Стоял теплый весенний день.

Предвещая скорое наступление лета, солнце припекало чуть сильнее обычного, но благодаря этому пейзаж казался еще красивее.

Водная гладь, залитая солнечным светом, мерцала, неспешно текущая в одном направлении.

По предложению Джи Ю «пока что обедать на берегу Чхончхона», на этот раз к ручью пришел весь персонал центра.

— Вау!

От этого восхищенного возгласа стая уток-мандаринок шумно вспорхнула.

Вместе с ними был и зимородок. А еще они заметили цаплю, которой не было в прошлый раз.

Не сговариваясь, все разом достали телефоны и включили камеры.

Хотя от центра до ручья было всего пять минут ходьбы, без особого повода выбраться сюда было непросто.

И даже с оговоркой «пока что», никто не знал, когда снова навалится работа. Так что наслаждаться моментом нужно было так, словно это их последний пикник.

— Давайте здесь?

Сон Джу и Джи Ю расстелили коврик.

— Давно мы так не выбирались. Видишь, как все рады.

— Это точно.

Усевшись на коврик, Джи Ю принялась разглядывать стаю мандаринок. Вдруг она удивленно склонила голову набок.

— Слушай, а вам не кажется, что их стало меньше? В прошлый раз было штук пятьдесят, не меньше.

— Думаешь?

Сон Джу отряхнула руки и посмотрела на ручей.

Если присмотреться, птиц действительно заметно убавилось. Впрочем, ничего странного в этом не было.

Может, они просто спрятались, или улетели кормиться, а может, и вовсе нашли себе место получше.

— В прошлый раз это было просто потрясающее зрелище.

Сон Джу и Джи Ю не скрывали сожаления. Им так хотелось показать коллегам ту самую стаю.

Сон Джу помахала остальным.

— Идите обедать!

Ответом на ее зов послужил пронзительный крик.

— ...А-а-а-а-а-а!

Кто-то вскрикнул, осел на землю и попятился.

— А-а-а!

Крики не стихали.

Сон Джу и Джи Ю бросились на звук.

На границе зарослей и воды.

Все стояли с побелевшими лицами, словно увидели нечто ужасное.

Джи Ю, оказавшаяся там первой, закрыла лицо руками и осела на землю.

Подоспевшая следом Сон Джу застыла как вкопанная.

От увиденного невозможно было ни сдвинуться с места, ни вздохнуть. Зрелище было чудовищным.

У ног сотрудников центра лежали мертвые мандаринки.

Их было не меньше двадцати.

И самое страшное заключалось в том, что это была не естественная гибель, а чьё-то жестокое преступление.

— Всем отойти назад.

На освободившееся место опустился Сан Чхоль.

Он осторожно поднял мертвую мандаринку.

Голова была отсечена ровно и чисто, словно птицу казнили.

— Несите брезент.

Один из сотрудников, пришедший в себя быстрее остальных, бросился выполнять поручение.

На расстеленный брезент начали складывать птиц одну за другой.

С отрубленными головами, со сломанными крыльями.

Но это было не всё.

Были и те, у которых перья вырваны с корнем, а внутренности выпотрошены.

Ужасающие смерти выстраивались в ряд.

Для людей, посвятивших себя спасению и лечению диких животных, это зрелище было невыносимым.

Кто... кто мог сотворить такое?

Сон Джу сжала кулаки.

Случилось то, чего не должно было случиться. И оставлять это без внимания было нельзя.

***

Бо Сон, вышедший из клиники ровно по окончании рабочего дня, бросил портфель на заднее сиденье.

Он уже было собирался сесть в машину, но вдруг, словно что-то забыв, вернулся в клинику «Гурым».

— ...Выключил.

Ему показалось, что он оставил компьютер включенным, но, к счастью, он был выключен.

Он снова направился к машине, но тут вспомнил кое-что еще.

Вернувшись в кабинет, Бо Сон выдвинул ящик стола.

— Нету.

Он был уверен, что что-то забыл, но и на этот раз ничего не нашел.

Когда он проделал это в третий раз, медбрат На, скрестив руки на груди, уставился на него.

— Вы домой-то сегодня собираетесь или как?

— Да так, кое-что забыл.

Попытавшись отмахнуться и уйти, Бо Сон вдруг остановился и спросил:

— Кстати, я вас сегодня впервые вижу. Вы во сколько пришли?

— На работу приходят к началу рабочего дня, когда же еще?

— Просто интересно. А если вы опаздываете, медбрат На, кто с вас штраф берет?

— Ну, это же очевидно.

Медбрат На ткнул мясистым пальцем в себя.

— Я ответственный за штрафы, я с себя и беру.

— Как-то это несправедливо.

— Ну так давайте вы, доктор Чхон, будете штрафы собирать? И когда деньги накопятся, сами пойдете мясо покупать, варить его, кимчи резать. Будете вести учет штрафов и всё такое. Если согласны, я с радостью передам вам эти обязанности.

Показалось, что он попал в какую-то ловушку.

— Забудьте.

Бо Сон вышел из клиники «Гурым».

Больше поводов возвращаться не было.

Засунув руки в карманы, Бо Сон мельком взглянул на центр спасения диких животных.

Вчера она тут как штык стояла. Занята, что ли?

Никакого скрытого умысла у него не было.

Ему просто по пути. Если бы их время совпало, он бы её подвез.

Но за те десять минут, что Бо Сон слонялся туда-сюда под вымышленными предлогами, Сон Джу так и не появилась.

Бо Сон сел в машину и завел двигатель.

Как и ожидалось, ждать кого-то — это совершенно не в его характере.

Врррум—

Белый седан выехал с парковки и демонстративно медленно проехал мимо центра спасения.

Бо Сон не останавливался, но то и дело бросал взгляды в зеркало заднего вида.

Просто на всякий случай. Вдруг Сон Джу выскочит и начнет отчаянно махать руками?

***

На следующее утро.

Собравшись на работу, Бо Сон выглянул в окно гостиной.

Неужели она уже ушла?

Когда он выходил на пробежку, свет в ее доме еще горел.

Но когда он вышел из душа, окна уже были темными.

Видимо, много работы.

Больше задерживаться Бо Сон не мог. Штрафы здесь были поистине грабительскими.

Взяв портфель, он вышел из дома.

Белый седан медленно вырулил на главную дорогу.

Он ехал не спеша, то и дело поглядывая на обочины. Надеялся, что, может быть, Сон Джу идет пешком.

Но до самого последнего светофора перед центром он так её и не увидел.

— То появляется когда не просят, то исчезает.

И теперь её вообще нигде не было видно.

Дождавшись зеленого, Бо Сон свернул в переулок, ведущий к центру и клинике.

И тут же заметил мигалки.

Узкий проезд перегородила полицейская машина.

Точнее, она стояла прямо у входа в центр спасения диких животных.

Остановившись за ней, Бо Сон уставился на двор центра.

Среди полицейских стояла Сон Джу.

Он инстинктивно отстегнул ремень и вышел из машины.

К нему тут же подошел один из полицейских.

— А, извините, сейчас уберем машину. Минутку.

Но Бо Сона интересовало другое.

— Что-то случилось в центре?

Полицейский упер руки в бока.

— Да не в самом центре. Просто в деревне у нас тут дела скверные творятся.

— Скверные?

— Да вот, тут за углом, на речке Чхончхон, кто-то порешил дюжину мандаринок.

Полицейский сокрушенно покачал головой.

— Я только фотки видел, и то жутко стало. А ребята из центра, бедолаги, всё это вживую наблюдали. Ох-хо-хо. Сроду в нашей деревне такого не было, ума не приложу, что за нелюдь завелся. Поотрубали головы, крылья переломали.

