Аслин осознала, что в её воспоминаниях матери почти не осталось места.
Даже холодная мачеха Жанет вспоминалась ей чаще.
От Талии же сохранились лишь обрывочные образы.
Но проблема была не только в Аслин.
Несмотря на то что сегодня была годовщина смерти его бывшей жены, отец Аслин, младший герцог Винтеркраун, отправился на охоту вместе с другими магами.
Слуги тоже, как обычно, встречали Аслин весёлыми и жизнерадостными лицами.
Все забыли.
Забыли, что сегодня годовщина смерти Талии.
Спустя девять лет в этой резиденции не осталось и следа Талии Винтеркраун, сколько бы Аслин ни старалась его найти.
Словно этой женщины никогда и не существовало.
От этой мысли Аслин стало ещё тоскливее.
— Пустота…
Действительно, всё было так бессмысленно.
Жизнь её матери, которая покинула родной дом Анфанте и закончила свои дни здесь, в доме Винтеркраун.
Жизнь женщины, которую толком никто не помнил.
Всё это казалось Аслин таким пустым и печальным.
«…Я никогда не стану такой. Я не покину это место».
Аслин дала себе обещание.
Она не уедет из Белморала.
Станет главой дома Винтеркраун и продолжит славу своих предков.
Обычно одного этого решения было бы достаточно, чтобы Аслин быстро пришла в себя.
Но сегодня почему-то где-то глубоко внутри продолжало щемить сердце.
Она спросила себя: почему?
«Неужели дело в поступлении в магическую академию?
Через полгода Аслин должна была поступить в магическую академию, расположенную в столице Исты — Истариа.
Оставался последний вступительный экзамен, но фактически её поступление уже можно было считать решённым.
И когда она туда отправится…
«Придётся на какое-то время попрощаться и с этим пейзажем».
— Всё-таки странно страдать от тоски по дому за целых полгода до поступления.
Фыркнув, Аслин надула губы.
Затем снова дала себе обещание.
На этот раз вслух:
— Возьми себя в руки, Аслин Винтеркраун. Ты уже не ребёнок. Если хочешь стать главой дома Винтеркраун, должна вести себя соответственно.
Она подняла левую руку и протянула её в сторону озера.
[Бореас.]
Вместе с заклинанием над её левой ладонью мягко засиял голубой магический контур, а по поверхности воды пробежала лёгкая рябь.
Так, коротая время простыми заклинаниями у озера, Аслин вдруг услышала нечто совершенно чужеродное и тревожное.
«Р-р-р?..»
Низкое рычание зверя.
Причём это был не маленький зверёк вроде лисы или барсука.
Рычал крупный хищник.
Аслин отвела взгляд от воды и осторожно обернулась.
И едва повернулась, как от неожиданности застыла.
— …Что это ещё такое?..
Перед ней стоял огромный чёрный зверь.
Его шерсть была темнее самой густой тени, а на фоне этой черноты ярко выделялись жёлтые глаза.
Казалось, будто в залитой солнцем местности именно там, где находился зверь, свет полностью исчезал.
С первого взгляда он напоминал то ли волка, то ли одичавшую собаку.
Аслин сглотнула.
«С такими размерами это может быть даже монстр. Вроде Цербера».
Для обычного зверя, обитающего в лесу, он был слишком огромным. Даже находясь на приличном расстоянии, он заставлял Аслин чувствовать исходящее от него давление.
Если это внезапно появившееся существо действительно окажется монстром, всё станет очень серьёзно.
Если не проявить максимальную осторожность…
Аслин конец.
«Сначала использовать заклинание связывания?
Или сразу применить магию разрушения?»
Но она никогда не пыталась применить магию разрушения против настолько крупной цели.
Пока Аслин лихорадочно оценивала возможные варианты, произошло нечто совершенно немыслимое.
— Кииииин…
Неизвестный чёрный зверь издал чрезвычайно странный звук.
Похожий на скрип ржавых петель старой железной двери.
Одна бровь Аслин сама собой поползла вверх.
— Что с тобой?
— Кииииин… Кхм-м…
Зверь снова издал странный звук, а затем медленно замахал из стороны в сторону своим невероятно толстым хвостом.
«Если он меня этим хвостом ударит, синяк точно останется».
Ладони Аслин вспотели.
Она совершенно не понимала, что задумало это существо.
И именно поэтому ей было страшно.
Так было неудивительно, ведь Аслин никогда особо не интересовалась ни животными, ни монстрами.
Разумеется, благодаря её отцу, младшему герцогу Винтеркрауну, который любил охоту, в герцогской резиденции было немало лошадей и охотничьих собак.
Но Аслин оставалась к ним совершенно равнодушна.
Она знала, сколько лошадей в конюшнях и сколько гончих в вольерах, но не знала, какой у каждой из них характер и как их зовут.
Да и не испытывала особого желания это выяснять.
С монстрами было то же самое.
Для Аслин такие уродливые существа были всего лишь объектами изучения.
Ей было достаточно прочитать об их особенностях в книгах. В отличие от некоторых необычных магов, она никогда не испытывала к самим монстрам никакого интереса.
