Онлайн чтение книги Я притворялась беременной, но мой муж вернулся I Faked a Pregnancy, but My Husband Returned
1 - 40

Сердце Джудит сжалось. Она моргнула раз-другой и произнесла:

— Простите. Я как раз собиралась спать. С утра рано вышла, немного устала…

Раз уж Мастер внезапно объявился здесь, ей ничего не оставалось.

Но что её удивило — она не испытывала особой злости из-за его самовольного прихода.

— Если ничего срочного, может, поговорим завтра?

Джудит произнесла это мягко. Снаружи донёсся разочарованный голос Хада.

— Ах, хорошо.

Шаги Хада стихли вдали. Пока Джудит вздыхала, Мастер невозмутимо пожал плечами.

Подавив неожиданную радость, она прошептала с напором:

— Вы в своём уме?

Мастер неспешно вышел из прохода за книжным шкафом, сел напротив неё и ответил:

— Признаю, не совсем.

— Вы признаёте это так легко, что мне уже нечего добавить. Подождите минуту. Раз я сказала, что иду спать, надо потушить свет — для видимости.

Джудит медленно поднялась и погасила лампу.

Глядя на неё, Мастер произнёс с лёгкой насмешкой:

— Гхм. Прервать столь важное занятие, как выбор платья… Хад Рамис — то есть Хад Содэн — крайне невоспитан.

Замечание было до смешного бесстыжим. Джудит могла лишь криво усмехнуться.

— Кто, по-вашему, на самом деле мне сейчас мешает?

— Мешать — это моя специальность.

— Хм, но прежде вы не позволяли себе такого.

Джудит рассмеялась в полном изумлении, а Мастер скрестил руки и пробормотал:

— Я решил отныне давать волю своим причудам.

— Что? Вы что, переходный возраст переживаете?

— Сегодня я узнал, что моя биологическая мать окончательно меня бросила.

— Что?

— Я и прежде знал, что я нежеланный ребёнок и что особой любви ко мне не было. Но не ожидал такого — выверенного и методичного удара.

Его отрывистые слова не позволяли Джудит понять ситуацию целиком, но она инстинктивно почувствовала: задавать вопросы бесполезно.

С интонацией скорее смиренной, чем печальной, Мастер пробормотал:

— И всё же, наверное, я был неправ, ожидая чего-то только потому, что она меня родила.

— Это так. Может, и не стоило ничего ожидать с самого начала.

— Вы согласились что-то уж слишком быстро.

— Просто не хочу видеть, как вам больно. Так что больше не ждите ничего.

Джудит глубоко вздохнула и добавила:

— Я тоже разочаровывалась, когда чего-то ждала от матери. Думать, что раз человек тебя родил — значит, полюбит… В конце концов, это причиняет только боль тебе самой.

Мастер слегка вздрогнул. В лунном свете Джудит осторожно похлопала его по плечу.

— Что бы ни случилось — не обращайте внимания на слова матери. Чем больше вы будете о них думать, тем труднее будет найти своё счастье.

— А если её слова имеют слишком большое влияние?

— Даже тогда. Будь я на вашем месте — чем сильнее я бы бунтовала, тем упрямее стремилась бы найти счастье по-своему.

Джудит сжала кулак — ободряюще — и улыбнулась.

— Я уже говорила об этом. Пусть моя мать бросила меня — я никогда не брошу своих детей. Создам прекрасную семью — чего бы это ни стоило. Так что не позволяйте словам матери вас тяготить. Идите и найдите своё счастье.

Мастер не ответил. Он просто смотрел на Джудит сквозь маску.

Атмосфера стала чуть неловкой. Ощущая что-то странное, Джудит рассеянно перебирала лежавший перед ней каталог.

Она сказала ему не приходить — и вот он здесь. Но затевать новую перепалку не хотелось.

— Раз уж вы здесь, может, поможете выбрать платье? — предложила Джудит, деловито раскладывая каталог, хотя сама не была особо заинтересована.

— Я сначала думала взять что-нибудь красное… но, может, лучше подобрать под цвет волос Хада — коричневое?

Предложение Хада сопроводить её она приняла с лёгкостью.

Для Джудит Хад был не более чем хорошим другом. Она никогда не думала о нём в романтическом ключе.