Лицо Сон Джу выглядело мрачнее тучи.

И это почему-то не давало ему покоя.

Полицейский поспешно открыл дверцу своей машины.

— Ой, заболтался я. Сейчас отгоню, проезжайте.

Вернувшись в машину, Бо Сон заехал на парковку клиники.

И почему-то серьезное лицо Сон Джу никак не шло у него из головы.

Он впервые видел ее такой подавленной.

— Доброе утро, доктор Чхон.

Стоило ему войти в клинику, как медбрат На поприветствовал его.

Подойдя к стойке регистрации, Бо Сон достал из портфеля бумажник.

Извлек две банкноты по десять тысяч вон и положил на стойку.

— Вот штраф.

— А вы точны, как часы.

Ровно четыре минуты опоздания. Итого — двадцать тысяч вон.

В отличие от суетливого центра, в клинике «Гурым» стояла привычная тишина и покой.

***

— Значит, вы пошли на Чхончхон пообедать и там их нашли? А днем раньше они еще плавали себе преспокойно?

— Да. Я вам фотографии покажу.

Сон Джу показала фотографии, которые скинул ей Сан Чхоль.

— Да уж, действительно, их тут полным-полно. И кому только понадобилось убивать этих бедолаг?

Полицейский глубоко задумался.

Сон Джу прекрасно понимала причину его раздумий.

Откуда взяться камерам видеонаблюдения в такой глуши, да еще и на безлюдном берегу ручья?

Время совершения преступления тоже оставалось загадкой.

Единственной зацепкой был визит Сон Джу, Джи Ю и Сан Чхоля к ручью накануне.

Это позволяло хотя бы сузить временные рамки.

— А где сейчас тушки?

— Главный ветеринар проводит вскрытие.

— Всех до единой?

— Да.

Сан Чхоль не спал всю ночь, проводя вскрытия.

Быстрая работа и точное установление причин смерти — в этом был весь Сан Чхоль.

Пока он занимался вскрытием, Сон Джу взяла на себя общение с полицией и подачу заявления.

Остальной персонал был занят обеспечением бесперебойной работы центра.

— Дело серьезное, как-никак памятники природы погубили. Мы приложим все усилия.

— Если что-то понадобится, звоните в любое время.

— Обязательно.

— Пожалуйста, найдите их. Если кто-то способен на такое, это может повториться.

Полицейский почесал затылок кончиком ручки.

— Я вам обещаю, что мы сделаем всё возможное. Но давать гарантий, что обязательно поймаем, не могу.

Ручка нервно задергалась в воздухе.

— Там же ни одной камеры нет. В таких случаях надежда только на чудо, потому что человеку разобраться в этом очень сложно.

— И всё же, я на вас надеюсь.

— Договорились. Мы со своей стороны землю рыть будем.

Полицейский протянул Сон Джу визитку.

— А фотографии, которые вы вчера и сегодня сделали, скиньте на этот номер.

— Да. Прямо сейчас отправлю.

— Тогда мы пойдем. Я с вами свяжусь. Если после вскрытия появятся новые детали — сразу звоните.

Помахав блокнотом и ручкой, полицейский развернулся.

Молодой напарник поспешил за ним.

Тихую деревню потрясло жестокое преступление, и полиция, судя по всему, тоже была на взводе.

— Эй, салабон.

— Да.

— Слыхал поговорку?

Полицейский похлопал блокнотом по ладони.

— Кто украл яйцо, тот украдет и быка. С такими делами та же история. Если не поймаем того, кто так расправляется с животными, в конце концов он и до людей доберется. Усёк?

— Так точно!

Вытянувшийся по струнке молодой полицейский излучал энтузиазм.

Глядя им вслед, Сон Джу провела рукой по волосам.

Она понимала, что будет нелегко, но всем сердцем надеялась, что преступника поймают.

Иначе ее не покидало гнетущее предчувствие, что впереди их ждет беда посерьезнее.