Подойдя вплотную к Ки У, Бо Сон заговорил:

— Свежий подход.

— Вы о чем?

— Болтать о том, чего не знаешь. Думал, такое бывает только в телевизоре да в комментариях.

Слова, призванные задеть Бо Сона, наоборот, лишь обострили его язвительность.

— Минуту назад вы упомянули о моем постыдном поступке как врача.

— Да. И в чем я не прав? Вы, доктор Чхон, прооперировали несовершеннолетнюю без согласия опекунов. И теперь сидите здесь тише воды, ниже травы из-за этого скандала — тоже факт.

— Вижу, для вас, доктор Квак Ки У, важен только результат. А на процесс плевать.

— Результат слишком очевиден, чтобы копаться в процессе. Да и ваша попытка безответственно умыть руки тоже говорит сама за себя.

— Безответственно...

Конечно, в чьих-то глазах это могло выглядеть именно так.

Вряд ли все бросятся верить Бо Сону, который твердит, что его подставили.

Ки У спросил прямо:

— Как долго вы планируете здесь оставаться?

— Недолго.

— Приятно слышать.

Бо Сон прищурился, глядя на Ки У. Одно было ясно наверняка: Ки У видит в нем конкурента и относится с настороженностью. Причина была неизвестна, но ощущение складывалось именно такое.

— А как насчет вас, доктор Квак Ки У?

— Что?

— Почему такой молодой врач, которому самое время набираться опыта и строить карьеру, сидит в этой деревенской глуши? Мне вот очень интересно.

Поправив очки, Ки У отрезал:

— Не думайте, что все врачи работают без чувства долга, как вы, доктор Чхон Бо Сон. Я пошел в медицину не только ради денег.

— Да что вы? Какая благородная цель.

В тоне Бо Сона сквозило откровенное недоверие.

Почувствовав себя оскорбленным, раскрасневшийся Ки У вылетел из кабинета.

Бо Сон усмехнулся.

Он еще в прошлый раз это понял, но этот тип был на редкость неприятным. Дело даже не в том, что он раздражал или путался под ногами. Просто бесил на ровном месте.

«Очень любезный врач. Приехал в такую глушь, значит, чувство долга у него огромное. Благодаря доктору Кваку я могу спокойно отлучаться. Он моя опора».

Вспомнились слова директора Хо. И не только его. Каждый приходящий пациент рассыпался в похвалах Ки У.

Но любезность? Бо Сон ни разу её не заметил.

Чувство долга? Тоже пока не подтвердилось.

Для Бо Сона он был человеком, к которому во всех смыслах не лежала душа.

***

Сан Чхоль вернулся после выпуска енотовидной собаки.

Когда он поставил на землю большую переноску, к нему подошла Сон Джу.

— Хорошо потрудились.

— Было бы над чем.

Сан Чхоль оглядел лицо Сон Джу.

— К счастью, выглядишь неплохо.

— Благодаря вашей заботе быстро поправилась.

Широко улыбнувшись, Сон Джу спросила:

— А где вы выпустили енота?

— Недалеко от того места, где его нашли. Подумал, там будет лучше всего.

По правилам диких животных, прошедших реабилитацию, возвращают на место обнаружения или в аналогичные условия.

— Вы про сторону туристической тропы?

— Да. Но там людей много ходит, поэтому я осмотрелся и нашел неподалеку обходную тропинку.

— Там есть обходная тропинка?

— Ага. Сам сегодня впервые увидел. Знаешь место, где старые сосны в ряд растут?

— Да. Где густой сосновый лес?

— Вот-вот. За ним тропинка есть. Людей там, похоже, не бывает, так что я выпустил его там.

Сон Джу с легкой грустью произнесла:

— Жаль, что не попрощалась.

— И чего хорошего в этой привязанности.

Так оно и было. Сожаления лучше оставлять только людям.

Если дикое животное привяжется к человеку, это обернется лишь опасностью.

Сан Чхоль добавил с долей обреченности:

— Главное, чтобы этот енот снова к нам не загремел.

Бывают животные, которые особенно тянутся к людям.

Как уличные коты: одни шарахаются от людей, а другие бегут на зов. У диких животных то же самое. Встречаются особи, которые не боятся людей и даже тянутся к ним.

Обычно именно такие не могут нормально адаптироваться к дикой природе.

