Внимательно посмотрев на свою руку, зажатую в ее ладони, Бо Сон вдруг перевернул ее.

И теперь уже он крепко держал Сон Джу за запястье.

Крупная ладонь скользнула по ее руке, словно поглаживая.

— Что... вы делаете?

Внезапное движение Бо Сона застало Сон Джу врасплох.

Глядя в ее округлившиеся глаза, Бо Сон спокойно произнес:

— Вы же сами просили проколоть палец. Раз уж делать, то по всем правилам. Не так ли?

Несколько раз проведя рукой по ее тонкому предплечью, Бо Сон обхватил запястье.

— Температура тела понижена, руки ледяные. Кроме озноба, есть еще какие-нибудь симптомы?

— Ведете себя как настоящий врач.

— Вряд ли такие слова стоит говорить человеку, который только что заявил, что «пластический хирург — тоже врач».

— Ну, это да.

— Тем более, что таким базовым вещам учат еще в мединституте.

Бо Сон крепко сжал ее большой палец.

— Хотя, конечно, прокалывать пальцы при несварении там не учат.

Но он видел, как это делают.

Он точно помнил, как мама крепко сжимала большой палец младшего брата.

Вспомнив это, Бо Сон с силой сдавил палец Сон Джу. Настолько сильно, что невооруженным глазом было видно, как прилила кровь.

— Полегче...

— Чуть кольнет.

— ...Ай!

На кончике пальца выступила темно-красная капля крови.

Возможно, это было самовнушением, но Сон Джу показалось, будто тугой ком в солнечном сплетении немного рассосался.

Промокнув кровь ваткой, Бо Сон взялся за ее левую руку.

Сон Джу попыталась его остановить:

— А, здесь не надо.

— Раз уж начали, надо довести до конца.

Словно поставив перед собой цель, Бо Сон снова провел рукой по ее предплечью. Затем, перехватив запястье, надавил на большой палец.

Бо Сон негромко произнес:

— Снова кольнет.

На этот раз крови вышло чуть больше, чем в первый раз.

Бо Сон быстро вытер ее и прижал ватку, останавливая кровь.

— Ну как?

— Вроде получше.

Под ногтями больших пальцев пульсировала тупая боль.

Зато в солнечном сплетении стало заметно легче. Почувствовав подступающую отрыжку, она отвернула голову.

Его большая рука последовала за ней и легла ей на лоб.

— Жара нет, только руки холодные.

Затем рука переместилась на спину.

Бо Сон мягко провел ладонью по спине Сон Джу.

Странное чувство — не то поглаживание, не то похлопывание.

Орыг.

— Ой.

Сон Джу прикрыла рот рукой.

— Всё нормально, давайте еще.

— Хватит гладить. Хватит... ик!

Отрыжка последовала за отрыжкой.

Кончики ее ушей вспыхнули.

Глядя на смущенную Сон Джу, Бо Сон чуть заметно улыбнулся.

А если присмотреться, в ней есть что-то забавное и милое.

— Полегчало?

— ...Да.

— Вот и славно.

Бо Сон убрал за собой. Ватки и ланцет он аккуратно завернул и выбросил в урну, после чего вымыл руки в небольшой раковине.

Пока он стряхивал с них воду, Сон Джу незаметно подошла ближе.

— Благодаря вам мне стало намного лучше.

— Впредь не ешьте так быстро. От сильного несварения даже таблетки не всегда помогают.

Бо Сон принялся ворчать, словно читая нотации.

Для него, не терпящего вмешательства ни в свои, ни в чужие дела, это было совершенно нетипично.

— И еще. В тот день, когда вы попали под дождь, вы что, не приняли сразу горячий душ?

— Приняла.

— Значит, у вас слабый иммунитет? Или вы просто склонны к простудам?

— Да нет, вроде ни то, ни другое.

— В любом случае, будьте осторожнее в будущем.

— Вы что, за меня переживаете?

Эти слова мгновенно вернули его с небес на землю.

— С чего бы мне за вас переживать.

Кхм-кхм. Бросив эту фразу, Бо Сон направился к двери.

— Чхон Бо Сон, подождите!

