С приходом лета изменилось и утро Бо Сона.
Часы показывали семь.
Но Бо Сон всё еще лежал в постели. Его утренний распорядок — подъем в шесть и тренировка, — которому он неукоснительно следовал много лет, в какой-то момент перевернулся с ног на голову. И если уж пытаться определить, когда именно это началось…
— Проснулся?
…то с того самого момента, как он стал делить постель с Сон Джу, которая по утрам ласково перебирала его растрепанные со сна волосы.
Бо Сон теснее прижался к Сон Джу, утыкаясь в неё лицом.
— Который час?
— Начало восьмого.
— Времени еще полно.
Несмотря на то, что он проснулся на целый час позже обычного, Бо Сон никуда не торопился.
В Сеуле из-за утренних пробок приходилось выходить из дома засветло, но здесь всё было иначе. От дома до клиники «Гурым» — от силы минут десять, даже если тащиться со скоростью черепахи Ри Ри. При условии, конечно, что ты на машине.
Насколько сократился путь до работы, настолько же размереннее стала и жизнь Бо Сона.
Его рука, скользнув вверх по её тонкой талии, мягко легла на упругую грудь.
Ему безумно нравилась нежность её кожи и этот особенный, присущий только Сон Джу аромат тела. Её пальцы в его волосах, их переплетенные ноги. Стоило лишь протянуть руку — и он мог коснуться её в любой момент.
— …Хорошо.
— Пора вставать.
С недавних пор они начали выходить на пробежки вместе. Дорогу, по которой Бо Сон раньше бегал в одиночестве, они теперь проходили бок о бок. Сон Джу нравились эти моменты. Но порой, прежде чем им удавалось выйти из дома, возникали непредвиденные препятствия.
Как раз как сейчас.
— …А?
Рука, нежно поглаживавшая грудь, незаметно скользнула ниже, забираясь во влажные заросли.
— Сейчас вообще-то утро.
— Вот именно.
Рука Бо Сона уже крепко обхватила её за талию. Вырываться было поздно.
Его пальцы медленно заскользили, лаская вход во влагалище.
— М-м-м…
Издав тихий стон, Сон Джу слегка раздвинула ноги. Рука Бо Сона задвигалась смелее.
Пальцы, дразнившие вход, с легким нажимом скользнули по клитору. Сон Джу невольно сглотнула.
Секс — странная штука. В первый раз волнуешься, потому что всё в новинку, а потом волнуешься, потому что уже слишком хорошо знаешь этого человека и то, что он с тобой делает.
— …Помедленнее.
Вместо ответа его средний палец ощутимо надавил на чувствительный вход и тут же отстранился.
Хлюп.
Она уже успела сильно намокнуть.
— Уверена, что в таком состоянии нужно медленнее? — протянул Бо Сон и плавно ввел средний палец на всю длину.
— Ах.
С прерывистым вздохом Сон Джу подалась грудью вперед. Бо Сон дразняще надавил кончиком языка на затвердевший сосок. Словно рассасывал вкусный леденец. Словно перекатывал во рту гладкую бусину, которую никак не удавалось ухватить. Он то легко обводил сосок языком, то жадно втягивал его в рот.
— …А-ах.
Ему безумно нравилась эта её мгновенная, искренняя реакция. Она распаляла Бо Сона, сводила его с ума от возбуждения.
Бо Сон перевернул Сон Джу на бок.
Прижавшись к ней сзади, он продолжил ритмично двигать пальцами, отчетливо чувствуя, как горячие влажные стенки пульсируют и сжимаются. Всякий раз, когда основание его ладони терлось о клитор, её упругие ягодицы вздрагивали.
Плотно прижавшись к ней всем телом, Бо Сон потерся твердым членом в ложбинке между ягодиц. Сон Джу потянулась рукой назад и сжала его бедро.
Она подалась назад, отвечая на его движения. Для Сон Джу это всегда был момент наивысшего напряжения и предвкушения.
Каменная плоть скользнула по ложбинке прямо к влажному входу.
Всякий раз, когда головка задевала чувствительное место, по телу Сон Джу до самых кончиков пальцев пробегал электрический разряд.
— …Войди.
Теперь она хотела уже не пальцев, она хотела самого Бо Сона.
Но он, плотно прижавшись к ней, лишь мучительно медленно терся снаружи. Его дыхание окончательно сбилось.
— Ну же, пожалуйста… Ах!
В следующее мгновение член с силой толкнулся внутрь.
— Ха-а…
Раздался над самым ухом хриплый стон Бо Сона. По телу пробежали мурашки, а зубы невольно сжались.
Она уже прекрасно знала, как Бо Сон будет двигаться дальше. И от этого волновалась еще сильнее. Он начнет в привычном ритме, но в какой-то момент обязательно сорвется, меняя темп.
Бо Сон всегда умел застать врасплох, нанося толчки в самые глубокие и неожиданные точки.
— Ха-ах…
— …М-м.
Бо Сон покрывал поцелуями её покатые плечи, посасывая и слегка прикусывая кожу.
Его рука жадно сминала грудь, тяжело вздымающуюся в такт его толчкам. От мочки уха к подбородку, затем вниз по шее к ключицам. У Сон Джу была невероятно красивая линия плеч.
Бо Сон целовал каждый изгиб её тела, до которого только могли дотянуться губы. Будь его воля, он бы заклеймил своими отметинами каждый дюйм её кожи.
До встречи с Сон Джу он и не подозревал.
Не подозревал, что он — человек аскетичный, или, по крайней мере, искренне считавший себя таковым — способен так неистово кого-то желать.
— Ха, …а!
А главное…
— Ах…
Он не знал, что способен кого-то так сильно… любить.
По крайней мере, до тех пор, пока в его жизни не появилась Юн Сон Джу.
— Ха-а…
На самом краю кульминации он крепко прижал Сон Джу к себе. Их разгоряченные, покрытые потом тела тяжело вздымались в унисон, пытаясь восстановить дыхание.
Сквозь окно на их сплетенные фигуры лился яркий утренний свет.
Для Бо Сона каждый день теперь был залит солнцем.
* * *
Нарушенные планы всегда можно составить заново.
— Пешком тоже неплохо, да?
— И правда. Замечательно.
Из-за внезапного утреннего секса совместную пробежку пришлось пропустить. В качестве альтернативы Сон Джу предложила пойти на работу пешком, и Бо Сон с радостью согласился.
Внезапно нагрянувшее лето принесло с собой духоту.
Спасали лишь тени раскидистых деревьев да на удивление прохладный горный ветерок. Впрочем, даже они не могли полностью избавить от выступающей испарины.
— Жарко?
— Терпимо.
Бо Сон пару раз подвернул рукава рубашки. Его предплечья с красивым рельефом мышц обнажились, и Сон Джу обратила внимание на его пустое запястье.
— Кстати, никогда не видела на тебе часов. Мужчины ведь обычно трясутся над ними так же, как над дорогими машинами.
— Да как-то неудобно в них.
Бо Сон опустил руку. Сон Джу едва заметно улыбнулась.
Ей казалось, что она всегда лишь получает что-то от него, и ей давно хотелось подарить ему что-нибудь в ответ. Теперь она решила: при первой же возможности купит ему часы.
Наверное, кожаный ремешок подойдет ему больше, чем металлический, а циферблат должен быть строгим, но стильным.
Они остановились на светофоре.
Сразу за перекрестком располагались центр спасения и клиника. Бо Сон проверил время на экране смартфона.
— Пришли как раз вовремя.
Сон Джу подняла руку и ласково промокнула испарину на его подбородке.
— Всё-таки жарко, да? Вспотел.
— Нормально.
При этом он не только не отстранился, но и слегка повернул голову, подставляя под её пальцы другую щеку.
— С завтрашнего дня точно возвращаемся к утренним пробежкам.
— Мне и так ходить нравится.
— Но ты ведь потеешь. Если вспотеть по дороге на работу, весь день потом будешь чувствовать себя некомфортно.
— Ничего не поделаешь. Если снова возникнут подобные обстоятельства, придется идти пешком.
— Обстоятельства?
Бо Сон многозначительно улыбнулся. Сон Джу, поняв намек, фыркнула, и уголки её губ поползли вверх.
Именно в этот момент…
Шурх.
Услышав звук шагов за спиной, Бо Сон резко обернулся.
— Что такое?
— Ты не слышала?
— Что?
— Только что раздались шаги.
— Да? А я ничего не слышала.
Бо Сон пронзительным взглядом уставился в ту сторону, откуда донесся звук. Но там никого не было. И тишину больше ничего не нарушало.
— Зеленый загорелся.
Сон Джу потянула Бо Сона за руку. Переходя по зебре, он то и дело бросал напряженные взгляды через плечо.
Хотя их повседневная жизнь вроде бы вернулась в мирное русло, он всё еще не мог до конца расслабиться.
