Онлайн чтение книги Положение тела Body position
1 - 29

Квон Хэ Ган всегда был незваным гостем в жизни Ча Ын. Гостем, который появлялся, перекрывая все пути к отступлению.

Так было 8 лет назад, когда он внезапно ворвался в «Свинку-камджатан». Так было, когда он устроился временным учителем в школу, где она работала, и занял место рядом с ней. Так было и сейчас.

Оправдываться было нечем. Стыд, гнев и растоптанная гордость смешались в один ком, и лицо Ча Ын вспыхнуло огнем.

— Ещё и камджатан?

— ...

— С тех пор как ты запретила мне приходить в ваш ресторан, я ни разу не смог его поесть, хоть и хотел. А ты тут, оказывается, одна наворачиваешь.

Прикусив губу, Ча Ын медленно закрыла глаза и тихо произнесла:

— Уходи.

Квон Хэ Ган, криво приподняв бровь, молча сверлил её взглядом.

— Ты убедился, что я одна. Теперь уходи.

Он сунул руки в карманы брюк и съязвил:

— Тогда пойдем со мной. Негоже в день рождения сидеть одной.

— Какое тебе дело? Я хочу провести свой день рождения так, как хочу.

— У тебя сейчас настроение дерьмовое из-за той статьи, что вышла утром.

Сказать было нечего. Конечно, настроение дерьмовое. Если мужчина, с которым ты недавно спала, попадает в скандал с другой женщиной, нужно быть идиоткой, чтобы радоваться.

Проблема была в том, что виновник её испорченного настроения вломился к ней в дом и несёт какую-то чушь.

— Это неправда. Ты не видела опровержение?

Квон Хэ Ган состроил обиженную и расстроенную мину.

— Правда это или нет — какое мне дело?

— Хон Ча Ын.

— Что? Ты думал, стоит тебе прийти и сказать «это неправда», как я тут же растаю: «Ах, вот оно что!» — и снова прыгну к тебе в постель? Ты за кого меня принимаешь?

— А что мне ещё сказать? Я говорю, что это ложь, потому что это ложь. Чего ты ещё хочешь? Я эту Хан Бом или Сэ Бом даже не знаю.

— Мне-то что?

На самом деле ей было дело. Честно говоря, ей до смерти хотелось знать. Если он её не знает, откуда взялись свидетели в ресторане, фото парных вещей в интернете, и что там за история с Гавайями? Вопросы рвались наружу, застревая комом в горле.

Квон Хэ Ган, видимо, сходя с ума от разочарования, выдохнул в потолок так, словно собирался разорвать на себе рубашку. От глубокого вздоха ткань на груди натянулась, пуговицы грозили отлететь.

— И что мне делать? Как мне доказать?

— Докажи.

— Док... что?

От решительного ответа Ча Ын у Квон Хэ Гана на мгновение отвисла челюсть.

— Ты вломился ко мне в дом, думая, что я с другим мужчиной, и убедился, что я одна. Я доказала. Теперь ты докажи так, чтобы я поверила.

Он открывал и закрывал рот, словно рыба, потеряв дар речи, и наконец выдавил:

— Что... как?

— Это ты сам придумай. Доказывать истинность утверждения — твоя задача, а не моя.

С этими словами Ча Ын начала подталкивать все еще ошарашенного Квон Хэ Гана к выходу. Он, кое-как надев туфли, оказался за порогом.

— И у меня нет причин принимать от тебя такие подарки.

Она снова сунула маленький пакет ему в руки. Но он в мгновение ока повесил пакет ей на запястье и низко прорычал:

— Если не нужно — выбрось.

Голос был совершенно ледяным, не таким, как обычно.

— Гордость у тебя что тогда, что сейчас — просто зашкаливает.

Бормоча это себе под нос, он остался стоять, когда Ча Ын с грохотом захлопнула дверь перед его носом.

***

Промежуточные экзамены шли своим чередом. В учительской было тише и напряженнее, чем обычно, ученики горели желанием учиться, в школе витала атмосфера невидимой конкуренции.

Графики дежурств на экзаменах у Ча Ын и Квон Хэ Гана не совпадали, так что, кроме утренней планерки и классного часа, они почти не пересекались. Даже если взгляды встречались, они лишь обменивались холодным кивком и проходили мимо.

Наступил последний день экзаменов перед длинными выходными, начинающимися с Дня детей. Проведя классный час, похвалив учеников за старания и пожелав хорошо отдохнуть, Ча Ын вернулась в учительскую и наконец почувствовала, как напряжение отпускает.

Но что-то всё же беспокоило. Предчувствие, что противостояние с Квон Хэ Ганом вот-вот взорвется.

— Нам надо поговорить.

Предчувствие не обмануло.

Квон Хэ Ган, с каменным лицом, бросил эту фразу Ча Ын, которая собирала вещи перед уходом, и вышел из учительской первым.

Ча Ын, готовая идти домой, взяла сумку и последовала за ним. Квон Хэ Ган привел её, конечно же, в то самое место со старым автоматом и скамейкой.

«Почему мы вечно оказываемся здесь?»

Убедившись, что железная дверь плотно закрыта, Ча Ын встала напротив него.

— Тебе есть что сказать?

— Долго ты будешь так себя вести?

Подойдя вплотную, он стоял прямо, глядя на неё сверху вниз. Ча Ын не нравился этот высокомерный взгляд.

— Как «так»?

— Хон Ча Ын.

— Я всегда была такой с тобой. Не знал?

Отрицать больше было нельзя. Квон Хэ Ган был её первой любовью. Той самой первой любовью, которая сотрясала её сердце поздним летом и ранней осенью выпускного класса. Но она была недостаточно великодушна, чтобы прощать ему всё только потому, что он был первой любовью.

— А-а, ты про то, что мы переспали?

Ча Ын сделала шаг назад, увеличивая дистанцию, чтобы лучше видеть его лицо. На лице Квон Хэ Гана не было прежней расслабленности. Он выглядел нетерпеливым и встревоженным. Это ей нравилось.

— Было неплохо, да. Но на этом всё.

Лицо Квон Хэ Гана исказилось от гнева. Ча Ын спокойно продолжила:

— Всего-то два раза. Я же говорила с самого начала. Это была взаимная ошибка, давай забудем и сделаем вид, что ничего не было. Можно сделать это прямо сейчас, так что не переживай.

— Ты что, слепая? Опровержение уже вышло, в интернете всё утихло. Почему только ты устраиваешь драму?

Как он и сказал, слухи о романе Квон Хэ Гана и Хан Сэ Бом давно утихли после быстрого официального заявления. Но дело было не только в этом. Интернет успокоился, а вот её сердце всё ещё металось в хаосе.

— Чего ты хочешь? Раз слухи ложные, давай продолжим спать и веселиться?

— Следи за языком.

— Или что, начнем встречаться? Ты и я? Зачем?

Квон Хэ Ган, прикусивший губу до белизны, внезапно протянул руку. Схватил её за шею и накрыл её губы своими — всё произошло в мгновение ока. Она даже не успела среагировать.

— Эй, ты!..

Стоило ей открыть рот, чтобы возмутиться, как горячий язык ворвался внутрь и начал бесцеремонно исследовать всё вокруг.

Его тяжелое дыхание и её панические вдохи смешались в беспорядке. Рука на её шее была горячей. Ча Ын попятилась, пытаясь вырваться, но в итоге уперлась спиной в стену. И снова он перекрыл ей все пути к отступлению.

Она пыталась оттолкнуть его изо всех сил, но его твердое тело не сдвинулось ни на миллиметр. Прижав её к стене, он сжал её челюсть и сосредоточился на яростном поцелуе.

Его огромная фигура полностью скрыла её. Если бы кто-то прошел мимо, он бы даже не заметил, что Ча Ын зажата в этом углу.

Его язык нагло заполнил её рот до отказа. Он облизывал, посасывал, создавая непристойные влажные звуки. Словно хотел, чтобы она слышала это.

Жар ударил в голову. От грубого, властного поцелуя по телу пробежала дрожь возбуждения. Когда дышать стало совсем нечем, Ча Ын заколотила кулаками по его плечам, и только тогда он неохотно разорвал поцелуй.

Ча Ын, хватая ртом воздух, уставилась на него. Её глаза покраснели. Квон Хэ Ган, наклонившись к её уровню, сверлил её горящим взглядом.

— Говори красиво. Не провоцируй меня, играя на нервах.

— ...

— Ты до сих пор не поняла? Чем больше ты так делаешь, тем больше я возбуждаюсь.

Квон Хэ Ган перехватил руку Ча Ын, накрыл её своей и потянул вниз, к своему паху. Он заставил её крепко сжать внушительный бугор, тянущийся вдоль левого бедра, стиснув зубы.

Ча Ын в испуге расширила глаза и поспешно выдернула руку, оттолкнув его.

— Что ты творишь, извращенец?!

— Какой извращенец? Это то, что было внутри тебя.

Его вкрадчивый шепот прилип к шее, как живое существо.

Воспоминания о том, как они кувыркались в постели, захлестнули её, и Ча Ын тряхнула головой, прогоняя наваждение. Она бросилась не к закрытой железной двери, а в обход здания, чтобы сбежать. Она шла быстро, боясь, что он погонится за ней.

Завернув за угол, она оглянулась. Он стоял на том же месте. С таким стояком не то что бежать, идти трудно. Ча Ын, чувствуя жар внизу живота, крикнула:

— Э-эт... этот жиголо!

Квон Хэ Ган топнул ногой, словно собираясь броситься в погоню, и рявкнул в ответ:

— Кто тут жиголо?!

Ча Ын развернулась и побежала со всех ног. Впервые за 8 лет, с того момента, как встретила Квон Хэ Гана у своего дома, она бежала так быстро, что задыхалась.