Экиан не спал всю ночь — и даже вернувшись в информационную гильдию, не мог успокоить мысли. Перед глазами стояла Джудит — лежит рядом, болтает с ним. И одновременно его захлёстывало самопрезрение.

«Ваше Высочество — Проклятый Принц».

Когда Барт открыл ему всё, Экиан по-настоящему хотел умереть. Знание о том, что он не является настоящим членом рода Майюс, оставило его в поисках хоть какого-то выхода, хоть за что-нибудь уцепиться.

Но правда, которую он узнал, оказалась ещё более чудовищной и мерзкой, чем всё, что он мог вообразить.

«На этот раз я расскажу тебе о твоей настоящей матери».

Глубокое отвращение к собственному существованию захлестнуло его — то же самое чувство, что в семнадцать лет, когда он узнал часть правды. Но тогда он не умер. И сейчас не умер.

Умереть, судя по всему, было куда сложнее, чем продолжать жить.

«Ах, если бы Джудит не предупредила меня о бомбе…»

Не будь этого — он бы наверняка погиб вместе с людьми в переулке, когда та взорвалась.

Может, случись взрыв — он и не стал бы уклоняться. Может, подумал бы, что это подходящий конец для того, кто никогда и не должен был существовать.

«Но…»

Бомбу убрали. И он всё ещё жив. Не зная, что делать дальше, — он не мог избавиться от воспоминаний о Джудит.

Джудит, улыбающаяся в его комнате.

Джудит, лежащая в его постели.

Джудит, тянущая его рядом лечь и глядящая ему в глаза.

Джудит, не знающая всей правды — но всё равно согревшая его своим теплом.

Джудит, спящая в его кровати по-детски безмятежно.

«Ха…»

То, что всё это происходило в его собственном пространстве, рождало ощущение, будто она принадлежит ему.

Джудит, так непринуждённо называвшая себя «женой Экиана», — казалась ему трогательной.

Она когда-то говорила, что он ей нравился. Как же он сожалел, что не был знаком с ней тогда.

В итоге он просматривал за ней всю ночь и покинул особняк лишь на рассвете, услышав движение горничных.

Разговоры с Джудит, кажется, воскрешали чувства, которые он считал давно умершими.

Гнев, абсурдность, смятение и даже радость.

Но зная истинную природу этих чувств, он боялся, что они лишь утащат его глубже в пропасть — и потому не хотел признавать их.

«Как дошло до этого? Почему Джудит оказалась именно в поместье Майюс?»

Три года они смотрели друг на друга не иначе как на холодных деловых партнёров.

Начни он видеть в Джудит женщину раньше — возможно, не позволил бы долгам втянуть её в дела семьи Майюс.

Впрочем, не видеть в ней женщину было естественно. Тогда она ещё была несовершеннолетней.

Она казалась ему просто старательным ребёнком — тем, кому он хорошо платил за сбор сведений.

При первой встрече она тоже выглядела совсем юной.

«Но когда она успела так вырасти?»

Стоило Изабелле постараться и привести её в порядок — и Джудит оказалась несомненной красавицей.

Впервые в жизни Экиан с раздражением подумал о склонности Изабеллы баловать тех, кто ей нравился. Не было никакой нужды наряжать невестку, у которой и без того есть муж.

«Зачем моя мать… нет, она мне не мать».

Вспомнив о матери, о которой узнал прошлой ночью, Экиан слегка прикусил губу. Он понимал, что рано или поздно придётся навестить её — несмотря на всю неожиданность этого открытия.

В этот момент снаружи донёсся молодой мужской голос:

— Прошу прощения. Это Серая информационная гильдия?

Острый слух Экиана мгновенно узнал голос Хада Рамиса.

Тот самый тип, который пил с Джудит прошлой ночью!

Тот, с которым Джудит так хорошо ладила!

Хотя Экиан и не подслушал этот якобы такой лёгкий разговор, лицо его тут же застыло.

— Да. Чем могу помочь? — деловито спросил сотрудник гильдии, дежуривший у входа.

Хад ответил своим обычным мягким голосом:

— Я принёс письмо. От леди Джудит Айлан. Она просила передать лично Мастеру…

— Можете оставить здесь. Я прослежу, чтобы дошло.

— Я обещал ей вручить лично. Нет ли возможности встретиться с Мастером?

— Боюсь, это невозможно. Мастер принимает лишь очень ограниченный круг клиентов.

— Ах… — Хад вздохнул — смирившись.

Экиан скрестил руки и на мгновение задумался.

О Хаде Рамисе он знал немного: тот вступил в службу у Майюсов уже после того, как Экиан ушёл.

А поскольку он видел его лишь мельком через тайный ход, нормально разглядеть лицо Хада так и не успел. Поддавшись порыву, Экиан надел маску и произнёс холодно:

— Пропустите. Если письмо от Джудит — приму лично.

— Слушаюсь, Мастер.

Сотрудник открыл дверь, и Хад осторожно поднялся по лестнице.

Ухоженный молодой человек с любопытством огляделся — и, заметив Экиана, слегка расширил глаза.

— О, здравствуйте.

— Присаживайтесь.

— Благодарю.

Хотя маска Экиана, судя по всему, на мгновение смутила Хада, тот быстро взял себя в руки, улыбнулся тепло и сел.

Пока Экиан его изучал, он сквозь зубы пробормотал про себя: «Чёрт».

Аккуратно уложенные каштановые волосы.

Зелёные глаза — глубже, чем у Джудит, — ясные и чистые.

Высокая, стройная фигура — хорошо смотрится даже в скромной одежде.

Прямая осанка и добродушное выражение лица — вид воспитанного дворянина.

«Джудит говорила, что ей нравятся красивые мужчины».

Экиан надеялся, что вблизи Хад окажется не таким привлекательным. Но нет — он оказался даже более хорош собой, чем казалось.

Более того — приятная манера общения, по всей видимости, делала его куда приятнее в общении, чем сам Экиан, от которого веяло мрачностью.

— Вот письмо, которое меня просили передать.

Хад с вежливой улыбкой протянул конверт.

Округлый, аккуратный почерк на конверте несомненно принадлежал Джудит.

— Понятно.

Голос Экиана был ровным, когда он принял письмо.

— Раз от Джудит — разумеется, принять лично. Она очень особенный и близкий мне клиент.

Он намеренно подчеркнул их близость — однако Хад лишь улыбнулся ещё теплее.

— Сегодня все, к кому я заходил, говорили то же самое. Похоже, Джудит везде пользуется уважением.

— ……

Промахнулся.

Скрывая раздражение за маской, Экиан вскрыл письмо.

Содержание было простым.

Джудит просила как можно скорее узнать, где сейчас находятся маркиз Содэн и его супруга.

Зачем Джудит вдруг понадобилось что-то о семье Содэн — он не знал. Но, судя по всему, у неё были свои причины.

Найти их местонахождение труда не составит.

«Но почему? Почему она вдруг интересуется маркизом Содэн?»

Одновременно Экиан быстро набросал краткий ответ с местонахождением маркиза Содэн и протянул его Хаду.

— Вот ответ. Будьте добры, передайте. Благодарю.

— Конечно…

Экиан ожидал, что Хад после этого уйдёт — но тот замялся, нерешительно поводя глазами.

Затем, с серьёзным видом, спросил:

— Значит, здесь торгуют информацией?

— Именно.

— Тогда если я спрошу о том, что хочу узнать — вы ответите?

— Если это возможно. Что именно вас интересует?

— Ну, понимаете…

Уши Хада слегка порозовели.

Он начал перебирать пальцы, тщательно подбирая слова:

— Дело в том, что я заинтересовался одной женщиной. Знаю её недолго, но она красива, добра, легка в общении… Такая, что нравится всем, кто с ней знаком.

Лицо Экиана под маской окаменело.

— Я никогда прежде не интересовался женщинами и в этом деле совершенно неопытен.

Щёки Хада теперь горели.

— Поэтому я и подумал… Не могли бы вы подсказать, как подойти к ней, чтобы не поставить её в неловкое положение?

Вот наглость!