Преступника, совершавшего те жуткие убийства, так и не поймали, а местонахождение покинувшего город Ки У оставалось неизвестным. Эти незавершенные дела не позволяли ему ослабить бдительность. И всё это — из-за тревоги за Сон Джу.
— Я попозже загляну к тебе в центр.
— Тогда до вечера.
Помахав на прощание, Сон Джу развернулась. Бо Сон проводил её взглядом, пока она безопасно не скрылась за дверями центра, и лишь затем отвернулся.
— …….
Остановившись как вкопанный, Бо Сон еще раз внимательно огляделся по сторонам.
Может, это просто паранойя?
Глядя на безмятежную улицу, Бо Сон коротко усмехнулся.
Небо сегодня было на редкость ясным. Портить такой чудесный день мрачными мыслями было бы преступлением.
Бо Сон зашагал к клинике «Гурым». Голубое небо и сочная зеленая листва сверкали как никогда ярко, и даже шуршание песка под ногами казалось на удивление приятным.
Преодолев низкие ступеньки широким шагом, Бо Сон распахнул дверь. Словно только того и дожидаясь, в коридоре вырос медбрат На.
— Пришли.
Прямо перед лицом Бо Сона внезапно появилась кружка. Это был кофе. Бо Сон только открыл было рот, как медбрат На опередил его:
— Давайте без всяких «Что это?», просто пейте.
— А я и не собирался.
— И что же вы хотели сказать?
— «Спасибо, с удовольствием выпью»?
— Серьезно?
— Ну типа того.
Бо Сон медленно кивнул, пряча легкую улыбку.
На самом деле сначала он действительно собирался спросить: «Что это?», и лишь потом добавить: «С удовольствием выпью».
Кружка перекочевала в руки Бо Сона.
— Только что смолол зерна и сварил, так что на вкус должно быть сносно.
Бо Сон сделал небольшой глоток и одобрительно кивнул.
— И правда очень вкусно.
— Если хотите, могу варить вам кофе на постоянной основе, — сложив мощные руки на груди, медбрат На пробормотал себе под нос: — К тому же эти зерна куплены на штрафы доктора Чхона.
Скользнув взглядом по бицепсам медбрата На, Бо Сон сделал еще один глоток.
Хобби обладателя таких ручищ — готовка и варка кофе. В который раз это казалось поразительным. Пообщавшись с ним подольше, Бо Сон начал понимать: этому здоровяку и впрямь, как он сам когда-то заявлял, отлично подходят нежно-лиловый и розовый цвета. Но одно было ясно наверняка: из всех людей, которых Бо Сон когда-либо встречал, этот человек разрушал шаблоны первого впечатления сильнее всего.
— Выходит, чтобы и дальше пить этот кофе, мне нужно периодически опаздывать?
— Это еще с чего вдруг?
— Ну так если я не буду опаздывать, мы не накопим штрафов. А без штрафов закончатся и кофейные зерна.
Уловив логику Бо Сона, медбрат На усмехнулся. Разворачивая свое массивное тело к регистратуре, он бросил:
— Погода отличная, так что допейте спокойно на улице, потом заходите. За то, что вы тут зависли на крыльце, штраф за опоздание брать не стану.
— Что за субъективное применение системы штрафов?
— Не нравится — можете сами взять на себя управление кассой. Я готов передать полномочия в любую секунду.
Всем своим видом Бо Сон показал, что не горит таким желанием, и отвел взгляд.
«Я так и думал», — читалось на лице медбрата На. Он тихо прикрыл за собой дверь, словно давая Бо Сону возможность еще немного отдохнуть перед началом рабочего дня.
«А ведь и правда было бы жаль сразу заходить внутрь в такую-то погоду», — подумал Бо Сон.
Словно обрадовавшись предлогу, он с удовольствием оперся на перила крыльца.
На душе было необыкновенно легко.
Стоило лишь повернуть голову — и он мог видеть место, где находилась Сон Джу. А прямо перед глазами раскинулась сочная зелень природы. Одно это уже делало его счастливым. Тихо закрыв глаза, он слушал пение птиц, ощущал легкие касания ветра и ласковое тепло солнца. Вдобавок ко всему в руках была чашка отличного кофе. Все эти мелочи наполняли Бо Сона абсолютной, звенящей гармонией.
Взж-ж…
Сквозь шум ветра пробился звук вибрирующего телефона.
— Алло.
Звонил главврач Кан Дэ Ун.
