Онлайн чтение книги Небылица Мачехи A Stepmother's Fairy Tale
Глава 71

— Ты... — я собиралась спросить, как это оказалось у него, но голос сам собой прервался.

Это не важно. То есть, это действительно не имеет значения. Разве я не знаю, что копание в подобных вещах — всего лишь попытка уклониться от сути проблемы.

Джереми неподвижно сидел на месте, пристально глядя на меня.

В темноте его изумрудные глаза, глубокие и спокойные, казались одновременно знакомыми до боли и совершенно чужими.

А тем временем бриллиантовое ожерелье в его руке равнодушно сверкало белым светом.

Белая платиновая цепочка, двенадцать тяжело свисающих бриллиантов, крошечное украшение в виде белого орла — всё это вспыхивало, словно посылая какой-то многозначительный сигнал.

Дыхание участилось, и в следующий момент слова сами собой понеслись потоком:

— Я всё равно собиралась тихонько вернуть его, чтобы никто не узнал. Зачем Теобальд прислал мне такой роскошный подарок? Ума не приложу! Мне он ни к чему. Не хотела тебя волновать, потому и не говорила. Что у них там в голове? Сама не понимаю! Прислали по своей воле... Может, я что-то не так сделала? Но я ведь...

— Погоди, погоди...

— Конечно, из-за того, что было три года назад, это выглядит подозрительно, но ты же знаешь, что я давно не обращаю на них внимания. Это не было для меня каким-то драгоценным символом, я просто ждала подходящего момента...

— Сури!

Если бы Джереми не перебил меня этим резким криком, не схватил за плечи и не уставился на меня с неописуемым выражением лица, я бы, наверное, продолжала нести чепуху, сама не понимая, что говорю.

Тело дёрнулось, и дыхание перехватило.

— Что с тобой?

— А?

— Я спрашиваю, что с тобой? Я тебя пугаю?

Пугаю?.. Наш Джереми пугает меня?

Я часто заморгала, судорожно глотая воздух. Язык, который только что болтал без умолку, вдруг окаменел, будто онемел.

Паника, что накатила волной, понемногу отступала, и только тогда я пришла в себя.

Боже, что за дурацкое поведение. Что это я только что ляпнула перед старшим сыном?

Джереми снова заговорил. Его голос, мягкий и в то же время почему-то тревожный, тихо коснулся моего слуха:

— Я знаю, что никто, кроме Теобальда, не мог просто так отправить тебе такой подарок. Я просто спросил для подтверждения.

— А, да, конечно. Это очевидно.

Я попыталась улыбнуться и отвернуться, но Джереми не собирался отпускать мои плечи.

Вместо этого он вперился в меня пронзительным взглядом и вдруг огорошил вопросом, которого я никак не могла ожидать:

— Сури, а отец... он когда-нибудь обижал тебя?

— Что?

На мгновение я ошарашено уставилась на его лицо, не понимая, откуда взялся такой вопрос, но тут же резко покачала головой.

— Что за глупости? Конечно, нет. Ты же знаешь, твой отец...

— Я знаю, каким человеком был мой отец. И я также знаю, что люди не всегда остаются неизменными. Так что скажи мне, он когда-нибудь хотя бы раз поднимал на тебя руку или вёл себя грубо?

В его медленно сужающихся зелёных глазах мерцал знакомый мне огонёк.

Как я выглядела минуту назад, что он задаёт такой вопрос? Более того, я сама не понимала, почему так отреагировала.

Может, я на секунду перепутала его с кем-то из-за того сна?

Но даже если так, почему это вызвало такую панику? Ведь это было так давно, да и дело-то пустяковое, я даже толком не помню.

На самом деле это была ерунда. В самом начале нашего брака, кажется... кто-то прислал мне браслет с рубином анонимно, и я, не зная, что с ним делать, просто спрятала его в дальний ящик, а муж нашёл его.

Я вышла замуж совсем юной и многого не понимала, и только тогда осознала, что все мои поступки, большие и маленькие, неизбежно станут известны мужу.

Какой муж останется спокойным, узнав, что кто-то тайком посылает его жене такие подарки?

Я уже не помню точно, что тогда произошло, но это было действительно несерьёзно...

— Такого просто не могло быть. Джереми, твой отец был ко мне безмерно добр. Не знаю, с чего ты вдруг заговорил об этом, но я просто...

— ...

— Кхм-кхм, я просто запаниковала, что ты опять разозлишься и захочешь выбить зубы Теобальду.

Джереми ничего не ответил. Казалось, он даже перестал дышать. Я же чувствовала себя невероятно неловко.

Говорят, перед детьми и святую воду не пьют. Моя глупая вспышка едва не оскорбила память об их отце. Ну разве не идиотизм?

— Это правда всего лишь такая ерунда, так что не думай ничего странного. Но как ты вообще это нашёл?