Они проигрывают в стае, оказываются слабее. Или же из-за врожденных дефектов и слабости становятся жертвами естественного отбора.

— Доктор Со, вы вернулись?

Подошла Джи Ю с сэндвичами в руках.

— Это доктор Квак из клиники «Гурым» утром принес. На обед сойдет?

— Да.

— Тогда давайте сходим к ручью Чхончхон и поедим там. Я видела, стая мандаринок уже вернулась.

— Уже?

— Какое «уже», они даже припозднились. Обычно они возвращаются, как только холода немного спадут.

Сон Джу поддержала идею:

— Пойдемте, заодно проверим, как они там.

В итоге Сан Чхоль, едва вернувшись в центр, отправился к ручью Чхончхон.

Местная речка, получившая название Чхончхон (Деревенский ручей), славилась тем, что туда прилетали перелетные птицы.

В это время года сюда возвращались утки-мандаринки, цапли и зимородки.

На берегу ручья Джи Ю, раскинув руки, радостно воскликнула:

— Вау!

Она выглядела невероятно воодушевленной.

— Кажется, их стало больше, чем в прошлом году, да?

Действительно, стая заметно увеличилась. На вскидку — около сорока-пятидесяти птиц.

— О, там и зимородок.

— И правда.

Пока Джи Ю и Сон Джу увлеченно разглядывали птиц, Сан Чхоль расстелил коврик и сел.

Достав телефон, он начал фотографировать стаю мандаринок. Сон Джу и Джи Ю, наблюдающие за птицами, тоже попали в кадр.

Заметив это, Джи Ю развернула Сон Джу и приняла позу.

— Раз уж фотографируете, снимите нас красиво.

— А? Хорошо.

Сан Чхоль сфокусировал камеру.

Щелк — кадр с Джи Ю и Сон Джу.

— Подождите-ка.

На этот раз он приблизил объектив, оставив в кадре только одного человека.

Щелк. На фотографии была широко улыбающаяся Джи Ю.

На вечно невозмутимом лице Сан Чхоля промелькнула едва заметная улыбка.

— О? Это не медбрат На случайно?

Все взгляды устремились туда, куда указывал палец Джи Ю.

Человек прошел так быстро, что было сложно разобрать. Сон Джу с сомнением спросила:

— Может, показалось?

— Да нет же. Это точно был медбрат На.

— Правда?

Впрочем, это было не так уж важно.

— Давайте уже есть. Я несколько дней нормально не ела, умираю от голода.

— Давай.

Усевшись на коврик, Джи Ю сняла упаковку с сэндвича и протянула Сан Чхолю.

— Угощайтесь.

— А, спасибо.

Сан Чхоль вставил трубочку в кофе Джи Ю.

В этот момент он встретился взглядом с Сон Джу. И будничным тоном произнес:

— Давайте есть.

В этот солнечный день.

В компании вернувшихся перелетных птиц они наслаждались мирным обедом.

***

В приемной клиники «Гурым» стоял шум.

— Вы что, врач, а не можете отличить смертельную болезнь от простой болячки?

— Я не о том. Вам лучше поехать в крупную больницу в Сеуле и пройти обследование. Здесь я ничем не могу помочь.

— Почему не можете? Сейчас же даже анализы крови можно отправить в Сеул и получить результаты. Почему вы отказываетесь это сделать?

На лице Ки У, обычно спокойном, читалось явное раздражение.

Его собеседницей была старшеклассница Гиль Ын Би.

Девица, известная на всю деревню своим своенравием.

— Или вы думаете, у нас денег на лечение не хватит? Решили, раз бесплатные пациенты, так мы вам и не нужны?

— Я же говорю, дело не в этом.

— Думаете, я не замечаю, как вы пренебрежительно относитесь к моей маме? Я знаю, что директор не берет с нее денег. Но вы не имеете права относиться к нам как к попрошайкам. Вы же всё равно здесь на зарплате.

Один из сидевших в очереди пациентов неодобрительно поцокал языком, глядя на Ын Би.

И когда она уже за ум возьмется.

Мало того, что осталась на второй год в старшей школе, так еще и ходит тут, орет на всех.

Тск-тск.

За качающим головой мужчиной стояла женщина с тростью.

Это была постоянная пациентка клиники «Гурым», приходившая за таблетками от давления, коренная жительница деревни и бывшая одноклассница директора Хо. А главное — мать-одиночка, вырастившая Ын Би. Ее единственная семья.

