Карл сидел на кровати, потягивая тёплое какао и время от времени поглядывая на женщину рядом с ним.

Она кажется… по-настоящему хорошим человеком.

Рядом с ним сидела Джудит. Она не вынуждала его разговаривать и не поднимала тему произошедшего. Вместо этого она непринуждённо разряжала обстановку, ненавязчиво обращая внимание на разные мелочи или книги в комнате, — и Карл чувствовал себя спокойно.

Я думал, что Сара — хороший человек, но эта… кажется, настоящая.

Изабелла уволокла Сару в глубь поместья — допрашивать.

Получив разрешение Изабеллы, остаться рядом с Карлом взялась именно Джудит. Она сама предложила это, объяснив, что за годы работы приходящим репетитором накопила богатый опыт общения с детьми.

— Честно говоря, мне до сих пор трудно поверить… что Сара говорила мне такие ужасные вещи.

— Пока Сары нет, не торопись — думай. Разберись, что правильно.

— Не торопиться?

— Да. Спешить некуда. Возможность расти не спеша — это привилегия детства.

Такого Карл ещё никогда не слышал.

Все всегда называли его гением. Требовали, чтобы он во всём превосходил других — и как можно скорее.

Раз ты гений — должен делать это. Раз ты гений — обязан делать то.

Даже Сара всегда говорила: «Молодой господин, вы гений, поэтому я уверена, что вы понимаете, о чём я. Начиная с завтрашнего дня вы должны поступать соответственно». Она постоянно требовала от него большего.

Но Джудит говорила прямо противоположное. От её слов на душе становилось легко.

Сделав ещё один глоток какао, Карл посмотрел на Джудит и спросил:

— Тогда когда вы официально переедете к нам, баронесса Айлан?

Вопрос был неожиданным, но Джудит мягко улыбнулась и ответила:

— Ну… наверное, когда поговорю с герцогом и когда будут оформлены и объявлены официальные документы о регистрации брака?

Изначально всё это должно было произойти сегодня, но арест Сары нарушил все планы.

Герцог Майюс, только что вернувшийся из инспекции, сразу же присоединился к допросу Сары. Само собой, встреча Джудит с ним тоже была отложена.

Карл немного посмотрел на Джудит, а потом широко улыбнулся.

— Тогда можно, я буду называть вас невесткой?

— А. — Джудит добро улыбнулась и кивнула. — Да, наверное, так.

— Тогда вы можете называть меня просто по имени. — Синие глаза его засветились. — Раз вы носите ребёнка моего брата, вы уже часть семьи. Но… как там мой брат?

— Ну… э-э, сейчас точно не знаю.

— Хм… — Карл вздохнул и опустил голову. — Прошу прощения от его имени.

— Ах, нет-нет, всё в порядке.

— Я никогда не учил его так поступать…

— То есть?

— Если он когда-нибудь вернётся — я как следует его отругаю. Не беспокойтесь, невестка.

Карл не мог поверить в поступок брата. Вести себя так безответственно… немыслимо. Даже он в свои восемь лет не позволил бы себе такого. Видимо, брат совсем распустился, уйдя из дома.

Причинить такое горе такому доброму и внимательному человеку…

Если Экиан не может взять на себя ответственность — значит, это должна сделать семья Майюс. Раньше Джудит сказала, что уход Экиана можно считать поручением ему заботиться о родителях. Значит, теперь, подумал Карл, я должен защитить невестку и будущего племянника или племянницу.

Джудит дождалась, пока Карл уснёт, и тихо поднялась. Укрыв его, она уже собиралась выйти из комнаты, как вдруг из шкафа донёсся стук. Намеренный — достаточно громкий, чтобы его услышать.

Должно быть, Мастер.

Он, по всей видимости, пробрался через тайный ход и слышал весь её разговор с Карлом.

Джудит ещё раз убедилась, что Карл крепко спит, на цыпочках подошла к шкафу и открыла дверцу. Внутри, среди детской одежды, сидел Мастер в маске.

— Мастер? Зачем вы ходите за мной следом, когда от вас здесь нет никакого проку?

— Я был готов прийти на помощь, если что-то пойдёт не так. Заходите.

Джудит, боясь разбудить Карла, быстро юркнула в шкаф. Оказавшись внутри и закрыв дверцу, она снова очутилась в тесном замкнутом пространстве вместе с Мастером.

— Как вам это удалось?

Мастер, судя по всему, хотел знать, как Джудит так точно рассчитала время, чтобы привести с собой герцогиню. Дело могло подождать, а ему уже не терпелось.