Сон Джу, к которой уже вернулся здоровый цвет лица, поспешно его окликнула:

— Не хотите поужинать?

— Поужинать?

— Я тут рисовую кашу сварила, чтобы лекарство выпить, но получилось слишком много.

Сон Джу подняла обе руки и показала большие пальцы вверх.

— И за то, что палец прокололи, спасибо. Да и каша у меня получается очень даже ничего.

Если так посмотреть, она умеет обезоруживать людей.

— Это куриная каша.

Звучит почти как соблазнение.

— Потребление белка — это ведь очень важно.

Как человек, следящий за своим телом, Бо Сон, конечно, не мог не отреагировать на упоминание белка.

— Сегодня я его так и не поел, но...

— Ну так что, протеиновый перекус?

Из-за этого он едва не выпалил «согласен».

С трудом взяв себя в руки, Бо Сон невозмутимо произнес:

— Ну, раз уж вы так старались, варили...

К тому же сегодня он действительно не ел белка. Так что поесть куриной каши ради восполнения питательных веществ было бы неплохо. Пусть даже там больше углеводов, чем белка.

— Мне только в тарелки положить, так что садитесь пока.

И вот они снова сидели друг напротив друга.

Обычно он не поддавался чужому влиянию, но, как ни странно, рядом с Юн Сон Джу ему казалось, что им постоянно манипулируют.

Перед ним с гордым видом поставили тарелку куриной каши, щедро усыпанную кусочками курицы. Выглядело аппетитно.

Так что для начала отбросим все лишние мысли, поедим, а там видно будет.

— Вам, Бо Сон, я положила побольше мяса.

А вот в тарелке самой Сон Джу курицы почти не наблюдалось.

— Не слишком ли вы всё мне отдали?

— После той говядины я ем впервые. Так что осторожность не повредит.

Получается, за последние три дня это была ее первая еда. И оба раза она делила трапезу с Бо Соном.

— Ешьте.

Каша была не обжигающей, а приятно теплой.

Они ели в тишине, не переговариваясь.

И всё же причина, по которой Бо Сон снова согласился разделить с ней еду, крылась в «отсутствии дискомфорта».

Да, она постоянно в чем-то мешала и доставляла хлопоты, но, как ни странно, он не испытывал к ней ни неприязни, ни дискомфорта.

Доев свою порцию, Бо Сон отложил ложку.

Сон Джу, осилившая лишь половину, встала и принесла две чашки чая.

— Это сливовый чай.

— Я не просил.

— Считайте это десертом.

Сон Джу сделала глоток теплого сливового чая.

Бо Сону же достался стакан холодного чая, доверху наполненный льдом.

Раз уж принесла, надо хотя бы попробовать. Он отпил немного.

Сон Джу, опершись локтями о стол, подалась всем телом в его сторону:

— Ну как? Вкусно?

— Освежает, очень даже.

— Я тоже люблю пить холодный, но сегодня придется обойтись так.

С грустным видом Сон Джу сделала еще один глоток.

А затем, посмотрев на него с теплотой, сказала:

— Спасибо за сегодня. И за то, что лекарства принесли, и за то, что поели со мной.

— Было бы за что благодарить.

Ответив с напускным безразличием, Бо Сон отвернулся.

Но всё его внимание было приковано к Сон Джу.

— С самого поступления в университет я живу одна. Я не из тех, кто сильно страдает от одиночества, так что обычно мне нормально. Но странное дело: когда болеешь, на душе становится как-то паршиво. И одиноко, и немного тоскливо.

— Даже если кто-то будет рядом, это ничего не решит. Боль за вас никто не перенесет. В конечном итоге, справляться всё равно придется самой.

Он говорил так, но и сам порой испытывал подобные чувства. И признавать это было весьма неприятно.

Поэтому проще было сразу принять тот факт, что жизнь — это путь одиночки. Тем более что такие дни выпадают всего пару раз в год.

Но Сон Джу думала иначе:

— Согласна. Чужую боль не заберешь, и справляться надо самой. Но всё равно, когда кто-то рядом, мне становится легче. Если я знаю, что за меня переживают, на душе становится тепло и спокойно. Сегодня вы, Чхон Бо Сон, стали для меня таким человеком.

Он знал, что она девушка прямолинейная, но от такого откровенного признания ему стало не по себе.

Эта атмосфера была... не то чтобы неприятной, но жутко неловкой. Бо Сон к такому не привык.

— Ваши родители, видимо, далеко живут?

Он бросил эту фразу просто так, чтобы сменить тему. Но Сон Джу восприняла это как продолжение разговора и ответила совершенно естественно:

— Да, далеко. Очень далеко.

Вспомнив о родителях, она едва заметно улыбнулась.

— Они оба очень занятые люди. И если уж что-то задумали, обязательно доводят до конца. Если подумать, в детстве мы даже ни разу не ездили в обычный семейный отпуск.

— Наверное, было очень обидно.

— Даже не знаю. А было ли мне обидно?

Сон Джу пожала плечами.

— Не уверена. Ничего такого в голову не приходит. По крайней мере, они никогда не давали мне повода чувствовать себя обделенной. Да, они часто пропадали на работе, но отчасти это была специфика их профессий, и я получила от них много хорошего. К тому же они всегда подробно всё объясняли. Так что никаких психологических травм у меня нет. Скорее, я их во многом уважаю.

— И как это называется? Психологическая защита? Самооправдание?

— Обычно это называют позитивным мышлением.

— А.

Сон Джу внимательно посмотрела на Бо Сона.

А ведь если приглядеться, разрез глаз у него и впрямь очень привлекательный.

И хотя он не подавал виду, было заметно, что он внимательно ее слушает. Если копнуть поглубже, в этом человеке наверняка скрыто немало душевного тепла.

— А что насчет вас, Чхон Бо Сон? Вам нравится жить одному?

— Ну, как видите.

— А родители или братья-сестры?

— Вы что, мне допрос устраиваете?

— Мне просто интересно.

Хоть он и ответил резко, но раз ей «просто интересно», решил не скрывать:

— У меня есть младший брат. Живет с родителями в Сеуле.

— Он похож на вас?

— Полная противоположность.

— О, значит, он общительный и ласковый.

Бровь Бо Сона недовольно поползла вверх.

Заметив его недовольный вид, Сон Джу усмехнулась.

— Из всех возможных профессий почему вы выбрали именно пластическую хирургию?

— Потому что там много платят.

Как ни крути, но это было правдой.

— А вы? Почему именно дикие животные? Открой вы свою ветклинику, зарабатывали бы больше и жили бы спокойнее.

— Да нет какой-то особой причины. Просто мне хотелось быть полезной тем животным, которые нуждаются в помощи, а не тем, о ком уже и так заботятся.

— Значит, я тут один меркантильный.

Ее это рассмеяло.

— Если так судить, то и пластический хирург, и ветеринар в клинике — все меркантильные? Нет ничего плохого в том, чтобы выбрать прибыльную профессию. У каждого свои приоритеты.

И пластический хирург, и ветеринар —

в конечном счете, все они кому-то очень нужны.

Глаза Сон Джу внезапно загорелись.

— Кажется, я нашла ваше главное достоинство, Чхон Бо Сон.

— Мне это совершенно не интересно.

Но Юн Сон Джу такими словами было не смутить.

— Честность.

Не меркантильность, а честность?

— Я поняла, что вы, Чхон Бо Сон, человек, у которого слова не расходятся с делом.

Кхм.

Вроде бы ничего особенного не сказала, а почему-то так неловко.

Бо Сон сделал большой глоток сливового чая. И в этот момент Сон Джу добавила:

— А мне нравятся такие честные люди.

Пфф—

— Кх-кх, кх-кх.

Он поперхнулся. Бо Сон зашелся в кашле.

— Вы в порядке?

— Кх-кх, кхм.

Похлоп, похлоп.

На этот раз рука Сон Джу принялась гладить его по спине.

Схватив салфетку, Сон Джу бросилась вытирать пролитый чай.

С руки, с рубашки.

А затем с подбородка и губ.

— Оставьте, я сам. Кхм.

Бо Сон, чье лицо пылало от смущения, отстранился от нее.

Глядя на него, Сон Джу едва сдерживала смех.