Онлайн чтение книги Положение тела Body position
1 - 31

Перед входом в заведение, где толпился народ, Хэ Ган курил одну за другой. У его ног скопилась целая гора окурков. Он низко надвинул кепку, едва не до подбородка, и накинул сверху капюшон худи, полностью скрывая лицо.

И зачем я сюда приперся?

Стоило получить сообщение с адресом, где находится Ча Ын, как он тут же сорвался с места, но теперь, стоя перед дверью, почувствовал сильный приступ скепсиса.

Стоит Хон Ча Ын свистнуть, и ты тут как тут? Совсем гордости нет?

Этот вопрос он задал самому себе. Ситуация, в которой он, точно щенок с колокольчиком на шее, примчался по первому зову хозяйки, в мгновение показалась ему смехотворной. С другой стороны, нельзя же вечно стоять здесь и дымить.

Хэ Ган затянулся так глубоко, что щеки впали, затем бросил окурок на землю и раздавил его подошвой. Глубоко выдохнув, он вошел внутрь.

В баре не было ни одного свободного места. Гул голосов вперемешку с музыкой больно бил по барабанным перепонкам. Нахмурившись, он огляделся и почти сразу заметил Хон Ча Ын, сидевшую в углу у окна. Похоже, она уже набралась до чертиков: глаза полуприкрыты, щеки пылают, и она что-то без умолку доказывает своей собеседнице.

Хэ Ган решительно направился к ним. Чем ближе он подходил, тем отчетливее становился голос Ча Ын.

— Да что ты понимаешь? А? Что ты смыслишь? Он не из тех, кто ведет грязную жизнь. Хотя... может и грязную. Ну и что? Кому какое дело!

— Ладно, ладно. Квон Хэ Ган — обладатель чистейшей и благородной крови, не распутник, проблем с женщинами не имеет, а все слухи — ложь. Теперь ты довольна?

— Довольна? Да ничего подобного. Ты просто не знаешь, какой Квон Хэ Ган чистюля и педант. Да у него даже там, кхм...

Хэ Ган инстинктивно зажал ей рот ладонью. Облизнув губы, он мысленно выругался. Он сразу понял, что она собиралась выболтать. Да насколько далеко она готова зайти в своих откровениях?.. Потушив «пожар», он вежливо обратился к подруге Ча Ын.

— Здравствуйте. Я пришел забрать Ча Ын.

Та, судя по всему, была не так пьяна — она мгновенно узнала его, и её глаза округлились.

— О-о боже, вы правда пришли? Это правда вы? Квон Хэ Ган, тот самый спортсмен? Эй, эй, Хон Ча Ын! Приди в себя! Хон Ча Ын!

Хэ Ган дежурно улыбнулся, прищурив глаза. Ча Ын, всё еще с зажатым ртом, отчаянно барахталась.

— Вы сами сможете добраться? Поймать вам такси? — спросил он Хе Рим.

— А, нет. Еще ходят последние автобусы, я тут рядом сяду. Но вы знаете, где живет Ча Ын? Не знаю, можно ли мне вот так её оставлять... Я могла бы забрать её к себе...

— Я бывал у неё пару раз, дорогу знаю. Не беспокойтесь, я не из тех, кто воспользуется состоянием пьяной девушки.

Крепко обхватив обмякшую Ча Ын за талию и подхватив её сумку, Хэ Ган кивнул Хе Рим, приглашая на выход. Прежде чем подруга успела достать карту, он уже расплатился своей.

— Мне неловко, что пришлось вас вызывать, так вы еще и счет оплатили. Я обязательно верну через Ча Ын.

— Не стоит. Если кто и должен возвращать, так это Хон Ча Ын. Она что... в бочке с выпивкой искупалась?

Ча Ын висела на боку у Квон Хэ Гана, размахивая конечностями, словно надувной рекламный человечек. Хе Рим неловко улыбнулась, пытаясь оправдать подругу:

— Видимо, у неё что-то случилось. Обычно она так не напивается.

Хэ Ган с сомнением посмотрел на Ча Ын. Насколько он знал, именно так она обычно и напивалась. Заметив его взгляд, Хе Рим бросилась на защиту:

— Это правда! Наша Ча Ын очень строго за собой следит и не особо любит алкоголь, её в таком виде редко увидишь.

— Ах, вот как.

— Она может казаться холодной и не подпускать к себе людей, но если уж назовет кого-то «своим», то будет очень заботиться и переживать в глубине души.

— ...

После слов Хе Рим в голове Хэ Гана всплыл образ убегающей Ча Ын, которая перед этим назвала его «жиголо». В глубине души заботится, значит? Странный у неё характер.

Хе Рим посмотрела на жалко колыхающуюся Ча Ын и цокнула языком. Похоже, даже у её преданности были пределы.

— ...Она хорошая девочка.

— Вы, я вижу, очень близки.

— Конечно. Мы лучшие подруги еще с университета.

«Наша Ча Ын», знание всех нюансов её характера, «лучшие подруги»... Хэ Ган почувствовал укол необъяснимой ревности. Причин для недовольства не было, но на душе стало неприятно.

— Я пойду. Машина припаркована вон там. Вас подвезти?

— Нет-нет, я сама.

— Что ж, прощайте.

— Спасибо, что приехали! Когда Ча Ын проснется, скажите, чтобы обязательно мне позвонила!

Оставив девушку позади, Хэ Ган поудобнее перехватил Ча Ын и направился к машине. Он буквально запихнул полусонную тушку на пассажирское сиденье и, обойдя автомобиль, сел за руль. Пристегнул её, пристегнулся сам и завел мотор.

На мгновение он откинулся на подголовник и посмотрел на Ча Ын. Она что-то бессвязно бормотала себе под нос, и от этого зрелища Хэ Ган невольно усмехнулся.

— До чего я докатился...

Словно в ответ на его сетования, Ча Ын что-то промычала, но разобрать слова было невозможно.

— Спи уже. Тоже мне, нашла время огрызаться.

Приструнив пьяную гостью, Хэ Ган потянулся к её креслу и откинул спинку назад, чтобы она могла лечь удобнее. Затем он замер, разглядывая её лицо — Ча Ын продолжала шевелить губами, будто вела бесконечный спор.

Внезапно он прыснул.

— «Просто приезжай. Приезжай и поговорим. Давай проверим, подходим мы друг другу или нет! Нам же было хорошо. Мы же отлично подходили друг другу, а?»

— «Да что ты понимаешь? А? Что ты смыслишь? Он не из тех, кто ведет грязную жизнь. Хотя... может и грязную. Ну и что? Кому какое дело!»

— «Ты просто не знаешь, какой Квон Хэ Ган чистюля и педант. Да у него даже там...!»

Судя по обрывкам их разговора в баре, было очевидно, что именно он стал причиной сегодняшнего срыва Хон Ча Ын.

Последние несколько дней Хэ Ган сам был не в духе из-за мыслей о ней. И осознание того, что Ча Ын тоже думала о нем и мучилась так же сильно, необъяснимо подняло ему настроение.

Вместо музыки или радио он всю дорогу слушал пьяный бред Хон Ча Ын. Он по-прежнему ничего не понимал, но само присутствие Ча Ын рядом дарило ему странное чувство покоя.

***

Хэ Ган привез её не к захудалой квартирке Ча Ын, а на подземную парковку своего жилого комплекса. В её состоянии она всё равно не смогла бы открыть замок, к тому же в его квартире было гораздо больше места, чище и удобнее для того, чтобы привести её в чувство.

Взвалив Ча Ын на спину, Хэ Ган зашел в лифт и нажал кнопку «R». Ча Ын уткнулась губами в его шею, продолжая что-то нашептывать. От её горячего дыхания, щекочущего кожу, ему пришлось сцепить зубы. Лифт без остановок долетел до верхнего этажа и распахнул двери.

Миновав длинный коридор, больше похожий на галерею, они оказались в гостиной, где за огромным панорамным окном расстилался ночной вид на реку Ханган.

Хэ Ган опустил Ча Ын на широкий диван у окна. Она тут же свернулась калачиком, решив, что это её кровать, и приготовилась спать дальше.

— У тебя вообще инстинкта самосохранения нет? А если бы тебя подобрал кто-то другой?

Хэ Ган прищурился и с силой ткнул пальцем ей в щеку.

— Ы-ы-ы! — даже во сне она недовольно сморщилась и оттолкнула его руку.

— Характер — просто сахар, — пробормотал он.

Зайдя в ванную, он наполнил ванну теплой водой и вернулся в гостиную. Настало время избавлять Ча Ын от слоев одежды.

Когда он расстегнул пряжку её брюк и стянул их к щиколоткам, перед глазами предстали ослепительно белые бедра. Зажмурившись, Хэ Ган на ощупь стянул с неё тонкий свитер.

— Я просто хочу тебя помыть, так что без глупостей.

У него и в мыслях не было пользоваться её состоянием. Иначе он и впрямь стал бы тем самым «жиголо», как она его называла. Просто ему не хотелось укладывать пропахшую баром Хон Ча Ын в свою чистую постель.

Стараясь не смотреть слишком пристально, он снял с неё белье, завернул обмякшее обнаженное тело в банный халат и на руках отнес в ванную.

— Только попробуй завтра не протрезветь. Заставлю три тысячи раз поклониться в извинении.

Прорычав это прямо в лицо Ча Ын, которая едва приоткрыла мутные глаза, Хэ Ган осторожно опустил её в воду.

— Ай, холодно.

Стоило телу коснуться воды, как Ча Ын втянула голову в плечи.

— Холодно?

Он проверил воду пальцами — она была теплой. Раз говорит холодно, ничего не поделаешь. Вздохнув, он включил горячую воду, регулируя температуру.

Выдавив приличную порцию геля на мочалку, он начал намыливать её. Пока он тер ей руки и ноги, его собственное тело начало обдавать жаром. Когда дело дошло до груди и внутренней стороны бедер, его лицо, казалось, было готово взорваться.

Затем он намылил ей голову шампунем. Хон Ча Ын полулежала в ванне, томно наслаждаясь массажем головы. Прямо королева на приеме.

— Твою мать... Что я творю?

Периодически его накрывали волны сомнения и нелепости происходящего. А Ча Ын, не подозревая о его душевных терзаниях, лишь хлопала полуоткрытыми глазами, глядя на него снизу вверх.

Пока он смывал пену с её головы и тела, их взгляды встретились. Понимая, что она не в себе, он всё же решил спросить:

— Ты хоть что-то соображаешь?

— ...

— Понятно, всё еще в астрале.

Цокнув языком, он хотел продолжить, но Ча Ын вдруг подняла руку и поманила его к себе. Словно хотела что-то сказать по секрету.

Хэ Ган нахмурился, но любопытство взяло верх — он наклонился к её губам. Ча Ын, затаив дыхание, осторожно прошептала:

— Почему у тебя... их нет?

Запах алкоголя от неё стоял такой, что Хэ Ган подумал: Надо бы ей еще и зубы почистить. В этот момент Ча Ын снова заговорила:

— Почему у тебя там нет волос? Их же не могли украсть.

Взгляд Ча Ын плавно скользнул вниз и замер на уровне его паха.

— Что за бред... Какой идиот станет воровать чужие волосы на члене? Приди в себя, Хон Ча Ын.