Онлайн чтение книги Доброта — лучшее лекарство для зверя Tenderness is medicine for a beast
1 - 5

Убрав руку с плеча Бо Сона, директор начал тихонько поглаживать панцирь Ри Ри.

— Очень странно. Вроде бы под одним небом живем, в одной Корее, а от Сеула так сильно отличается.

— Как вы и сказали, как бы ни отличалось, мы все под одним корейским небом.

Он всего лишь поменял слова местами, но смысл передавался уже совершенно иной.

— В этом мире мы всё равно живем в одиночестве. Само словосочетание «смерть в одиночестве» смехотворно. Смерть ни с кем не разделишь.

Даже если любишь до смерти, умереть вместе всё равно невозможно.

— В этот мир каждый приходит один и уходит один.

— Жить нужно вместе с другими, вот что такое мир.

— Жизнь с другими — это лишь лишняя трата эмоций.

— Знаешь что? Если раньше ты, Бо Сон-гун, был похож на холодильник, то теперь ты чистая морозилка.

— В каком смысле?

— От тебя всё так же веет ледяным холодом. Просто температура стала еще ниже.

«И не одиноко тебе так жить?» — таков был невысказанный вопрос директора Хо Джун Хви.

— Вы ведь всё равно тоже один, директор.

В следующем году ему исполнится полвека — пятьдесят лет.

А он всё еще неженатый, одинокий мужчина.

— Ну, у меня-то есть мой друг Ри Ри. И еще...

Пользуясь тем, что директор замешкался, Бо Сон выпалил:

— Пусть все остальные живут вместе. А я буду жить один.

— Вот же, человек-зима.

В этих словах слились воедино все значения: холодный, расчетливый и колючий.

— Откуда вы узнали, что я люблю зиму?

— И ты ведь ни за что не уступишь ни слова, да?

— Знаете, как много людей думают, что они победили, если им уступаешь? Так что и вы, директор, не смотрите на мир исключительно сквозь розовые очки. В наше время это тоже проблема.

— Бо Сон-гун, который не хочет видеть этот светлый и ясный мир, — вот это настоящая проблема. Разве не так, Ри Ри?

Директор быстро отвернулся, не дав Бо Сону произнести и слова в ответ.

Если не можешь победить противника, быстро ретироваться — тоже неплохая стратегия.

Покачав головой, Бо Сон отдернул штору.

Разговор с директором, душный и непробиваемый, как и сам кабинет, Бо Сону совершенно не подходил.

Ощущение двух абсолютных противоположностей. Словно вода и масло, которые невозможно смешать.

Конечно, подобные чувства он испытывал к большинству людей, но такие вот «лучезарные» личности, как директор клиники «Гурым» Хо Джун Хви, были для Бо Сона абсолютно несовместимыми. Если уж на то пошло, прагматичный директор клиники пластической хирургии Кан Дэ Ун подходил ему по духу гораздо больше.

В открытое окно ворвался весенний ветерок.

Ветер нес в себе одновременно тепло и свежесть. А вместе с ним донесся и голос:

— Лети!

Посмотрев туда, откуда донесся звук, он увидел Юн Сон Джу. И она была наедине с филином внутри огромного проволочного вольера.

Брови Бо Сона поползли вверх.

На то было две причины.

Во-первых, стоило ему открыть окно, как он увидел Юн Сон Джу.

А во-вторых, филин повернул голову прямо в его сторону.

Казалось, это служило подтверждением тому, что жизнь в этих краях отнюдь не будет гладкой.

Вдобавок ко всему...

Тук-тук.

Медбрат открыл дверь одновременно со стуком.

— Идите обедать.

Вроде бы ничего не делал, а уже наступило время обеда.

— Я сам разберусь.

— Сегодня мы все вместе готовим пибимпап с зеленью и овощами.

— Я не люблю зелень.

При этих словах медбрат На повернул голову. Движение выглядело так, словно он разминался перед выходом на ринг.

Бо Сон бессознательно сжал кулаки. Не то чтобы он собирался драться, но атмосфера была такой, что казалось, нужно быть наготове.

Однако...

— А ведь будет вкусно, если щедро полить домашним кунжутным маслом.

Неожиданные слова, совершенно не вязавшиеся с его габаритами.

— То, что я готовлю, ни за какие деньги не купишь.

— Я же сказал, обойдусь.

— Смотрите, потом пожалеете.

Пожалею? Это слово было Бо Сону совершенно чуждо.

Медбрат, словно давая последний шанс, вздернул густо поросший бородой подбородок.

— Там еще парочка жареных яиц будет.

«И даже так не будешь?» — с таким выражением лица медбрат На смотрел на Бо Сона.

Раздался тихий вздох.

— Можно вас об одном одолжении попросить.

— Если хотите, чтобы я принес вам порцию отдельно, то сразу отказываюсь.

— Я не об этом, — Бо Сон сказал твердо. — Раз уж вы стучите, я бы хотел, чтобы вы открывали дверь только после моего ответа.

— А.

— Вот так внезапно распахивать дверь...

...мне некомфортно.

Медбрат На оборвал его на полуслове, проглотив концовку фразы.

— Учту.

Оставив этот тяжеловесный ответ, медбрат На закрыл дверь.

Бо Сон с ошарашенным видом уставился на закрытую дверь.

Обычно, когда он так говорил, большинство людей терялись и напрягались, но здешний медбрат был другим.

Как бы это сказать... Замечание вроде сделал я, а ощущение такое, будто отчитали меня?

— Да что не так с этим местом?

В отличие от медбрата, ушедшего без малейшего урона, Бо Сон стоял с совершенно обалдевшим видом.

И сквозь это оцепенение с улицы вновь донесся крик:

— Лети!

Бо Сон схватился за голову.

От всего этого голова шла кругом.

***

Напряженный рабочий день подходил к концу.

Сотрудники центра спасения диких животных собрались вместе.

Под руководством главного ветеринара Сан Чхоля началось собрание.

— В каком состоянии косуля, которая поступила сегодня?

Специалист по реабилитации Джи Ю ответила:

— Перелом левой ноги. Судя по тому, как неровно срослась кость, травма старая.

— Как она ходит?

— Если не считать хромоты, особых проблем нет. Правда, бегать ей тяжеловато.

Сон Джу добавила:

— Проблема в том, что она беременна.

Сан Чхоль пробормотал, почесывая голову кончиком ручки:

— Уже подошло время?

Период размножения у косуль приходится на зиму. Учитывая срок беременности, большинство из них приносят потомство в мае или июне. То, что в это время центр работал в авральном режиме, было неписаным правилом.

Сон Джу продолжила:

— До родов осталось около двух недель.

— Немного рановато.

— Поэтому я думаю: может, понаблюдаем за ней, а после родов выпустим вместе с детенышем?

Дикая природа особенно жестока к раненым животным и детенышам.

И хотя закон джунглей — это естественный порядок вещей, выпустить беременную косулю сейчас было бы равносильно отправке ее на верную смерть.

Сан Чхоль согласился с мнением Сон Джу.

— Тогда, пока она здесь, уделите внимание ее питанию и займитесь реабилитацией перелома.

— Поняла.

Короткое и продуктивное собрание завершилось.

Пока все расходились по своим рабочим местам, Сан Чхоль окликнул Сон Джу.

— Говорят, твою машину отправляют на свалку.

— Откуда вы знаете?

В этот момент Джи Ю пулей вылетела из конференц-зала. Тут и к гадалке не ходи: единственным человеком, который мог разболтать все в мельчайших подробностях, была Джи Ю.

Прижимая к груди папку с документами, Сон Джу ответила так, словно в этом не было ничего страшного:

— Я уже отдала ее в местную мастерскую, сказали, если немного подшаманить, год она еще отбегает.

Это только на словах «год». На самом деле сказали, что даже после ремонта неизвестно, в какой момент она снова встанет.

Сан Чхоль положил ключи от машины на стол перед Сон Джу.

— Возьми пока мою.

— Но это же ваша машина.

— Я все равно торчу в центре безвылазно.

Сан Чхоль был из тех людей, кто, имея дом, не шел туда, а при наступлении конца рабочего дня — не уходил с работы.

— Для меня это просто кусок металлолома.

Вещь имеет смысл, только когда ей пользуются. Однако Сон Джу думала иначе.

— Это не металлолом, а мобильность.

Хотя машина Сан Чхоля больше стояла, чем ездила, пылью она не покрывалась. Время от времени поступали внезапные экстренные вызовы. В основном, когда местные жители звонили прямо в центр.

Для них не существовало расписания.

Рано утром, когда люди выходили из дома. Или поздно ночью, когда возвращались.

Если они замечали животное, нуждающееся в помощи, или сбитого на дороге зверя, звонили напрямую.

И тогда Сан Чхоль, «призрак центра», демонстрировал чудеса мобильности на своей машине, которую сам же называл металлоломом.

— Я крепкая. До дома идти всего полчаса пешком. Да и машину скоро починят.

— И все равно она тебе пригодится.

— Вот именно об этом я и говорю.

Сон Джу пододвинула ключи обратно к Сан Чхолю.

— Она вам непременно пригодится.

Сказав это, Сон Джу вежливо поклонилась.

— Что ж, тогда я пойду домой на своих двоих, я ведь крепкая.

Когда Сон Джу вышла из конференц-зала, к ней вплотную подскочила Джи Ю. И прошептала, словно доверяя секрет:

— Ну что сказал? Предложил подвезти?

— Нет.

— А что тогда? Ничего особенного?

Сон Джу остановилась.

— А что особенного он должен был сказать?

— Конечно, должен был! Ты же без машины, тебе теперь пешком до дома пилить.

Джи Ю хлопнула себя ладонью по рту. А затем недовольно проворчала:

— Блин, доктор Со Сан Чхоль даже с ложечки кормить не умеет. Если узнал, что ты без машины, то нормальной реакцией было бы: «Доктор Юн, может, подвезти вас до дома?»...

Болтая без умолку, Джи Ю огляделась по сторонам.

— Эй! Юн Сон Джу.

Она крикнула во все горло, но было уже поздно. Сон Джу и след простыл.

***

Кап, кап.

Уверяя Сан Чхоля и Джи Ю, что ей не о чем беспокоиться, она и представить не могла, что попадет в такую неловкую ситуацию.

Шшшш!

Дождь пошел без предупреждения.

Крупные капли начали падать с такой силой, что вскоре стало не видно ни зги.

Поговорка «ни туда ни сюда» теперь ощущалась как никогда реально.

Сон Джу находилась ровно на полпути между центром и домом.

Она стояла перед старой, обшарпанной мельницей. Да и та закрылась еще прошлой зимой.

Деревня Чхондери, также известная как Унхэн, что в переводе означало «Движущиеся облака», славилась тем, что прогнозы погоды здесь никогда не сбывались. Разумеется, славилась она этим только среди местных.

— Может, прекратится?

Она вытянула руку из-под карниза. В подставленной ладони мигом набралась вода.

Надо было бежать со всех ног, как только заморосило. Вот же просчет.

И как раз в тот момент, когда ее начало накрывать запоздалое сожаление, сквозь пелену дождя прорезался свет фар.

Это была машина.

Автомобиль, въехавший в переулок, был белым седаном, выделявшимся даже в темноте.

Чхон Бо Сон.

Среди всех машин, проезжающих по этому переулку, водить белый седан мог только Бо Сон.

Подняв рюкзак над головой, Сон Джу вытянула руку.

— Стоп! Стой!

Она размахивала рукой под дождем так, будто ловила такси.

К счастью, машина остановилась.

Тук-тук.

Обрадовавшись, она постучала в окно.

Вжииих—

Стекло опустилось ровно настолько, чтобы можно было встретиться взглядом.

— Здравствуйте!

В отличие от обрадованной Сон Джу...

— Что вам нужно.

Голос Бо Сона был ледяным и резким.

Похоже, он изрядно испугался, когда в безлюдном узком переулке внезапно появилась какая-то женщина.

Если так подумать, она каждый раз невольно его пугала.

Сон Джу повысила голос:

— Вы ведь домой едете?

Она успела задать лишь один вопрос, а рюкзак уже насквозь промок.

Настолько сильным был ливень.

Смахнув рукой дождевую воду, стекавшую по челке и бровям, Сон Джу крикнула:

— Я тоже иду домой!

— ...

Ответа, который по идее должен был последовать, не прозвучало.

Например: «Садитесь скорее» или «Поехали вместе».

Шшшш!

Дождь лил безжалостно.

Ждать ответа Бо Сона больше не было сил. Сон Джу снова закричала:

— Подвезите меня!

— ...

— Давайте доедем до дома вместе!

Из-за плотно тонированных стекол не доносилось ни звука. Однако внутри промелькнуло какое-то движение, и вдруг в щель приоткрытого окна высунулась длинная трость.

— Держите.

Стоя под дождем, Сон Джу моргала мокрыми ресницами.

Наверное, она пыталась осознать происходящее.

— Брать не будете?

То, что протянул Бо Сон, оказалось зонтом. А это означало...

— Откройте его и идите.

...что он предлагает ей идти до дома самой, пешком.

Как только опешившая Сон Джу взяла зонт...

— Бывайте.

Он закрыл окно и, взревев двигателем, поехал дальше.

Белый седан, появившийся со светом фар, теперь удалялся, сверкая красными габаритными огнями.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver