай об этом».

У него был удивительный талант отбивать всякое желание с ним связываться, даже если оно и было. Такими словами он мог заставить возненавидеть себя даже ту, что была в него влюблена.

— Господин майор...

Я прервала молчание, решив высказать то, что давно вертелось на языке.

— Вы красивы, у вас хорошая работа и высокий чин.

— И что?

Майор, собиравшийся прикурить, замер и посмотрел на меня с удивлением, не ожидая комплиментов.

— У вас есть всё, чего женщины ищут в мужчинах...

Конечно, характер оставлял желать лучшего, но я решила пока закрыть на это глаза.

— Большинство женщин сами бы упали в ваши объятия от одного ласкового слова.

Честно говоря, даже ласкового слова не нужно. Посмотрите на Йохана. У него есть всё, что нужно женщинам, и они вешались на него сами, даже когда он этого не хотел и, более того, был женат, что является фатальным недостатком.

— Поэтому я не понимаю, зачем вы отталкиваете женщин грубостью, а потом пытаетесь купить их за деньги.

Тех, кто хотел лечь с ним добровольно, он заставлял делать это против воли. Это противоречило его словам о том, что он не насилует. Даже если считать это игрой слов, его поведение было абсурдным и гротескным.

Может, какая-то женщина причинила ему боль? И теперь он не верит в искренность чувств?

«Ты всё равно меня предашь». Вот такое недоверие. Может, поэтому он извращает любые отношения, превращая их в сделку? Чтобы не привязываться и не страдать снова, он видит в женщинах только объект похоти.

— Вы платите, чтобы женщины знали свое место?

Конечно, мои романтические догадки рассыпались в прах, стоило ему открыть рот.

— Если спят бесплатно, начинают воображать, что это по любви. И лезут в душу, пытаются контролировать, будто я обещал на них жениться. Знаешь, как это утомляет? Поэтому я просто покупаю тебя. Чтобы ты четко понимала: это всего лишь отношения «хозяин — слуга».

Хозяин и слуга.

Он не искал любви и даже не удовлетворял похоть. Он просто хотел утвердить свою власть.

Мне стало смешно от того, что я пыталась найти в нем что-то человеческое, думая, что он просто сломлен жизнью. Я поняла: нет смысла пытаться понять его или исправить.

— Простыню не меняешь?

Спросил майор, когда я закончила уборку, оставив нетронутой только кровать, на которой он сидел, завернувшись в простыню.

— Вас тоже в корзину для белья положить, вместе с простыней?

Майор усмехнулся и сбросил простыню. Сегодня у него тоже не стоял.

— Как прикажете, леди Лизе, уступаю место.

Наконец он встал с кровати и начал одеваться. Я подошла к постели с другой стороны.

Под простыней всё было еще хуже. Слава богу, стирать буду не я. Я брезгливо подцепила простыню щипцами, как мусор, и сунула в корзину, когда майор, застегивая брюки, спросил:

— Сегодня у твоего мужа первый рабочий день в школе, верно?

Он не спрашивал, он проверял.

Он знал, что сегодня важный день для нас, и специально вызвал меня пораньше.

Я разозлилась, но знала: если отреагирую, он добьется своего. Молча натянула чистую простыню.

— А, не первый. Говоришь, он и раньше был учителем. И как прошел его самый первый день, он рассказывал?

— ......

— И это он тебе не рассказал? Странно. Учитель, который снова возвращается к любимому делу, наверняка бы вспомнил о своем первом опыте.

Я думала, сегодня обойдется, но нет. Песня «твой муж странный» началась.

— И где он работал в первый раз, тоже не сказал, да?

Я никогда не спрашивала. Если отвечу так, он снова даст мне «домашнее задание» — спросить у Йохана, а потом будет мучить расспросами, выполнила ли я его. В позапрошлый раз это был родной город Йохана, в прошлый — университет, который он окончил.

— Лизе Айнеман, подумай сама. Если скрывать нечего, зачем молчать? Не странно ли?

— Йохан ничего не скрывает. Вызовите его и спросите сами, если вам так интересно.