Джудит пожала плечами и объяснила:

— Я ведь написала письмо раньше, намекнув, что хотела бы выпить чай в саду, помните?

— Да.

— Сара сказала, что встретится с Карлом в заднем саду после обеда, чтобы дать ему лекарство, вызывающее рвоту. Поэтому рассчитать время было несложно. Нужно было лишь поймать их на месте.

Джудит объясняла, словно речь шла о пустяке.

— В нужный момент я сказала герцогине, что заблудилась по дороге в сад и заметила кое-что подозрительное, так что нам стоит вместе пойти проверить.

В конце концов, именно герцогиня могла по-настоящему наказать Сару. И она же — несмотря ни на что — в будущем могла бы утешить Карла искреннее всех.

Пусть у герцогини и был крутой нрав и с самообладанием она явно ладила не лучшим образом — в этой ситуации родители должны были знать правду.

Мастер не ответил сразу. Он молча смотрел на Джудит.

Что такое?

Поскольку он был в маске, прочитать его выражение было невозможно, но тишина между ними становилась всё более неловкой. Когда Джудит уже начала ёрзать, Мастер тихо вздохнул.

— Спасибо вам, Джудит.

— Хм?

— То есть… спасибо.

— За что?

— Я слышал, что вы говорили Карлу. Это было… э-э…

Казалось, он тщательно подбирает слова.

— Это было… по-настоящему тепло и по-доброму.

За три года совместной работы Мастер впервые говорил именно так.

— Вы кажетесь очень хорошим человеком.

В тесном шкафу Мастер добавил тихим шёпотом:

— Джудит, вы и правда такой человек.

Его низкий голос, как обычно, почти сразу начал таять в памяти — но атмосфера между ними ощущалась иначе, чем прежде. Даже чувства, теперь звучавшие в его словах, были куда более человеческими, чем когда-либо.

Джудит на мгновение уставилась на его маску.

— Мастер.

После паузы спросила:

— Вы… не испытываете ли чувств ко мне?

— Ч-чего?

— Вы влюбились в меня из-за всего, что произошло?

Джудит подалась ближе к Мастеру. Он отпрянул в испуге, но в тесном пространстве шкафа отступать было некуда, и они оказались ещё ближе.

Мастер, явно растерявшись, пробормотал:

— Погодите, Джудит.

— Вы считаете меня не только умной, но и доброй — и поэтому я вам нравлюсь?

— Н-нет, я не это…

— Но время не самое подходящее, не правда ли? Я ведь вот-вот выхожу замуж.

— Я и сам это понимаю, но…

— И я человек ответственный, поэтому не стала бы заводить роман, пока состою в семье Майюс.

— Джудит, я не…

Джудит лукаво улыбнулась, не сводя глаз с его маски.

— Но я и не отметаю такую возможность полностью.

— …Что?

— Я не знаю ни вашего лица, ни голоса, ни имени — ничего. Но если вы всё же захотите в будущем построить со мной что-то иное — через несколько месяцев можете показать мне своё лицо. Если всё окажется в порядке, я, пожалуй, рассмотрю вас как кандидата на повторный брак.

— Одну минуту, Джудит.

Мастер, прежде запинавшийся, вдруг стал серьёзным.

— Вы уже думаете о повторном браке?

— Что?

— Вы ещё даже не подали документы о регистрации брака, а уже говорите о повторном браке?

В его голосе слышалось нечто похожее на потрясение.

Джудит, застигнутая врасплох его реакцией, ответила невозмутимо:

— Ну конечно. Долги исчезнут, и когда всё это закончится — у меня будет достаточно денег.

— Но всё же…

— Я и так натерпелась. Разве я не заслуживаю немного романтики?

Мастер замолчал — словно не веря своим ушам, — а потом спросил с обвиняющими нотками:

— Погодите. Разве вы не говорили, что были влюблены в Экиана Майюса? Помнится, вы мне это рассказывали.

— Это было в прошлом. Я пережила это.

— Так быстро? Что за человек так быстро всё забывает? Ваши чувства настолько поверхностны?

— Ну, прошло почти пять лет с его исчезновения.

— Всё равно… если вы его действительно любили!

— Честно говоря, не так уж сильно. К тому же он может быть мёртв.

— Он может оказаться живым.

— Допустим, но вдруг он стал некрасивым? Пять лет — немалый срок.

— Значит, вы просто бросите его, если он некрасивый? Как можно быть такой бессердечной?

— Почему вы так переживаете? Постойте… уж не отвергали ли вас из-за внешности? Если так — мне жаль.

— ……