Хад же, со своей стороны, намеревался начать выражать свои чувства — но Джудит даже представить себе не могла, что их отношения могут принять такой оборот.

Она просто думала, что он хочет отплатить добром за помощь в нахождении его биологических родителей.

— Коричневое? Это худший вариант. Вам совершенно не пойдёт, — немедленно возразил Мастер, морщась, пока листал каталог.

Он щёлкнул языком с недовольным видом:

— Эти фасоны слишком открытые…

— Ну, с вашей точки зрения — вы же с головы до ног укутаны — думаю, они и вправду кажутся открытыми.

Джудит беспечно отмахнулась от его жалоб.

— Как бы то ни было, раз я «беременна» — наверное, лучше подойдут фасоны из последней части каталога.

При слове «беременна» пальцы Мастера, постукивавшие по столу, замерли. Джудит наклонила голову, всматриваясь в его маску.

— Что? Вы думаете, «беременной» женщине неловко идти на императорский банкет без мужа?

— Ну, даже если вы на самом деле не беременны… всё равно это выглядит немного странно.

— С чего бы мне чувствовать себя неловко? Скорее уж неловко будет молодому герцогу Экиану Майюсу.

— Что?

— Представьте, сколько проклятий в его адрес прозвучит на банкете. Увидев «беременную» женщину без мужа — что люди подумают?

Джудит пожала плечами и засмеялась, но — вопреки её ожиданиям — Мастер смеяться не стал. Вместо этого он глубоко вздохнул и произнёс серьёзно:

— Джудит.

— Да?

— А что, если… что, если Экиан Майюс вернётся?

— А что, если… если Экиан Майюс вернётся?

Вопрос прозвучал серьёзно, но лицо Джудит осталось невозмутимым.

Она ответила без колебаний:

— Этого не случится.

— Но он мог бы вернуться.

— Говорю вам — не произойдёт. Грустно признавать, но я убеждена: Экиана Майюса больше нет в этом мире.

— Что? Нет, почему…?

— Это правда.

Джудит была настолько уверена в этом, что произнесла без малейшего колебания.

Разумеется, она не могла ни упоминать об оригинальном сюжете, ни о дарах Последней Жрицы — потому постаралась объяснить логически.

— Если Экиан Майюс жив — разве он не был бы законченным негодяем?

В оригинальном сюжете — когда герцог и герцогиня были отравлены и Карл в юном возрасте вынужден был возглавить семью — Экиан так и не появился.

Если он жив в таких обстоятельствах, его можно назвать только ужасным человеком.

Джудит продолжала резко:

— В этой истории с отравлением матушка и батюшка могли умереть, а Карл мог пережить невыносимые страдания. Стоять и смотреть на это со стороны — можно ли назвать такое человеческим?

— Ну, это несколько преувеличено. В конце концов, их на самом деле не отравили до конца… К тому же если Экиан Майюс жив, он, наверное, следил за семьёй из тени.

— Это сделало бы его ещё большим негодяем.

В конечном счёте Барт покончил с собой в подземелье. Улики против Императора исчезли — предъявить ему было нечего.

Даже для рода Майюс без конкретных доказательств не было никакой возможности открыто выступить против Императора. Поэтому инцидент был тихо похоронен внутри семьи.

— Если Экиан был свидетелем покушения на герцога и герцогиню — разве он не должен был выйти вперёд? Император нацелился на семью Майюс!

Глаза Джудит сверкнули.

— Если любимой семье угрожает сам Император — как можно молчать? Это трусость. И это не последний раз. Кто знает, что Его Величество предпримет следующим?

— ……

— Молодому герцогу Майюсу не занимать способностей. Разве он не должен вернуться и поддержать своего отца? Сейчас мать и отец даже не могут противостоять Императору из-за его исчезновения.

— Ну, возможно, у него есть непреодолимые обстоятельства…

— Непреодолимые? В такой ситуации, если он будет прятаться до самого конца, значит, он либо неблагодарный сын, бросивший родителей, либо трус, бегущий от Императора.

Джудит стиснула зубы, словно одна мысль об этом вызывала у неё отвращение.

— Если он жив, то он точно подонок.