Онлайн чтение книги Доброта — лучшее лекарство для зверя Tenderness is medicine for a beast
1 - 9

Как и ожидалось, в этом мире лучше всего быть одному.

После того дня Сон Джу не появлялась на глаза Бо Сону уже несколько дней.

Благодаря этому дни стояли ясные и безмятежные.

Закончив утреннюю пробежку в выходной, Бо Сон съездил в город и теперь возвращался домой.

Широко раскинувшиеся поля радовали глаз. Погода, обстановка, настроение. Всё было безупречно, не к чему придраться. К тому же утром он получил сообщение о том, что процесс заключения мирового соглашения с родителями несовершеннолетней пациентки идет гладко.

Всё постепенно возвращалось на круги своя.

Он дочитал медицинские статьи, до которых всё не доходили руки, и в совершенстве освоил симуляции соответствующих процедур. Филин больше не появлялся в его кошмарах, и он мог спать спокойно. Скорректировав время пробежки, он больше не сталкивался с той школьницей. А главное, благодаря владелице фермы, распустившей по всей деревне слух о том, что он «врач, чей характер дерьмовее коровьей лепешки», ни один пациент не горел желанием попасть к нему на прием.

Всё было просто идеально.

Никто его не беспокоил, никто не лез в его дела.

Вот только... было как-то пустовато.

— ...

Ветер, врывавшийся в открытое окно машины, казался зябким. Странное чувство.

Что не так? В чем проблема?

— А, музыка.

Точно, не хватало музыки.

Бо Сон включил радио. Как раз заиграла знакомая песня. Кончики пальцев Бо Сона, лежащие на руле, начали отбивать ритм.

Но всё равно казалось, что не хватает каких-то двух процентов.

Что на этот раз? Что такое?

А, точно.

— Хм-хм-м, — Бо Сон начал напевать в такт песне.

И только теперь появилось чувство, что чего-то стало в достатке.

— Вот так-то.

Непонятное, скребущее чувство бесследно исчезло.

Напевая под нос, Бо Сон въехал в туннель.

Это был тот самый туннель, через который он проезжал на местном автобусе в свой первый день здесь. Тогда его освещала хотя бы одна тусклая лампа. А теперь, видимо, сломалась и она, так что внутри было хоть глаз выколи.

Впрочем, туннель был не таким уж длинным, поэтому света фар и дневного света, пробивающегося с обоих концов, было вполне достаточно для вождения.

И вот, когда Бо Сон выезжал из туннеля...

В глаза ударил яркий солнечный свет, и он рефлекторно зажмурился.

А когда снова открыл глаза...

— ...А?

Словно только этого и дожидаясь, на дорогу выскочила косуля.

Взззг—!

— ...Твою мать!

Разошлись в считаных миллиметрах.

Нет, по крайней мере, он так подумал.

Однако косуля, осевшая на асфальт, не спешила подниматься.

Она просто сидела и пристально смотрела сквозь плотно тонированное стекло машины. Как будто знала, что внутри кто-то есть. Пронзительный взгляд. В нем читалось безмолвное давление.

Выходи.

Чего ждешь? Почему не выходишь?

Словно под гипнозом, Бо Сон отстегнул ремень безопасности.

Нажатием одной кнопки он оборвал играющую музыку.

Успокаивая бешено бьющееся сердце, он медленно вышел из машины.

И тогда косуля, словно демонстрируя чудо, медленно поднялась на ноги.

Он нервно сглотнул.

Косуля, твердо стоявшая на четырех ногах, была довольно крупной. Из-за выпуклого живота она казалась еще массивнее.

— ...Ты в порядке?

Он заговорил с косулей, как сумасшедший.

Ее взгляд был настолько человеческим, что Бо Сон сделал это неосознанно.

— ...

Он снова сглотнул.

Они замерли друг напротив друга.

Их взгляды встретились и не отрывались.

Казалось, сделай Бо Сон хоть шаг, косуля либо бросится наутек, либо набросится на него. Одно из двух. Поэтому он не смел пошевелиться.

Сколько секунд так прошло?

Взгляд косули дрогнул первым.

Врррум—

Со стороны туннеля послышалось эхо приближающегося автомобиля. К нему примешивался тяжелый гул двигателя.

В тот момент, когда Бо Сон обернулся...

Шурх...

Косуля сбежала.

Сильно хромая на одну ногу, она поспешно скрылась в высокой траве.

Хорошо, что она смогла уйти, но этот взгляд оставил на душе Бо Сона неприятный осадок.

Хромающая нога и выпуклый живот, полный новой жизни, вызывали сильные угрызения совести. Словно он сбил кого-то и скрылся с места ДТП. Чувство было мерзкое и гнетущее.

— Ты что тут делаешь?

Когда машина, выехавшая из туннеля, остановилась, Бо Сон наконец-то пришел в себя.

Из окна на него смотрел директор клиники «Гурым» Хо Джун Хви.

— Кажется... я сбил косулю. Беременную.

— Косулю?

Директор Хо осмотрел заросли у обочины.

— Это место вообще славится тем, что тут часто дикие животные выскакивают.

Действительно, там, где скрылась косуля, стоял знак «Осторожно, дикие животные».

— Впервые такое, да? Испугался?

— Такое и во второй раз напугает.

— Тут ничего не поделаешь, только ездить помедленнее. Радуйся, что хоть насмерть не сбил.

Слова, задуманные как утешение, к сожалению, таковым не стали.

Даже когда директор Хо уехал, Бо Сон долго не мог сдвинуться с места.

Ее выпуклый живот ярким пятном отпечатался в его памяти.

Казалось, сегодня ночью ему будет сниться косуля.

***

Всю дорогу до дома Бо Сон ехал со скоростью не выше тридцати километров в час.

Дорога, по которой он ездил каждый день, теперь казалась чужой. В голове крутилась только одна мысль: если вдруг кто-то выскочит, нужно тут же бить по тормозам.

«Я правда в порядке...»

Внезапно вспомнились слова его младшего брата, Джи Сона.

Тогда он сделал вид, что ему всё равно, но на самом деле его это задело. Брат знал его слишком хорошо, и Бо Сону казалось, что его разгадали до самого дна, поэтому он часто строил из себя железного человека.

«А не ты ли тот, кто не в порядке, хён?»

Каждый раз, когда младший брат бросал такие фразы, Бо Сон оказывался застигнут врасплох.

Если бы это было ложью, его бы это не заставало врасплох и не кололо бы прямо в сердце.

Припарковавшись в гараже, Бо Сон вышел из машины.

Он достал покупки с заднего сиденья. Продукты на неделю и предметы первой необходимости.

[Здесь всё понемногу затихает. Одиночный пикет, скорее всего, скоро тоже свернут, так что давай на днях обсудим время твоего возвращения.]

С мировым соглашением покончили, но одиночный пикет какого-то постороннего человека всё еще продолжался.

Бо Сону хотелось лично встретиться, спросить причину этого протеста и хотя бы попытаться объясниться, но директор Кан Дэ Ун активно его отговаривал.

[Раздувать скандал нам ни к чему, сам понимаешь.]

Он был прав, так что оставалось лишь согласиться.

Занеся воду в дом, он взялся за коробку с зеленью, куриными грудками и бытовой химией.

И, наконец, подхватив пакет с яблоками и морковью, из которых он каждое утро делал сок, захлопнул дверь машины.

Покати-покати—

— А.

Из-за узости гаража пакет зацепился за дверцу и порвался. Два яблока выкатились наружу.

Бо Сон кое-как зажал дыру рукой, торопливо занес пакет в дом и вернулся в гараж.

Но упавших яблок нигде не было.

Он наклонился, осматривая пол.

Вместо яблок в поле его зрения попали аккуратные кроссовки.

— Это ищете?

Голос раздался прямо над головой.

Это была Юн Сон Джу.

Бо Сон медленно выпрямился.

Я так и знал. Перед ним действительно стояла Юн Сон Джу. Держа в руках те самые два ярко-красных яблока.

— Я нашла только два. У вас еще что-то укатилось?

Сон Джу, не появлявшаяся несколько дней, покрутила головой.

— Вроде больше ничего нет.

Словно ничего не произошло.

Сон Джу была так же невозмутима, как и всегда.

— Кажется, я ясно сказал, что нам лучше не видеться.

И что не хочет с ней связываться. Поэтому он думал, что она больше не появится.

Ошибся?

Сон Джу взялась обеими руками за лямки своего рюкзака.

— А разве я на это соглашалась?

А ведь и правда, она не соглашалась.

Она лишь переспрашивала: «Почему?».

— Мы всё равно будем сталкиваться, даже если не хотим, как этого избежать? Если бы мы жили во дворце, тогда другое дело.

— Во дворце?

— Ну да. Если бы вы были королем, а я — служанкой, тогда из вежливости я бы склоняла голову и делала вид, что вас не вижу. Но, к сожалению, мы живем в мире, где нет разницы в сословиях.

Упоминание кастовой системы прошлого его просто обезоружило.

Хотя, если честно, больше всего его обезоружило то, что ему нечего было на это возразить.

Бо Сон тяжело выдохнул и отвел взгляд.

Лучшим выходом было просто не разговаривать с этой женщиной.

— Яблоки заберете?

— Мне не нужно.

— А... это, случайно, тоже расценивается как излишняя любезность?

— Вы всё правильно поняли.

Когда Бо Сон отвернулся, Сон Джу крикнула ему в спину:

— Точно не заберете яблоки?

— Делайте с ними, что хотите.

Хоть выбрасывайте, хоть ешьте.

Сон Джу продолжила кричать ему вслед:

— А, кстати, я брала отпуск на пару дней и ездила в Сеул! Вот почему мы не виделись!

Выдавать информацию, о которой никто не просил, — это у нее привычка такая или черта характера?

Хлоп.

Закрыв входную дверь, Бо Сон пробормотал себе под нос:

— Какая же заноза.

Это правда.

Он терпеть не мог людей, которые выбалтывают то, о чем их не спрашивали.

И то, что она пропустила его слова мимо ушей и снова нарисовалась перед ним, тоже было отвратительно.

Бо Сон начал разбирать покупки.

Он купил всё точно по счету, и теперь ему не хватало двух яблок.

Похоже, на этой неделе его ждал чистый морковный сок.

Может, надо было забрать?

Перед глазами так и стояли те два красных яблока, но он быстро отогнал эти мысли. В последнее время у него и так зрение барахлило, так что лишняя порция моркови не повредит.

Хрусь.

Сон Джу откусила кусок яблока.

Хрум, хрум.

Из-за отъезда у нее дома всё равно было шаром покати, так что это оказалось весьма кстати.

— Вкусно.

Сидя на диване, Сон Джу без особой причины уставилась на дом напротив.

Ее челюсти мерно двигались, а вот взгляд оставался абсолютно неподвижным.

Неужели я ему так сильно не нравлюсь?

Она склонила голову набок.

Был ли в ее жизни хоть кто-то, кто относился бы к ней с такой враждебностью?

Сколько она ни рылась в памяти, никого не вспомнила. Ни одного человека, ни на единый миг.

Ну, разве что дикие животные.

Невиданный ею ранее тип человека вызывал у нее неподдельный интерес.