— Я зашёл в твой кабинет, потому что мне нужно было взять... то есть найти кое-какие документы, и случайно обнаружил это.

Он ответил удивительно быстро, а теперь хмуро уставился на ожерелье в руке, будто готовый перерезать нить в любую секунду.

— Думаю, лучше, если я его верну.

— М-м, не уверена, что это хорошая идея...

— Почему? Боишься, что я действительно выбью тому типу зубы?

— Не то чтобы это меня совсем не беспокоило.

— Я верну его вежливо, так что не переживай. И мне кажется, лучше, если это сделаю я, а не ты. Этот тип слишком коварен, никогда не знаешь, что у него на уме.

Звучало разумно. Если бы я сама вернула ожерелье и кто-то случайно увидел, это могло бы стать настоящей проблемой.

Я старалась не думать о возможности, что Теобальд всё ещё питает ко мне те самые чувства, но, судя по ситуации, нельзя было оставлять и тени сомнения.

— Ладно. Тогда иди спать. Завтра важный день. Обсудим всё после того, как всё закончится.

Не знаю, правильно ли он понял мои слова, но Джереми ещё немного пристально смотрел на меня, прежде чем покорно подняться.

— Кстати, Сури.

— Да?

— Ты всё ещё считаешь, что не стоит обращать внимания на то, что говорят чужие люди?

Этот неожиданный вопрос заставил меня на мгновение задуматься, но я тут же твёрдо кивнула.

— Ты сам часто так говоришь. Конечно.

— Хорошо. Спокойной ночи, Сури.

Губы, коснувшиеся моего лба, были горячими. После ухода Джереми я снова легла на кровать и закрыла глаза.

Мне казалось, что я сейчас отличаюсь от той себя, что была раньше, но, похоже, ничего не изменилось. Разве что отношения с окружающими.

Но как бы они ни изменились, как я могу рассказать Джереми о всём, что было между мной и его отцом?

Йохан женился на мне только потому, что я была похожа на его первую любовь. Более того, я не была хорошей женой, и мои отношения с детьми тоже нельзя было назвать идеальными.

Поэтому я часто нервничала по пустякам. Из-за страха, что меня могут в любой момент отвергнуть... Это было так естественно.

Возможно, даже сейчас всё осталось по-прежнему.

* * *

В последний день турнира по фехтованию с утра небо затянули тяжёлые тучи, словно вот-вот прольётся дождь. Всё точно так, как я помнила.

И, как и в моих воспоминаниях, сколько бы ни хмурилось небо, количество зрителей и их воодушевление оставались прежними.

В полуфинале участвовали четыре человека: Джереми, Нора, один воин — командир гвардии из Сафавида, и один рыцарь из Тютонии.

Как будто по сговору, два наших и двое иностранцев должны были сразиться друг с другом.

Полуфиналы прошли удивительно быстро.

Для меня, помнившей эти события, в этом не было ничего неожиданного, но остальные зрители Империи, охваченные внезапным приливом патриотизма, начали сходить с ума от восторга.

Я уже беспокоилась, что же будет, когда закончится финал.

— Сударыня, попробуйте это. Шукрим очень сладкий.

Моя бывшая невеста, принцесса Генрих, подошла к моему месту на трибуне.

Её фиолетовые глаза казались ещё ярче из-за пурпурного платья.

На подносе в руках горничной лежали изящные пастельные пирожные шукрим.

— Благодарю вас, юная леди.

— Надеюсь, вам понравится. Наша Мая — большая мастерица. Кстати, как вы думаете, кто станет победителем? Конечно, вы будете болеть за сына?

— Конечно, но кто бы ни победил, мы все должны его поздравить.

— Я подарила платок сэру Джереми на удачу. Так что поддерживайте его, чтобы он обязательно победил.

Пока Охара говорила это слащавым тоном, Рэйчел, до сих пор безучастно смотревшая вперёд, вдруг подняла руку и начала размахивать ею в воздухе. Я удивилась.

— Рэйчел? Что случилось?

— Ничего. Просто кто-то тут жужжит, будто муха.

Кажется, только эти две продолжают воспроизводить былую вражду.

Разумеется, Охара тут же нахмурилась и бросила на мою дочь ядовитый взгляд.

Но когда вспыльчивая Рэйчел в ответ уставилась на неё, та мгновенно сделала невинное лицо.

— Леди Рэйчел, вы это мне?

Рэйчел, словно только и ждавшая этого, ответила. То есть, совершенно невпопад.

— Принцесса Охара, вам нравится моя мама?

— Что?

— Мне кажется, вы давно за ней присматриваете. Но я, конечно, как и мой бесцеремонный старший брат, люблю маму больше всех на свете, так что вам будет трудно её у меня отобрать. Такие взятки, как платки, не сработают.

— Пфф!