По доброте душевной директор Хо лечил Ын Би и ее мать бесплатно.

В отличие от робкой матери, Ын Би держалась вызывающе.

— Хватит отговорок. Сделайте все обследования, какие тут возможны.

— Я больше ничего не могу сделать.

— Почему это? Возьмите кровь и отправьте в Сеул. Сделайте УЗИ, выпишите лекарства. Если дело в этих жалких копейках, мы заплатим!

— Ладно. Давай начнем с анализа крови.

Ки У оглянулся на пустую стойку регистрации.

«Медбрат На?»

И куда он опять запропастился.

И директор, и медбрат редко когда сидели на своих местах.

Поправив очки, Ки У сказал:

— Сначала присядьте с мамой и подождите. Я осмотрю пациента по записи, а потом возьмем кровь и сделаем УЗИ.

Когда ссора уже почти утихла, появился Бо Сон.

Он просто вышел пообедать и выпить воды. Но в приемной висело тяжелое напряжение.

Судя по всему, зачинщицей была та самая старшеклассница, с которой он уже пересекался.

Похоже, она везде притягивает к себе неприятности.

На мгновение ему даже стало жаль и упрямую школьницу, и Ки У, с которым было невозможно договориться.

Бо Сон высыпал в бумажный стаканчик растворимый кофе.

Наливая горячую воду, он искоса наблюдал за Ын Би. Без особой причины. Просто стало интересно, чего она так разоряется.

— Мам, садись сюда.

Куда только делся ее боевой настрой — теперь она выглядела как самая заботливая дочь в мире.

— Болит?

Она опустила мамину трость и вполне профессионально принялась массировать ей руку. Это означало, что она часто заботится о матери.

Взгляд Бо Сона остановился на подмышке мамы Ын Би.

Что-то было не так. Казалось, область подмышки вздулась, а движения были какими-то скованными.

— Я в порядке, так что не устраивай тут сцен.

— Мам, не обращай внимания. Если так не делать, они на нас и не посмотрят.

Эта заботливость Ын Би как-то не вязалась с тем, что её мама всё время одергивала одежду в районе подмышки.

Бо Сон, сам того не осознавая, поставил кофе и подошел к ним.

— Могу я осмотреть вашу подмышку?

При этих словах Ын Би тут же ощетинилась:

— Вы кто такой, дяденька, чтобы мамину подмышку осматривать?

Только сейчас Бо Сон вспомнил, что на нем нет халата.

— Я тоже врач.

Представившись, Бо Сон снова обратился к маме Ын Би:

— Не могли бы вы поднять руку?

Она послушно подняла руку, а Ын Би при этом недовольно сморщилась.

Бо Сон начал пальпировать подмышку и область вокруг нее.

— Вас это раньше не беспокоило?

— Беспокоило, и сильно. В последнее время, кажется, еще больше стало...

Выступающая область оказалась гораздо больше, чем он предполагал.

— Давайте-ка пройдем на УЗИ.

Вмешалась Ын Би:

— Нас вообще-то доктор Квак Ки У должен был осмотреть.

В этот момент из кабинета вышел Ки У, закончивший прием.

— Доктор Чхон, вы здесь?

С каких это пор он такой вежливый? Бо Сон мысленно удивился мягкому тону Ки У.

— Я как раз собирался сказать вам, что это хирургическое заболевание. Раз уж вы хирург, доктор Чхон, думаю, вы разберетесь в этом лучше меня, терапевта.

Пластическая хирургия тоже является частью хирургии. Так что в этом вопросе Бо Сон действительно был компетентнее Ки У.

— Если вы не против, не могли бы вы её осмотреть?

По сути, это было явное перекладывание ответственности. И Ын Би не могла этого не понять.

— Доктор! — возмутилась Ын Би, но Ки У успокаивающе произнес:

— Он очень способный врач. И в хирургических делах разбирается лучше меня.

Игнорируя кипящую от злости Ын Би, Бо Сон обратился к её маме, которая теперь стала его пациенткой:

— Пройдите в кабинет УЗИ.

Ему было плевать на их разногласия.

Бо Сон направился в кабинет УЗИ.

При виде этого Ки У с облегчением выдохнул, Ын Би продолжала злиться, а ее мама молча пошла за Бо Соном.

Так в клинике «Гурым» начался первый прием Бо Сона.

 ✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver