Контент удален!

Хердин вынул изо рта сигару.

— Я тогда так растерялась, что не позаботилась о госпоже, и мне было неспокойно…

— Жрица.

— Да?

— Спасибо за заботу, но, по-моему, сейчас не время для любезностей.

Хердин взглядом указал туда, где собрались пострадавшие. На лице Миэлы мелькнула растерянность.

— Ах… Простите. Я так обрадовалась, что…

Не уходя сразу, Миэла немного помедлила, поклонилась и добавила:

— Тогда до новой встречи.

До последнего не сводя глаз с Хердина, она повернулась и ушла.

Рус с сочувствием смотрел ей вслед. Служа помощником Хердина, он видел такое уже бессчётное множество раз.

Только вот, в отличие от других, эту немного жаль…

Потому что она жрица, обладающая священной силой.

Как бы то ни было, люди со священной силой редки, и держать такую рядом было бы полезно.

Его господин, впрочем, несмотря на такую пользу, ни разу на неё и не взглянул.

— Всё-таки она вас лечила, могли бы быть с ней поласковее.

— Вот я и подсказал ей, чем заняться, пока её не уволокли за нерадивость.

От невозмутимого ответа Хердина Рус опешил, но дело было уже сделано.

— Да-да. Вы сама нежность.

Оставив Руса, отвечавшего лишь для вида, Хердин направился к привязанному коню.

Ждать, пока всё уладится, он не мог: жажда по женщине, оставшейся в особняке, исчерпала его терпение.

* * *

Вернувшись из личной библиотеки Хердина в спальню, Блэр отдала Лине письмо Михаила.

— Лина, сожги, пожалуйста.

— Ой, да.

Оставив Лину зажигать свечу, Блэр подошла к окну. Глаза её, смотревшие в окно, тревожно метались.

«Я выяснил, откуда герб, о котором вы велели разузнать.

Этот герб выгравирован на кинжалах, которые после войны его светлость герцог, ваш супруг, пожаловал нескольким рыцарям, прошедшим с ним через жизнь и смерть».

Значит, тот мужчина, что меня убил, — рыцарь Дельмарка…

Да ещё один из личных рыцарей Хердина…

Блэр вспомнила, как сразу после свадьбы ходила на тренировочную площадку посмотреть на лица рыцарей.

Но среди них не было мужчины со шрамом на переносице.

Неужели я его пропустила?

Нервно расхаживая по комнате, Блэр взглянула на часы, тут же вышла и спустилась на первый этаж особняка.

В это время рыцари обычно тренировались на площадке. Пусть она и не была хозяйкой, которая заботливо опекает рыцарей, никто не удивится, если хозяйка их навестит.

Спустившись по лестнице, Блэр уже повернула к задней двери, когда со стороны парадного входа донёсся шум.

Хердин вернулся?

Пока она так думала, ей навстречу как раз вышел Мейсон.

— А, госпожа. Как удачно, что вы спустились.

— Кто-то приехал?

— Из главного замка прибыли несколько человек. Они, наверное, захотят вас поприветствовать. Если вы не заняты, не уделите ли минутку?

Ей хотелось немедленно пойти на площадку, но отвернуться и уйти у него на глазах было бы странно.

Если я опоздаю на несколько минут, ничего не изменится.

Блэр едва заметно кивнула.

— Хорошо.

Блэр вышла с Мейсоном к парадному входу. Пятеро всадников подъехали и спешились перед ней и Мейсоном.

Все они кутались в плащи, пряча лица от резкого зимнего ветра.

Мужчина в середине с шутливым видом подошёл к ним.

— Ого! Не думал, что госпожа сама выйдет встретить нас при первой же встрече… Какая честь. Знал бы — привёз бы по дороге подарок.

Блэр рассеянно смотрела на мужчину, который приближался, опуская плащ с лица, и вдруг замерла. Глаза, видневшиеся над плащом, были ей знакомы.

Этот человек…

Узнав эти глаза, Блэр почувствовала, как дрогнул её взгляд.

Это были глаза наёмного убийцы, лишившего её жизни.

Шрама на переносице не было, но это был точно он.

— Рад знакомству, госпожа. Рыцарь Дельмарка, Калиго Эльфаринд.

Он развязно поцеловал ей руку. Прикосновение его губ было до ужаса жутким.

Я и не подумала, что это может быть рыцарь из главного замка.

Рука Блэр в его руке дрожала. Нужно было что-то сказать, но ей не хватало воздуха, будто кто-то сдавил ей горло.

И тут послышался приближающийся стук копыт. Хердин, Рус и несколько рыцарей. Они вернулись вместе с Хердином раньше остальных.

Увидев Хердина, Калиго радостно отпустил руку Блэр.

— Ого, и его светлость нас так встречает!

Но спешившийся Хердин прошёл мимо Калиго прямо к Блэр.

Даже когда он подошёл, Блэр не могла отвести глаз от Калиго.

Увидев это, Хердин отослал Калиго.

— Поздоровались — и хватит. Калиго, ты с дороги, устал, иди отдыхай.

— Есть. Тогда до встречи, госпожа.

Калиго бойко попрощался и ушёл вместе с приехавшими рыцарями.

Блэр неотрывно смотрела ему вслед. Она почему-то казалась такой беззащитной.

Хердин машинально хотел её обнять, но, заметив на одежде землю, остановился. Он снял кожаные перчатки и взял Блэр за руку голой рукой.

Почувствовав его тепло, Блэр наконец подняла застывший взгляд и посмотрела на него.

— Вам нехорошо?

Рука, сжимавшая её руку, как всегда, была тёплой, но его тепло пугало её.

Вдруг в какой-то миг он переменится и сдавит ей горло.

Блэр осторожно высвободила руку и ответила:

— Всё в порядке.

Хердин нахмурился. Вопреки словам, вид у неё был совсем не в порядке.

Он приказал стоявшей рядом Лине:

— Проводи госпожу в её комнату.

Поднимаясь в комнату с помощью Лины, Блэр оглянулась. Хердин о чём-то говорил с Мейсоном.

Вопросы, которые нельзя было ни задать, ни услышать на них ответ, больно царапали горло.

* * *

Вернувшись в комнату, Блэр растерянно сидела на кровати.

Когда чувства улеглись и голова остыла, один за другим стали возникать вопросы и догадки.

Зачем этот человек меня убил?

Мы с ним почти не пересекались, так что вряд ли дело в личной неприязни и, наверное, не в его собственной выгоде. Простому рыцарю нет никакого проку меня убивать.

Значит, всё-таки Хердин…

На этом Блэр оборвала мысль.

Нет, нет. Может, этот Калиго решил, что я мешаю Дельмаркам.

Сегодня, при первой встрече, он держался с ней дружелюбно, но, раз он так глубоко предан Хердину, мог и самовольно решить от неё избавиться.

Но для такой догадки кое-что не сходилось.

Прежде всего я принцесса, а уже потом герцогиня. Если со мной что-то случится, это приведёт к раздору с императорской семьёй. Неужели он зашёл бы так далеко?

Упёршись в тупик, она нашла другое объяснение.

А может, его подослал кто-то третий, кому нужен раздор между императорской семьёй и Дельмарками.

Выходит, Хердин мог быть непричастен к её смерти. Но…

Нет. Никому нельзя доверять.

Возможность, что за всем стоит Хердин, тоже нельзя полностью исключать.

Если подумать, причин её недолюбливать у Хердина было много.

Жена, навязанная ему почти насильно родом его врага, без воспоминаний, которые сняли бы с Эсмеральды ложное обвинение, — да ещё у него была другая, любимая женщина.

Ослеплённый любовью, он мог захотеть убить бесполезную жену, которая только мешает.

Смешной казалась собственная глупость: на миг она поверила, что он не причастен к её смерти.

Нервно теребя руки, Блэр обдумывала дальнейшие планы.

Если просто сбежать, ничего не зная, ничего не решится.

Если Калиго действовал из личной неприязни или из преданности, достаточно отказаться от места герцогини или сбежать, но если за ним кто-то стоит — дело другое.

Пока за её смертью стоит кто-то с определённой целью, её могут пытаться убить снова и снова.

Чтобы избежать смерти, нужно сначала узнать, почему она должна была умереть, а чтобы докопаться до этого, нужно узнать о Калиго.

С кем он в сговоре и зачем меня убил.

Решив поручить Михаилу разузнать о Калиго, Блэр достала бумагу и начала писать письмо.

И тут она почувствовала, что за спиной кто-то есть.

— Вы не слышали стука, и я подумал, не задремали ли вы.

Вздрогнув от неожиданного появления Хердина, Блэр прикрыла письмо и обернулась к нему.

Хердин, видимо, только что вымылся — он был в халате. Его взгляд был обращён на письмо.

Только тогда ей пришло в голову, что так она лишь вызывает подозрения, но он, к счастью, лишь посмотрел на письмо и ничего не спросил.

Он легко подхватил Блэр, сам сел на стул и усадил её к себе. А затем развязал завязки её платья. Сделал он это совершенно естественно.

Когда платье ослабло, открылись белые округлые плечи. Прижавшись губами к её плечу, Хердин спросил:

— Как самочувствие?

Горячее дыхание вместе с ленивым низким голосом защекотало её плечо. Его бесцеремонные прикосновения, к которым пора было бы привыкнуть, всё ещё были для неё непривычны.

Поняв, что он спрашивает, потому что помнит, как плохо она выглядела, Блэр с запозданием ответила:

— Всё хорошо.

Он принял это за разрешение: рука, обнимавшая её за талию, поднялась выше и накрыла её грудь.