— Всё равно соврет.

Насильник смеет называть моего ангела-мужа лжецом? Очень смешно.

— Говоришь, он ничего не скрывает? Лизе Айнеман, ты тоже лгунья. Признайся, тебе ведь тоже любопытно и странно, почему он молчит.

Майор вызывал меня ради двух вещей: потребовать секса и убедить, что мой муж подозрителен. Возможно, цель у этих действий одна.

— Господин майор, вы пытаетесь подорвать мое доверие к мужу, чтобы сделать меня «женщиной без мужа»?

— Нет. Если бы я хотел этого, проще было бы отправить твоего мужа обратно в армию.

Он может отправить Йохана на фронт, на верную смерть, чтобы отобрать меня. От этих слов у меня похолодело внутри.

— Господин майор.

Майор, одевавшийся, не глядя на меня, замер и обернулся. Я посмотрела ему прямо в глаза и сказала с мольбой в голосе:

— Если мой муж умрет, я тоже умру.

— ......

— Наши жизни связаны.

Майор посмотрел на меня с тем же выражением, с каким Йохан смотрел на женщин, домогавшихся его, и цокнул языком.

— Фанатичка.

Он низвел любовь до фанатичного поклонения. Разве вы, не знающий любви, сможете меня понять? Так же, как я не могу понять вас, готового убить человека ради одной ночи плотских утех.

Я пристально смотрела на него, чтобы убедиться, что он понял мою решимость: всё будет не так, как он хочет. Майор отвел взгляд, небрежно оправил одежду, взял халат и полотенце и вышел из комнаты.

«Надо закончить уборку и уйти, пока он не вернулся снова полуголым».

Я ускорила темп, но майор вдруг остановился в дверях и спросил:

— Йохан Леннер — учитель литературы, так?

Я этого не говорила. Значит, майор навел справки о Йохане. Неприятно. Тревожно. Я только начала думать, что пистолет пригодится скорее Йохану, чем мне, как майор сделал неожиданное предложение.

— Собери всё, что написал Йохан Леннер, и принеси мне. Канцлер как раз ищет человека для написания речей и заявлений. Если тексты твоего мужа хороши, я порекомендую его.

***

Как только майор ушел, я быстро закончила уборку и поспешила к выходу. Солдат, регистрирующий вход и выход у ворот бункера, даже не спросил моего имени.

— Проходите.

Увидев лицо, он просто открыл дверь. Видимо, приказа задерживать меня не было. Какое облегчение.

Грузовик, развозящий рабочих по домам, отправлялся за полчаса до обеда. Оставалось меньше двух часов, но я решила не ждать и пойти пешком.

Снега давно не было, идти по лесу было легко. Только немного страшно из-за того, что до деревни далеко и вокруг ни души.

— О боже, женщина одна в лесу в такой холод?

— Куда путь держите?

— В деревню Эшброн. К пекарне фрау Беккер.

— Нам как раз по пути.

— Садитесь скорее.

К счастью, когда ноги начали уставать, мне встретилась пара, ехавшая в торговый район долины, где я жила, и они подвезли меня.

— Спасибо большое!

Благодаря им я вернулась домой на полчаса раньше, чем рассчитывала.

«Может, отдохнуть полчасика?»

Старый диван сегодня выглядел особенно мягким и манящим, но я отогнала эту ленивую мысль. Полчаса отдыха не повредили бы, но я была слишком взволнована и спешила. Я даже не присела, сразу закатала рукава и встала к плите.

— Ого... Идеально.

Тесто, которое Йохан замесил утром вместо меня, так как меня забрали, отлично поднялось. Я сформировала буханку, положила в чугунный котелок и накрыла полотенцем.

Пока тесто снова поднималось, я не сидела сложа руки. Сварила яйца, взбила сливки, которые вчера дала фрау Бауэр, подготовила другие ингредиенты.

Когда церковный колокол пробил третью четверть часа, я надрезала пышное тесто, посыпала маком и поставила котелок в разогретую печь.

«Как раз вовремя»