Одновременно с вопросом Аслин нож в руке сержанта замер. Не отрывая взгляда от стейка, он ответил:
— Да. Спрашивайте.
— Почему отряд Фенрир прибыл в траншею Кран?
— ......
— Кран находится на передовой, но разве это настолько важный опорный пункт?
Нож снова замер.
Сержант некоторое время молча смотрел на Аслин. Его густые брови слегка приподнялись, словно он спрашивал:
«С чего вдруг ты об этом спрашиваешь?»
Аслин слегка пожала плечами.
— Ну да. Наверняка есть причина, о которой нельзя говорить из соображений безопасности. Я не стану тебя допытываться.
— Да.
Нож снова задвигался.
На этот раз Аслин решила сменить тему.
— Когда отряд Фенрир покинет траншею Кран...
— ......
— Мы ведь больше не встретимся?
— ......
Мужчина по-прежнему молчал.
— Когда я вернусь в Исту и расскажу друзьям из военной академии, что встретила отряд Фенрир, мне никто не поверит. А если ещё скажу, что ходила в отпуск с сержантом-оборотнем и ужинала вместе с ним...
— ......
Аслин, подливая себе вина, усмехнулась.
— Наверное, они решат, что я сочиняю какую-нибудь невероятную историю. Подумают, что участвовала в какой-то грандиозной операции. А мы ведь всего лишь штурмовали одну траншею.
Нож снова замер.
— ...Наверное, так и будет.
— М?
— Вы больше никогда меня не увидите.
— ......?
— Разве что вам очень не повезёт. Не зря же солдаты нас недолюбливают и считают дурным предзнаменованием.
Про отряды особого назначения из оборотней обычно говорили:
«Нож мясника».
Последнее средство, способное решить проблему, с которой не справится обычная армия.
Поэтому встретить на поле боя отряд оборотней означало практически наверняка столкнуться с чем-то грязным и ужасным.
Теперь Аслин понимала, что тревога солдат при виде бойцов отряда Фенрир была вовсе не беспочвенной.
Сержант невозмутимо продолжил резать мясо.
Аслин изо всех сил старалась скрыть растерянность за лёгкой улыбкой.
— Не понимаю, почему ты думаешь, что солдаты вас недолюбливают. Взять хотя бы мой взвод. Они ведь буквально не давали тебе прохода, выпрашивая уроки рукопашного боя.
— Не думаю, что они просят меня обучить их потому, что я им нравлюсь. Если это поможет им выжить, они будут учиться даже у солдат Империи.
— ...Не слишком ли ты себя недооцениваешь? Есть немало солдат, которым ты нравишься именно как человек.
После этих слов и без того острый взгляд сержанта стал ещё пронзительнее.
— Вы разве не читали мою личную карточку?
На этот раз замер и нож в руке Аслин.
Она внимательно посмотрела на сидевшего напротив мужчину. На его губах играла едва заметная улыбка, словно он шутил.
Точнее, он лишь изображал улыбку.
Аслин сама не понимала, почему у неё возникло именно такое ощущение. Она лишь с растерянным выражением лица слушала следующие слова мужчины.
— Операция «Профортрессе».
Это была та самая операция, во время которой бойцы выживали в ледяной крепости, питаясь пленными врагами.
Аслин полностью отложила нож и вилку. Вкус мяса, которое она только что ела, внезапно стал казаться ей отвратительным.
— Разве вам не интересно, что на самом деле произошло во время той операции, младший лейтенант?
— ...Почему ты вдруг заговорил об этом?
Сержант Билеф вытер губы салфеткой. И совершенно без обиняков произнёс:
— Всё равно нам больше не встретиться. Так что можете спокойно спрашивать. Я отвечу.
Это было неприятно слышать.
Сначала Аслин подумала, что он шутит, но тема была слишком уж отвратительной даже для шутки.
Она ответила настороженно:
— Не надо. Мне не интересно.
— Правда? Странно.
Сержант слегка склонил голову набок.
— Все люди-офицеры, которых я встречал до сих пор, без исключения хотели узнать.
Стиснув зубы, Аслин твёрдо произнесла:
— И что мне даст эта информация? Не понимаю, почему меня должно интересовать то, от чего не будет никакой пользы.
Разговор становился всё более тягостным, словно ей приходилось глотать песок. Хотя сержант наверняка прекрасно видел, насколько ей тяжело, он оставался совершенно невозмутимым.
Более того, чем сильнее напрягалась Аслин, тем спокойнее, казалось, становился он.
— Почему же не будет пользы?
— ...Что?
— Знать всегда полезно. Это помогает выжить. Например...
Сержант Билеф задумчиво посмотрел на бокал с вином.
А затем медленно продолжил:
— Например, если знать подробности операции «Профортрессе», это может пригодиться в случае длительной осады.
— Ха!
Аслин резко усмехнулась.
— И чем же это поможет? Получу ценный совет вроде: «Если совсем прижмёт, начинайте есть людей»? Как же полезно.
— Я не говорил, что мы ели людей.
Аслин мгновенно лишилась дара речи.
— Значит, вы всё-таки знали.
«Что именно?»
Аслин мысленно задала себе этот вопрос.
«Что я знала? Слухи? Или правду?»
Сержант Билеф перевёл на неё взгляд. Их глаза встретились. Аслин словно вновь вернулась в тот момент, когда впервые увидела этого мужчину.
И снова почувствовала себя совершенно беспомощной.
Но в глазах оборотня не было ни гнева, ни злобы. Он просто спокойно смотрел на Аслин.
И именно это пугало её сильнее всего.
— ...Я действительно не понимаю, что ты пытаешься мне сказать.
Ведь ещё совсем недавно атмосфера между ними была вполне приятной. Аслин оставалось лишь недоумевать.
Сержант Билеф слегка наклонил голову влево.
— Я хочу сказать, что мы с вами не одинаковые.
С этими словами мужчина достал из-за пазухи нож. Это был тот самый изогнутый клинок, который он обычно носил при себе.
Аслин невольно вздрогнула, но Билеф, не вынимая оружие из кожаных ножен, положил его рядом с серебряным ножом на столе.
— Вот. Как эти два ножа отличаются друг от друга.
Как нож мясника отличается от ресторанного ножа.
— Мы тоже разные.
— ......
— По назначению, внешнему виду, остроте и стоимости. Во всём.
— ......
— Поэтому мы, скорее всего, больше не встретимся. Если только вам не невероятно не повезёт.
Мужчина совершенно спокойно убрал изогнутый клинок во внутренний карман пальто, словно ничего не произошло.
После этого он продолжил есть мясо.
Аслин молча смотрела на него.
Она чувствовала себя так, словно на неё внезапно вылили ушат холодной воды.
Та близость, которую она всё это время сама постепенно выстраивала между ними, в одно мгновение рассыпалась, словно песчаный замок, смытый волной.
Она по-прежнему не понимала, зачем сержант заговорил об операции «Профортрессе».
Он издевался над ней?
Пытался поставить на место невезучего офицера магической армии? Или действительно давал совет, совершенно лишённый злого умысла?
Она не знала даже этого.
Но одно послание сержанта Аслин поняла совершенно ясно.
«Не переходи границу. Мы с тобой принадлежим к разным мирам».
Она едва удержалась от желания немедленно возразить. Язык так и чесался выдать остроумную и убедительную фразу, которая поставила бы этого оборотня на место.
Да что там — даже остроумной она могла не быть.
«Мы с тобой оба солдаты».
Перед поездкой в Париери Аслин сказала кучеру:
— Оборотень тоже человек. Он солдат Союзной армии. И он мой подчинённый.
Значит, она могла просто ответить ему тем же.
«Мы с тобой оба солдаты Исты».
Это было так просто. Сказать подобное совсем не трудно. Ведь слова всегда даются легко. Но сквозь чуть разомкнутые губы вырвался лишь вздох.
Ни единого слова она так и не смогла произнести.
Хуже всего было то, что Аслин сама прекрасно понимала, почему так не хотела отвечать.
Потому что она не могла заставить себя спросить его:
«Ты правда... ел людей во время операции?»
«Что было написано в тех зачёркнутых разделах твоей личной карточки?»
«Сколько ты продал из награбленного у имперских солдат?»
«Если постоянно убивать людей, к этому привыкаешь?»
«Как тебе удаётся не сойти здесь с ума?»
И множество других подобных вопросов. Она действительно не могла их задать.
Потому что не хотела знать ответы.
☽ ─── ❖ ─── ☾
После этого неприятного ужина Аслин вернулась в номер, умылась и легла спать.
Мысли в голове никак не желали успокаиваться.
Она снова и снова прокручивала в памяти их ужин, закончившийся в такой неловкой атмосфере.
Спокойное лицо сержанта, произносившего слова, которые невозможно было понять — оскорблял он её или давал совет.
Обривочные образы и фразы хаотично всплывали в сознании Аслин.
«А стоило ли мне тогда разозлиться?»
