Онлайн чтение книги Небылица Мачехи A Stepmother's Fairy Tale
Глава 72

Леон, до этого тихо анализировавший поединок с видом острого интеллектуала, вдруг торопливо прикрыл рот, сдерживая смех.

В отличие от него, Элиас, известный всем как ветреник, отреагировал на удивление сдержанно: просто не проявил никакой реакции и сменил тему.

— Если мой брат станет победителем, я сожгу свою ладонь. Нет, я потребую объяснений у богов, которые допустили такой ужасный исход! И так этот человек считает себя пупом земли, а тут ему еще и тему для хвастовства на несколько лет вперед подарят, что за бред!

— Элиас. Неужели нельзя проявить хоть немного поддержки в адрес брата, для славы семьи и дома?

— А зачем мне? Если он проиграет, я смогу как следует над ним потешиться...

— Значит, будешь болеть за Нору?

— Да с ума я сошел! Если бы я родился на несколько месяцев раньше, я бы сам участвовал и поставил бы этих двоих на место! Разве не так?

На эти пустые хвастливые слова Элиаса Леон лишь одарил его раздраженно-насмешливым взглядом, отчего Элиас демонстративно надулся.

Зрелище было не из приятных, поэтому я поспешно перевела взгляд на герцогиню Генрих, возвращавшуюся в свою ложу.

Рэйчел, которая показала язык вслед герцогине, встретилась со мной взглядом и подмигнула. «Ну вот, даже ругать неудобно выходит...»

Место, где сидела наша семья, находилось слева, прямо под ложей императорской семьи. Рядом с нами оказались принц Али аль-Паша и другие иностранные гости.

Справа расположилась семья герцога Нюрнберга, и, в отличие от нашей немногочисленной семьи, их многочисленные голубоглазые родственники заняли каждый свободный стул, создавая несколько давящую атмосферу.

Будучи единственным наследником, на Нору, должно быть, возлагают огромные надежды. Но, будь я на его месте, мне бы стало не по себе...

— Наш воин явно не дотягивает до нужного уровня. Честно говоря, я тоже хотел бы участвовать в этом турнире, но, похоже, правильно сделал, что решил подождать еще четыре года.

Это сказал принц Али, сидевший рядом с нами, его янтарные глаза сверкнули.

Учитывая, что участвовать можно лишь раз в жизни, было мудро не поддаваться азарту и отложить выступление на будущее.

Рэйчел, внимательно слушавшая его, тоже сверкнула глазами и улыбнулась.

— Воины Сафавида тоже не уступают. Мне бы очень хотелось увидеть, как сражается ваш принц.

— Благодарю за такие слова. Впрочем, сейчас мы явно уступаем, так что я буду рад поддержать вашего брата в его стремлении к победе.

«Ого, вот это заявление».

Ну что же, стоит мысленно почтить память того несчастного воина, который только что получил жесткую оценку от собственного принца. Хотя дойти до полуфинала — уже большое достижение.

В любом случае, если мои воспоминания верны, через четыре года принц Али не сможет участвовать в турнире. Потому что к тому времени Сафавид и наша империя уже вступят в холодную войну...

— Как же я скучаю по тем временам, когда члены императорской семьи сами участвовали в турнирах.

Я повернула голову и мельком взглянула на императорскую ложу.

Его Величество император, сидевший на возвышении, покачал головой и с явным сожалением пробормотал эти слова, а наследный принц Теобальд, сидевший рядом, ответил смущенной улыбкой.

В отличие от него, принц Ретран, сидевший рядом с императрицей, то ли не расслышал, то ли проигнорировал эти слова, но его глаза сверкали от возбуждения.

— Нора победит! Так ведь, мама?

— Придержи язык, принц. Эта мать не желает поддерживать ни заносчивого племянника, ни высокомерного льва.

— А я смогу когда-нибудь участвовать, как Нора? Если буду стараться?

— В вопросах вкуса, связанных с этим, осведомлена скорее мать тех львов, что там высокомерно расселись. Что скажешь, леди Нойванштайн?

Вот она, наша императрица. Как обычно, тут же перенаправила стрелы в мою сторону, словно этого и ждала.

Я пристально посмотрела на Елизавету, сверлящую меня взглядом, и ответила:

— Почему бы и нет? Его Высочество Ретран еще молод и полон потенциала.

— Ого, ты правда так думаешь? Леди Нойванштайн говорит, что у Ретрана есть потенциал. Как вы на это смотрите, Ваше Величество?

Император, изящно отхлебнувший вина, сделал вид, будто не понимает, почему стрела внезапно полетела в его сторону, но все же милостиво ответил:

— Если принц желает, мы можем назначить ему нового учителя фехтования. При условии, что он не бросит на полпути.

Пока принц Ретран сиял от счастья, Елизавета больше не проронила ни слова. Вместо этого она прикрыла рот веером и бросила мне едва заметную улыбку.

Я тоже улыбнулась, стараясь не замечать пристальный взгляд Теобальда.

В то же время прозвучал громкий рог, возвещающий конец перерыва, и под оглушительные крики, наконец, начался долгожданный финал.

Два рыцаря одновременно поднялись на самую большую площадку в центре арены. Мой старший сын и его друг. Разумеется.

Оба были облачены в полные рыцарские доспехи, но под хмурым небом их фигуры сегодня, казалось, особенно контрастировали.

Джереми, с его ослепительными золотыми волосами и серебристыми доспехами, выглядел еще светлее обычного. А Нора, с черными волосами и темно-синими доспехами, казался еще мрачнее.

В любом случае, я сохраняла спокойствие, ведь не надо было мучиться выбором, за кого болеть. В конце концов, поединок должен был завершиться вничью.

Даже если что-то пойдет не по плану, друзья, сражающиеся на равных, — что может быть приятнее?

— Что они там шепчутся? Разве это время для дружеских бесед?

Элиас фыркнул.

Действительно, едва судья поднял белую табличку, сигнализируя о начале поединка, оба не только не начали сражаться, но даже поправили шлемы, продолжая говорить.

Точнее, Джереми что-то говорил Норе.

Через мгновение Нора, до этого казавшийся погруженным в молчание, внезапно с яростной силой взмахнул мечом, и раздался гром.

Буквально в одно мгновение все вокруг осветилось, и с неба грянул оглушительный удар грома! Крики раздались со всех сторон.

— А-а-а!

Я в изумлении наблюдала, как принц Али, машинально обняв Рэйчел, поспешно отстранился. Рэйчел, вскрикнувшая от неожиданности и оказавшаяся в объятиях иностранного принца, неловко выпрямилась.

К счастью, Джереми успел увернуться от удара Норы.

Теперь рыцари, не обращая внимания на грохочущее небо, яростно скрестили клинки.

Точно так же, как в моих воспоминаниях. Или даже яростнее.

В стиле Джереми чувствовалась мощь, но при этом изящество и красота, недоступные другим.

В то же время манера Норы была неожиданно грубой для благородного рыцаря. Достаточно, чтобы заслужить прозвище «не просто волк Нюрнберга, а голодный волк». И не зря — ведь именно после этого поединка он и получил это прозвище.

Но сейчас они выглядели почти равными.

— Это невероятно...

Леон прошептал это как стон. И был прав.

Семь раз. Уже семь раз.

Поединок внизу уже седьмой раз заканчивался патовой ситуацией.

Если трибуны сначала взорвались горячими воплями, теперь они погрузились в абсолютную тишину.

Все затаили дыхание, сжимая потные ладони, объединенные зрелищем грандиозного противостояния.

Даже судья, объявивший уже седьмую ничью, казался растерянным. Как, впрочем, и я.

По идее, сейчас должен был быть объявлен четвертый пат, и исход поединка должен был быть решен. То есть, император должен был вынести вердикт.

Но Его Величество, похоже, тоже поддался азарту яростного поединка, и, как и все остальные, с напряженным лицом не сводил глаз с арены.

Зрелище и правда было впечатляющим.

Многие участники турнира отдавали все силы в поединке.

Но найти двух бойцов, способных устроить столь смертоносную и равную схватку, о которой будут говорить еще долгие годы, было крайне редким явлением.

Уже семь раз они сходились, и, казалось, не уставали. Едва судья поднял табличку, они снова бросились в бой.

Оба теперь держали мечи двумя руками, их движения стали настолько быстрыми, что глаз не успевал следить.

Клинок Джереми стремительно опустился вниз, но Нора парировал. Короткая борьба, и они снова встали в стойку.

Если кто-то из них получит травму...

Мой тревожный взгляд скользнул к ложе герцога Нюрнберга.

Герцогиня побледнела, крепко сжав руки, а сам герцог, сжав кулак на колене, напряженно всматривался в происходящее.

БУМ!

Гром грянул снова, кто-то вскрикнул.

Я снова устремила взгляд вперед. Уже начинал накрапывать дождь. Сейчас должны объявить результат...

— У-у-ух...

Элиас вздохнул и сжал мою руку. Его ладонь была такой же влажной, как и моя.

В поле нашего зрения Нора размахивал мечом с пугающей скоростью и силой, а Джереми парировал с не меньшей яростью.

Настоящая битва зверей, схватка льва и волка!

— Пожалуйста, хватит...

Из моих губ вырвался стон, и в этот момент раздался грохот. В тот же миг редкие капли дождя превратились в ливень, обрушившийся на зрителей.

Вода заливала глаза, все вокруг расплывалось.

Я протерла глаза и резко вскочила. Элиас, машинально последовавший моему примеру, бормотал что-то, прикрывая мне голову ладонью.