Однако сейчас, столкнувшись с этим странным существом лицом к лицу, Аслин поняла:
Есть вещи, которые невозможно узнать из книг.
«Почему оно издаёт такие странные звуки и ведёт себя так необычно?»
Пока Аслин растерянно наблюдала за зверем, тот медленно двинулся к ней.
— Н-не подходи.
Голос Аслин тонко дрожал.
От её обычного спокойствия не осталось и следа.
Но зверь не обратил внимания на её отчаянную просьбу и продолжил медленно приближаться.
Топ. Топ.
Тяжёлые лапы приминали луговую траву.
— Я сказала, не подходи!
Аслин резко вытянула левую ладонь вперёд и пронзительно крикнула.
Только тогда зверь остановился.
— Вот. Вот так. Оставайся там. Умница.
Стоило Аслин произнести последнее слово, как…
— Хе.
Она уже думала, что ничего более удивительного произойти не может.
Но ошибалась.
Собака, некоторое время неподвижно стоявшая и медленно помахивавшая своим толстым хвостом, вдруг припала к земле.
А затем, распластавшись на траве, перевернулась на спину и продемонстрировала Аслин чёрное брюхо.
— …Что это ещё такое?
Даже Аслин, совершенно не разбиравшаяся в животных, понимала, что ситуация становится всё более странной.
«Он не собирается нападать? Нет. Это даже не просто отсутствие намерения напасть. Это настоящий жест покорности».
— Кхм…
Лёжа на спине и помахивая хвостом, зверь пошёл ещё дальше.
Он широко оскалился, словно улыбаясь Аслин.
Аслин мысленно покачала головой.
«Ещё чего. Улыбается он. Разве звери умеют улыбаться? Только взглянуть на эти белые зубы, способные нанести смертельную рану от одного прикосновения. Ужасные зубы, похожие на металлическую пилу с неровно сомкнутыми зубьями».
«Возьми себя в руки, Аслин Винтеркраун».
Аслин изо всех сил старалась снова крепко ухватиться за нить здравого рассудка, которая вот-вот готова была выскользнуть из рук.
Но все попытки максимально «объективно» оценить ситуацию быстро теряли смысл перед этим похожим на огромную собаку зверем с таким добродушным выражением морды.
Похожим на собаку.
Да.
Он действительно был похож на огромную собаку.
И тут в голове Аслин внезапно промелькнула одна мысль.
«Кстати, кажется, собака дядюшки Бена была примерно такого же размера».
Она вспомнила пса лесничего Бена, умершего от старости много лет назад.
Тогда Аслин была ещё совсем маленькой, поэтому воспоминания сохранились лишь смутные.
Но ей почему-то казалось, что внешне тот пёс был примерно таким же.
«Может, они одной породы».
Аслин с сомнением в голосе спросила:
— …Ты действительно собака?
Глупый вопрос.
Кто станет задавать животному вопрос, ожидая ответа?
Но Аслин говорила совершенно серьёзно.
Потому что ей всё сильнее казалось, что зверь перед ней понимает человеческую речь.
И она не ошиблась.
— Воф!
Лежащая собака тихо гавкнула.
Её толстый хвост, похожий на метлу, продолжил энергично двигаться из стороны в сторону, смахивая траву и кусты у берега озера.
— Ой! Ты меня напугал.
Несмотря на укоризненные слова, уголки губ Аслин сами собой поползли вверх. Она уже несколько раз мысленно напоминала себе, что нельзя ослаблять бдительность.
Но почему-то существо перед ней становилось всё более дружелюбным.
«Похоже, и правда собака».
По крайней мере, монстром оно быть не могло. Если бы это был монстр, он давно бы уже напал на Аслин.
Вероятность того, что перед ней дикий зверь вроде волка, тоже была невелика.
Аслин вспомнила энциклопедию, которую когда-то читала.
«Волки ходят стаями. А этот один. И он вовсе не похож на отбившегося от стаи».
Так Аслин нашла ответ.
Это собака!
Причём очень-очень большая собака!
— Эй, пёс.
— Кхм.
— Ты откуда пришёл?
Собака слегка склонила голову набок, словно не понимала, о чём её спрашивают.
Увидев эту своеобразную попытку проявить милоту, Аслин ещё сильнее убедилась, что перед ней не дикое животное, а приручённая собака.
— …Но хозяин у тебя точно есть.
Проблема заключалась в том, что поблизости не было ни одной другой виллы или дома.
Всё вокруг — от берега озера до самого леса — принадлежало дому Винтеркраун.
Наверняка пёс заблудился где-то далеко и каким-то образом добрался сюда.
«Что же делать?»
На самом деле решение было очевидным. Можно было просто оставить всё лесничему Бену и уйти.
Он сам нашёл бы хозяина собаки.
Аслин совершенно не обязательно было утруждать себя такими хлопотами. Но почему-то её это беспокоило. Пусть животное и не умеет говорить, но оно явно было приучено к людям.
И тут Аслин пришла в голову одна мысль.
«Раз уж он забрёл на территорию дома Винтеркраун, мы в какой-то степени несём за него ответственность».
И, поддавшись этой мысли, Аслин совершила нечто совершенно необычное — то, чего никогда прежде не делала за всю свою жизнь.
