Контент удален!

За рулём доктор Чу, на переднем пассажирском Ын Сон, на заднем Ён Джу — так и началась неловкая дорога на работу.

Ын Сон уставился в окно и обратился в слух. Ему хотелось подслушать, о чём эти двое говорят, но доктор Чу и Ён Джу не произносили ни слова.

Он сделал вид, что устраивается поудобнее, и украдкой глянул назад: Ён Джу задремала. А, спит.

— Устала, наверное. Вчера всё-таки и выпивали.

Доктор Чу, давно заметивший, что она уснула, сказал это вполголоса, и Ын Сон промолчал. То, что доктор Чу наверняка то и дело подглядывал за ней в зеркало заднего вида, было ему крайне неприятно.

Так что же связывает этих двоих?

Что доктор Чу не её муж — это понятно. Но откуда тогда взялся этот тип, который выскочил невесть откуда и кружит вокруг Ко Ён Джу?

Мужчину, которому человек небезразличен, который тянется к нему всем сердцем, видно сразу. Доктор Чу поминутно смотрел на спящую Ён Джу, а перед лежачими полицейскими скрупулёзно сбрасывал скорость.

Прибавлял температуру в салоне и тут же убавлял, приоткрывал окно и тут же закрывал.

Это выяснилось вовсе не благодаря тонкой наблюдательности. Любой посторонний, понаблюдав за доктором Чу несколько минут, догадался бы: сердце его — у неё.

…А что тогда с сердцем Ко Ён Джу?

Сколько ни всматривайся, её сердца было не понять. Знает ли она об интересе доктора Чу, или уже его приняла, или же поместила своё сердце куда-то ещё, куда мне никогда не добраться?

Она вовсе не была опытной актрисой, но прятать своё нутро умела мастерски. Так было всё время, ещё с тех пор, когда они встречались.

В начале двадцатых, когда все только и требуют от любимых доказательств чувств по любому пустяку, она, пока не спросишь, ни о каких переменах в своих чувствах не говорила.

Да. Так и было. Оттого и выходило, что я и отдавал, и сам же изводился.

Она была человеком, привыкшим проглатывать чувства. Это была её природа. Ни в печали, ни в гневе она не давала чувствам вырваться наружу, и потому прочесть её мысли было трудно.

Ын Сон мельком взглянул на доктора Чу. Тот, будто отражая свой характер, аккуратно держал руль обеими руками и сидел ровно, и от него веяло образцом правильного человека.

Трикотаж приглушённых тонов, хлопковые брюки, естественно уложенные волосы подчёркивали цельный образ доктора Чу. В отличие от Ын Сона, чей образ трудно забыть после первого же взгляда, доктор Чу казался обыкновенным, но обладал поразительным обаянием и мягкостью — он легко вписался бы куда угодно.

Хорошее образование и правильное воспитание в нём читались явственно. Даже не зная его биографии, можно было безошибочно почувствовать, что этот человек прожил исключительно правильную жизнь.

— Мы почти приехали. Ын Сон, где вас высадить?

Доктор Чу спросил это очень тихо, будто ещё не хотел будить Ён Джу, и Ын Сон огляделся.

Можно было просто заехать на парковку, а он спрашивает, где высадить, — это было нелепо.

— Разве мы не заезжаем вместе?

— Вы, кажется, торопитесь, так что выходите первым. У нас ещё немного времени в запасе.

Хм. Ын Сон тихо вздохнул.

Он, похоже, собрался ещё покружить вокруг площадки со спящей Ён Джу в машине. Как бы не так.

— Выйдем вместе. У меня тоже есть запас.

— Ничего страшного. Можете выйти первым.

— Не нужно. Всё равно там делать нечего.

«Выходите» — «не хочу»: эти двое ненадолго сцепились в каком-то странном противостоянии. Доктор Чу, всё это время смотревший строго вперёд, озадаченно повернулся к Ын Сону.

Ещё слово — и Ён Джу проснётся; доктор Чу плотно сжал губы. Ему казалось, что нутро Ын Сона, упирающегося и не желающего выходить первым, видно насквозь.

И тут Ын Сон резко обернулся к заднему сиденью и заговорил во весь голос.

— Эй, вставай. Приехали.

Ён Джу проснулась от его голоса и, ещё сонная, открыла глаза. Доктор Чу с досадой то и дело поглядывал на неё в зеркало.

— Можете ещё поспать. Спите. Вставать сейчас вовсе не обязательно.

— Вставай. Ты же глаза открыла. Что, только ты устала? Я тоже устал.

— А… я нечаянно уснула. Уже приехали? Простите.

Ён Джу прикрыла рот и длинно зевнула, а доктор Чу недовольно отчитал Ын Сона:

— Зачем будить человека, который спокойно спит? Времени ведь хватает.

— У меня времени нет.

— Вы же сказали, что у вас есть запас.

— А вы сказали, чтобы я выходил первым. Вот я и хочу выйти вместе с ней.

— …

Доктор Чу явно хотел что-то сказать, но промолчал и крепко сжал руль. Ён Джу, не замечавшая, какая странная обстановка складывается, размяла шею и постучала по подголовнику переднего сиденья.

— Да ладно вам, может, выпьем по кофе?

— Потом.

— Давай.

Доктор Чу и Ын Сон ответили одновременно — и невпопад. Доктор Чу, который хотел выпить кофе вдвоём, снова скривился от досады из-за вмешательства Ын Сона, а Ён Джу достала из сумки кошелёк.

— Тогда я схожу куплю. Остановитесь вон там на минутку.

— Я пойду с вами.

— Сходи одна. Тут парковаться негде, так что не создавай водителю неудобств — сходи быстро и купи.

Через минуту машина остановилась. Парковаться, как и сказал Ын Сон, было негде, поэтому высадили одну Ён Джу, а доктор Чу решил сделать круг и вернуться.

На переднем пассажирском по-прежнему сидел незваный гость — Ын Сон.

Желающих сделать заказ, видимо, было много: они сделали три круга, а Ён Джу так и не вышла. Доктор Чу начал ещё один, побольше.

В последнее время он стал время от времени пить кофе, а начав пить, понемногу втянулся в особый вкус зёрен. К тому же Ён Джу любила кофе, вот он и пил за компанию.

— Я какое-то время жил без кофе, но на площадке не пить его невозможно.

Доктор Чу подбросил тему для разговора, и Ын Сон её подхватил:

— От того, что вызывает зависимость, можно только временно воздерживаться; бросить навсегда трудно.

— И не говорите. В студенческие годы я так на нём сидел, что подумывал бросить.

Доктор Чу вспомнил прежние времена, невольно издал «у-у» и передёрнул плечами. От одной мысли о той поре к горлу и правда сама собой подкатывала изжога.

— Стоит почувствовать запах кофе — и автоматически чувствуешь запах бумаги задачников. Или запах предрассветного автобуса.

— Прилежно вы жили.

— Да у всех так, наверное. А если считать по занятости, у вас ведь тоже было будь здоров, Им Ын Сон?

Придорожные деревья, выстроившиеся ровными рядами по обе стороны, начали одеваться в осенние краски. Не полностью, но местами проступившая пестрота будто возвещала осень.

Ын Сон, не отвечая, смотрел на пейзаж. Как доктор Чу от запаха кофе вспоминал запах задачников, так у него от одного слова «занятость» подкатывала дурнота.

Все эти десять лет. Личной жизни не было никакой.

— Ох, напугали!

Лежачего полицейского они перевалили так лихо, что Ын Сона качнуло и мотнуло взад-вперёд. Доктор Чу поднял руку — мол, случайно вышло.

— Ой, испугались? Простите.

Когда она спала, он полз, как муравей с грузом, а теперь через лежачего полицейского прямо-таки летит.

Ах ты…

Ын Сон сердито прищурился и нахмурился. А доктору Чу было всё равно: он снова аккуратно взялся за руль и погрузился в вождение.

— Выпейте чашку кофе и одолейте этот запах задачников.

— Ох, воспоминание и правда неприятное. Но надо его перебороть.

— Учились вы, похоже, весьма хорошо. Ну, оттого и ветеринаром стали.

— Да. Ну, кроме этого мне и похвастаться нечем. Учился я неплохо.

Ишь ты. Остались вдвоём — и он вот так, без стеснения, себя расхваливает.

Может, и мне начать себя расхваливать? Молоть языком до самого рассвета?

— Я ничего, кроме учёбы, не знал. У меня с детства характер был такой.

Ага. Значит, характер с детства был так себе?

Ын Сон так и не решился это сказать и только покусывал губы, а доктор Чу продолжил.

— С детства я не выносил неправильных ответов.

К тому времени, как они сделали четвёртый круг и вернулись в исходную точку, обоим в поле зрения попала Ён Джу, выходившая с кофе.

Доктор Чу улыбнулся, а у Ын Сона лицо стало недовольным.

— Я вгрызаюсь, пока ответ не сойдётся. Потому что не люблю ошибаться.

— …

— Если уж вцепился, не отпускаю, пока не получу ответ. А, такой характер, наверное, не очень? Может, и так.

В словах доктора Чу крылся слишком прозрачный вызов, и Ын Сон промолчал.

Ён Джу благополучно приземлилась на заднее сиденье.

Ён Джу забрала вещи, вытащенные из багажника. Половину взял доктор Чу, оставшуюся — она.

Доктор Чу заговорил по телефону с клиникой и отошёл подальше, и Ын Сон подошёл к Ён Джу.

Он потянулся за её поклажей, но Ён Джу, будто только этого и ждала, вцепилась в неё и не отдала.

— Не трогайте. Я сама донесу.

— По законам какой страны положено ставить в неловкое положение того, кто хочет помочь?

— Мне не нужна помощь. Это моя работа. Что вы всё заритесь на мою работу?

Ён Джу отмахнулась — не надо, — и Ын Сон от нахлынувшей досады сердито сверкнул глазами.

А тот тюк, что несёт доктор Чу, значит, не твоя работа?

И вот так ты ко мне относишься? Решила делить людей на угодных и неугодных?

— Дай сюда. Считай, что это плата за кимпаб с тунцом и за кофе.

— Не нужно. Что там такого, чтобы за это платить.

— Нужно. Если так не нравится, выкрои время. Вместо кимпаба с тунцом накормлю обедом, вместо кофе поставлю выпивку.

— Н-не нужно!

Ён Джу опешила и замотала головой, а Ын Сон насупился — отдавай, мол, уже.

Отдавай. Дай сюда, говорю.

В конце концов Ын Сон всё-таки отобрал у неё поклажу и понёс. Потом обвёл взглядом округу и негромко, но внятно произнёс:

— Послушайте, младшая.

— Да, господин актёр.

— Я вовсе не тебе помочь пытаюсь, а работаю над собственным добрым имиджем, так что, сделай милость, подыграй.

Ын Сон вздёрнул подбородок — оглянись, мол. Ён Джу перевела взгляд и увидела людей из группы, которые с умилением смотрели на Ын Сона.

— Видела? Мой благородный поступок умиляет всех, кроме тебя. Сама-то ты ни за что не выложишь в соцсети, какой я заботливый.

Благородный поступок?.. Так его сначала совершить надо…

В машине было хоть что-то благородное? Разве что сплошные язвительные шпильки.

— Так что, раз не помогаешь, хотя бы не порть мой трогательный и душевный образ.

Умеет же человек лишить дара речи, честное слово…

Ён Джу стало неловко от совершенно пустых рук, и она только шевелила пальцами, а Ын Сон посмотрел в небо.

То ли вчерашняя выпивка не выветрилась, но голову ломило, а от подначек доктора Чу боль стала сильнее.

— Эй.

— Да, господин актёр.

Ему нужно было лекарство от головы.

— Что делаешь сегодня вечером, после работы?