— О, доктор Чхон!
Его голос звучал гораздо бодрее и восторженнее, чем обычно.
— Ремонт полностью завершен! Послезавтра завозят новую мебель.
— Неужели вы звоните в такую рань только для того, чтобы отчитаться о ходе ремонта?
Ощущение покоя и утреннего кофейного умиротворения стремительно улетучивалось. Совершенно не подозревая о недовольстве Бо Сона, главврач Кан радостно продолжил:
— Ты ведь смотрел новости?
— Какие еще новости?
— Ну, тут на днях одного актеришку поймали за пьяное вождение. А когда начали копать, выяснилось, что он в тот день еще и под кайфом был! Сейчас в СМИ просто сумасшедший дом, все только об этом и говорят. Не знал, что ли? Благодаря этому скандалу про твое дело все напрочь забыли! Тем более что мировое соглашение мы уже подписали, нотариально заверили, что они больше нигде эту тему поднимать не будут. И этот сумасшедший из гражданского комитета с одиночными пикетами тоже как по заказу свернул удочки!
В трубке послышался ликующий смех главврача.
— Еще не сообразил, к чему я клоню? Твоей ссылке в эту богом забытую глушь пришел конец! Можешь возвращаться в клинику прямо на следующей неделе. Что скажешь?
— На следующей… неделе?
Это прозвучало слишком внезапно.
Но, судя по всему, главврач истолковал заминку Бо Сона по-своему.
— Именно! Ты через столькое прошел за это время. Даже представить страшно, как ты задыхался в этой дыре последние месяцы! Ты ведь человек привычки, ценишь порядок и эффективность. Уж я-то лучше всех понимаю, как тебе было тяжело, поверь мне!
Это прозвучало с нескрываемым намеком: «Оцени мою заботу». В этом был весь Кан Дэ Ун с его фирменной наглостью.
Потер переносицу, Бо Сон ровным голосом ответил:
— Я прекрасно понимаю, какую огромную работу вы проделали, чтобы всё уладить.
— Так с какого числа начинаем открывать запись пациентов?
— Мне нужно немного подумать насчет сроков.
— О чем тут думать?
— У меня остались кое-какие незавершенные дела здесь, в деревне.
Лечение пациентки с ожогом еще не было завершено, да и операция на двойном веке для владельца скотобойни уже была назначена.
— Я не могу просто всё бросить, мне нужно довести начатое до конца.
— Оставь эту мелочевку тем, кто там работает. Твое место здесь, в Сеуле. Разве нет?
— …….
— Ты должен вернуться как можно скорее. Разве не этого ты желал больше всего на свете?
Верно. Желал. Точнее, желал когда-то.
А чего он хочет сейчас?..
В голове возник огромный вопросительный знак. Его собственные мысли и чувства вдруг стали казаться расплывчатыми и неопределенными.
Разговор с директором Хо в его первый день пронесся в памяти, словно это было вчера.
«Если будешь строить из себя волка-одиночку, закончишь тем, что умрешь здесь в полном одиночестве».
«Если мне и суждено умереть в одиночестве, то уж точно не в этом месте».
Тогда он и представить не мог, что успеет так сильно привязаться к Чхондери — деревне с таким нелепым названием.
«В этот мир каждый приходит один и уходит один».
Он даже не заметил, в какой именно момент его привычная, комфортная жизнь закоренелого одиночки начала меняться.
В чем причина этих перемен в его сознании и сердце? Дело в Юн Сон Джу? Или в том, что эта неспешная деревенская жизнь оказалась гораздо комфортнее, чем он ожидал? А может, ему просто понравилось чувствовать себя частью общества?
Он не мог выделить какую-то одну конкретную причину. Ясно было лишь одно: всё, что окружало его в последнее время, безвозвратно изменило его.
Он никогда в жизни не считал, что в существовании должен быть какой-то особый смысл или «веселье». Он был искренне уверен, что если у тебя есть навыки и деньги, то этого вполне достаточно для стабильной и благополучной жизни. И всё же…
— …….
Возможно, он сильно ошибался.
Делить постель с Сон Джу, вести с местными жителями пустую болтовню ни о чем, лениво убивать время и просто обмениваться человеческими эмоциями. Все эти вещи, которые раньше он считал абсолютно бесполезными и раздражающими… как ни странно, больше не вызывали у него отторжения.
А это значило только одно: сам фундамент жизни, к которой Бо Сон так отчаянно стремился всё это время, дал глубокую трещину.
